Иллюзия любви - Снежана Альшанская

Я не думала о том, кто он. Мне было плевать. А он не хотел рассказывать. Всю дорогу молчал.

Через полчаса мы остановились возле какого-то отеля в центре, явно не из дешевых. Поднялись в номер на втором этаже…

И вот я здесь. Лежала и смотрела в потолок. Потом поднялась. накинула халат из тех, что выдают в отелях. Нашла на тумбочке сумочку, вытащила оттуда пачку "Винстона" и прислушалась.

Тихо. Кажется, ушел. Чего ему здесь оставаться?

Подсвеченный циферблат часов над кроватью показывал половину третьего ночи. Я нашла в сумочке зажигалку, взяла в рот сигарету…

— Не кури, — внезапно прозвучавший твердый и ровный голос заставил меня выронить сигарету на пол.

Я обернулась и увидела его силуэт в углу комнаты. Он стоял опершись о шкаф и напоминал тень. Богом клянусь, секунду назад его там не было.

— Ладно, пойду на балкон, — пробормотала я.

— Не кури. Ты больше не будешь курить. Во-первых, это вредит здоровью. Во-вторых, портит цвет кожи. Ну и в-третьих, я не переношу запаха сигарет.

Я не нашлась что ответить. Да и черт с ним, у всех свои тараканы в голове. Покурю как выйду отсюда. Не то, чтобы я была заядлой курильщицей, выкуривающей по полторы пачки в день, но когда нервничала, не могла себе отказать.

— Ладно, кивнула я, взяла со столика бокал. Тот оказался пуст. Зараза.

Моя одежда была разбросана по всей комнате. Юбка валялась на полу, темно-серая кофта венчала спинку мягкого кресла, туфля выглядывала из-под кровати. Пора одеваться.

— Не спеши, — сказал он. Сказал твердо, резко. Будто бы говорил с подчиненной.

В голове промелькнула абсурдная идея: вдруг он — какая-то шишка из моего начальства? Владелец магазина электроники, куда я устроилась на подработок. Вот почему его лицо мне знакомо. Сейчас прозвучит лекция о хранении секретов. Никаких разговоров об этой ночи с подругами, коллегами, даже с мамой. И все это под страхом увольнения.

Он шагнул вперед и теперь я видела слегка синеватое в лучах светильника лицо. Аккуратные скулы, прямой нос, волевой подбородок.

— Люцифер Заров — помнишь это имя? — спросил он.

Люцифер? Заров? Персонаж какого-то сериала? Что-то крутилось в голове, но я все никак не могла вспомнить.

— Несколько месяцев назад ты отправила портфолио на почту Люцифера Зарова. Это было объявление о работе ассистентки иллюзиониста.

Несколько месяцев назад…

Куда только я не отправляла тогда портфолио. Начиная с кастинга на роль спутницы в популярном сериале BBC (благо, с английским у меня все хорошо) и заканчивая рекламой прокладок. Где-то вообще не ответили. Где-то приглашали на просмотр, а потом выпроводили со стандартным "мы вам перезвоним". Удалось получить второстепенную роль в дешевом мужском сериальчике про ментов, но как назло, перед самыми съемками меня свалил грипп, а продюсер быстро нашел замену.

Пришлось устраиваться продавщицей Не сидеть же без работы. Квартиру оплачивать надо, долбанные коммунальные дорожают с каждым месяцем, и брату помогать надо с её болезнью, да и есть за что-то в конце концов.

Может, и была среди тех всех вакансий ассистентка иллюзиониста…

— Я тебя беру, — сказал он.

— Так что, это был…

— Кастинг. Можно и так сказать, — он едва заметно усмехнулся. — И ты его прошла.

Я вся воспылала злобой. Аж зубы заскрежетали, а ногти до боли впились в ладони.

— Ну уж нет! На такое не подписывалась! — буркнула я и принялась по-быстрому одеваться.

Он не уходил. Оперся о стену и наблюдал. я не хотела смотреть на него, но чувствовала на себе его взгляд. Он явно не собирался хотя бы отвернуться. Потому я собрала вещи и отправилась одеваться в ванную.

Ванная была шикарна. Большая, вся выложенная белоснежной плиткой. Большое зеркало овивала узорная золотистая рама. Под высоченным потолком висел огромный светильник, который в ванную вешать грех.

Посмотрела на себя в зеркало. Размазанная тушь, взъерошенные волосы, синяк на руке. Больно же он меня ухватил! Кажется, еще и колготки задом наперед натянула. А заколка осталась где-то в комнате.

Привести бы себя в порядок, но оставаться тут не хотелось ни минуты. Я выскочила из ванной и тут же встретилась с ним взглядом. Он стоял в дверном проеме и смотрел на меня так, как обычно смотрят на экспонаты в музее. На его лице не было ни единой эмоции. Чем-то он в этот момент сам напоминал музейный экспонат. Изваяние с идеальным лицом и фигурой, но без души.

— Для меня всегда было загадкой, почему девушки, тело которых я видел от и до, не хотят при мне одеваться. Если передумаешь — звони. Я пробуду в городе до завтрашнего вечера, — отчеканил он и протянул мне черную визитку с выжатым на ней золотистым шрифтом именем и номером телефона.

Номер был явно заграничным. И в нем нашлось место для трех стоящих подряд шестерок.

А сверху имя — Люцифер Заров.

***

Когда я прибыла домой, уже светало.

Сперва пришлось искать такси. Водители тех, что стояли у отеля, ломили суммы, от которых становилось нехорошо. А мобильник, повинуясь закону Мерфи, сел. Пришлось пройти несколько остановок, прежде чем найти седовласого старичка на древнем "Опеле" с шашечками на крышке.

Повинуясь все тому же закону Мерфи, у "Опеля" в дороге лопнуло колесо. Благо, запаски зловещий закон не коснулся — та оказалась на месте, и вместе с первыми лучами зари я оказалась дома.

Ключ в двери тихо щелкнул. Старенькая деревянная, обтянутая кожзаменителем дверь квартиры с номером сорок три открылась. Внутри ждал привычный малюсенький коридорчик со сложенной в углу обувью, советской вешалкой и ставшим привычным запахом амиака.

Мама и брат, кажется, смотрели сны. Я их предупредила, что могу прийти поздно. Все-таки восьмое марта на дворе.

С облегчением разувшись, прошла в свою комнату. А точнее маленькую комнатушку. Обои здесь требовалось заменить лет этак пять назад. Узкая односпальная кровать постоянно трещала и скрипела. Старый тяжеленный дубовый шкаф занимал чуть ли не половину пространства. Выбросить бы его, да стащить такой вниз с пятого этажа будет дороговато.

Над столиком с небольшой вазой висел десяток моих фото. Все в аккуратных рамочках, протертые от пыли. Мама ежедневно их протирала. Все время говорила, что вот-вот меня пригласят если не в Голливуд, то в Европу точно. А я в свою очередь точно знала — этого не случится, но не разбивала мамины иллюзии. Актрисы с меня не вышло, хоть в детстве продюсеры и режиссеры видели во мне талант.

Вот на этой фотографии мне семь лет и я, в костюме лисички, участвую в детской телепередаче. Тут мне пятнадцать. Я в косухе, бандане, рваных джинсах, с гитарой в руках. Бунтарка Арина из молодежного сериала. Ради этой роли даже пришлось выучить несколько аккордов. А вот тут — дочь президента. Вся красивая, в розовом платье с длинными белыми волосами, сижу на роскошном диване. А здесь испачканная, с коротко остриженными волосами и с автоматом в руках на фоне танка — играю юную партизанку в фильме про Великую Отечественную Войну.