Ты — мое (не)счастье - Юлия Динэра

– Слушай, мы улетаем в Португалию, а ты..

– Чертово корыто!

Я вышла из машины и двинула ногой по колесу своего старого «Форда».

– У тебя что-то стряслось?

– Нет, сорри. Что там с Португалией? Медовый месяц, Макаренко? Если вы поженились, а я об этом не знаю..

– Скажешь тоже. У Егора операция.. Забыла? В общем, не знаю когда вернемся, а ты давно не звонила, хотела предложить встретиться, завтра, например.

Я тяжело вздохнула, и на какое-то время зависла, уставившись на клубы пара, выходящие изо рта. Декабрь выдался поистине морозным. Подруга что-то болтала в трубку и, мне стало стыдно, что я почти все прослушала.

– Прости, Кир, забегалась, ты же знаешь.. Все к чертям идет с этими поисками работы, еще Саня пилит, что ему приходиться отпрашиваться с работы часто, чтобы забрать Марка из сада. Я просто.. Выдохлась.

– Ты все же решилась уволиться?

– У меня есть выбор?

– Ну, вообще-то ты не обязана это делать, ты любишь свою работу и, где еще так будут платить? Сама говорила.

Нигде. Я уже три месяца ищу подходящее место и чувствую, будто только время напрасно теряю.

– Любила, до того, как узнала, на кого работаю.

Макаренко виновато вздохнула, – в ее стиле.

– Не стоило тебе рассказывать.

Я вернулась в машину, так как рука, в которой был телефон, уже онемела от холода, но вся срань в том, что в этой груде металлолома не теплее, чем на улице.

– Еще как стоило. Я уважала его, знаешь ли, восхищалась даже, а теперь.. Ты сама назвала его монстром, Макаренко, и я чувствую то же самое, даже боюсь смотреть в его сторону. Ты хоть представляешь, как я приношу ему кофе или документы на подпись? Он конечно, как обычно не замечает моего присутствия, что нормально, но.. Макаренко, у меня паранойя, понимаешь? Я каждый день, будто в логово к дьяволу проникаю.

Подруга усмехнулась.

– Забудь об этом. Просто.. Не связывайся с ним, вот и все. Это просто работа.

Я снова повернула ключ зажигания и услышала знакомый звук. Будто кто-то хорошенько проблевался. Убогая машина. На новую лет пять копить с моим кредитом.

– К счастью, мне это не грозит. Слушай, Кир, мне нужно домой ехать, а я еще на парковке торчу, мой унитаз не заводится..

Кто-то постучал в окно и, я резко обернулась, после чего, меня как током прошибло. Вспоминать Дьявола – плохая идея.

– Я перезвоню, Макаренко..

Повесив трубку, я сунула телефон в карман и прищурилась, глядя через полузамерзшее стекло, чтобы убедиться, что зрение мое уже ни к черту из-за этой работы. Я офисный планктон, это всегда сказывается на зрении. Знали бы, сколько распечаток за день я подготавливаю. Глаза не подвели, и я даже огорчилась, перспектива покупать очки не такая уж устрашающая по сравнению с тем, кто таращился в окно моей развалюхи.

Я прокрутила ручку, чтобы открыть окно, и удивилась, что та не примерзла.

– Владислав Романович?

Натянула улыбку, хоть и скалить зубы последнее, что бы я хотела сейчас делать. Чего ему надо? Я обернулась, затем взглянула в зеркало заднего вида.

– Я мешаю Вам проехать? – поинтересовалась на всякий случай, хоть и прекрасно осознавала, что не создаю помехи своим ведром.

– Сломалась?

Будто и не слышал моего вопроса. На нем шерстяное, стопроцентно дорогое, и стопроцентно теплое пальто, а мое вот вообще ни хрена не греет. За «боротом» минус двадцать, но мне приходиться таскаться в этих пальтишках и в осенних сапогах на каблуке, чтобы не создавать образ клуши в офисе. Скажите, дура? Ну, конечно. Работать в «Корелл клаб» – одной из самых престижных корпораций в стране, и носить дутые пуховики и угги, это все равно, что посадить моего начальника за руль этой рухляди. Несовместимо. Понимаете? Да еще и от комплексов никак не избавлюсь. За лето странным образом набрала пару лишних кило, хоть сама того не заметила, но Саня не промолчит же. Два месяца диеты, утренние тренировки и мое тельце вроде как в норме, а кутаться в зимнее пальто все никак не осмелюсь. Да и на машине ведь всегда, если бы эта гадюка еще заводилась.