Другой выбор - Даша Art

Я спускаю трусики, перешагиваю через них, чтобы отправиться в душ.

На кухне я оказываюсь спустя десять минут. На мне пижама чёрного цвета, состоящая из шортиков и маечки. Мои волосы блестят, с них то и дело стекает несколько капелек воды на мою шею, затем опускаясь по спине, вызывая приятную прохладу.

Я не знаю, что творится в голове у бабушки и узнала ли она меня, но на столе уже стояла чашка с горячим какао и тарелка, в которой уместились три бутерброда с сыром и ветчиной.

Я улыбнулась, посмотрев на дверь её комнаты. Она решила не составлять мне компанию.

Я опустилась на стул, закинув ноги на стол, быстро закидала бутерброды в свой обезумевший желудок, толком не жуя, залила их сладким напитком, после чего быстро удалилась к себе.

Мой телефон все ещё гудел с периодичностью раз в два часа. Как же меня бесил этот звук! Уверена, он именно на это и рассчитывал – я сдамся только потому, что не смогу долго сдерживать свой гнев.

И он, мать вашу, не ошибся!

Я клацнула зубами, провела пальцем по сенсору, принимая звонок.

– Чего тебе? – рыкнула я.

– Вконец охуела? – взревел мужской голос в трубке, от чего мои перепонки чуть не взорвались. – Съебалась, никого не предупредив!

Вот так всегда! Поэтому я и не отвечаю на его звонки!

– Пошёл ты! – огрызаюсь я. – Говори, зачем звонишь, или я прямо сейчас выкину телефон в окно!

Слышу, как захрустели его зубы.

– Маркус! – Укорил женский голос возле него. – Неужели так трудно быть с ней помягче?

– Она послала меня! Как мне после этого с ней разговаривать?

– Ты первый начал! – парировала девушка, не отступая.

Я закатила глаза.

– Я вам не мешаю, не? – теряю терпение, которого у меня отродясь не было. – Маркус, у тебя ровно минута, чтобы сказать мне, что ты хочешь.

– Почему ты не сказала, что уехала? – Его голос немного смягчился, но до приятной беседы нам как до китайской Пасхи.

– Почему я должна тебя предупреждать?

Хватит и того, что я рассказала о своих планах несколько дней назад.

– Это нужно объяснять? Мы – семья!

– Никакая мы не семья! – Я даже головой покачала, словно он мог это увидеть.

– Салли…

– Хватит, Маркус! Ты должен радоваться. Я наконец отстала от тебя, чего тебе ещё от меня надо?

– Салли, ты не можешь просто так взять и уехать! Тебя отпустили по УДО – это значит, что твое перемещение должно контролироваться! Иначе тебя вернут обратно, а это…

Он замолчал, не договорив.

– Что это? – подтолкнула его.

– … не то, что я хочу для тебя, – закончил он.

– Я тебя умоляю, – фыркнула я, закатив глаза. – Избавь меня от таких душещипательных слов, Маркус. С каких пор я для тебя вообще стала больше значить, чем грязь под твоими ботинками?

– Салли! – одёрнул он.

– Я знаю, что накосячила, ясно? – Я правда это знала. – Не нужно меня постоянно контролировать.

– Мы переживаем за тебя.

– Вот не стоит! Я сама могу себя защитить. – Ага, защитила уже однажды.

– Я знаю. И ты ни в чем не виновата!

От его слов по коже побежали мурашки. Не виновата? А кто тогда виноват? Папа Римский? Или пингвины в Антарктиде?

– Хватит, Маркус, – выдохнула я, вяло опускаясь на кровать. – Я устала, поэтому на сегодня с меня хватит.

– Ты хорошо добралась? – Откуда появился этот участливый голос? Это красотка Яна на него так влияет?

– Тут всего два часа езды. Что могло со мной случиться?

Маркус молчал. Тишину нарушало только его неровное дыхание, как бы говоря, что могло случиться все, что угодно.

– Я скажу отцу позвонить местному шерифу. Загляни к нему завтра. И, Салли?

– Что?

– Ты должна вернуться в школу.

– Ни за, мать вашу, что!

– Салли…

– Нет! Нет! И нет! Маркус, ты свихнулся?

– Я знаю, что тебе уже девятнадцать! Но ты так и не окончила школу. Тебе нужен аттестат.

Я вскочила, принялась ходить по комнате, сжимая телефон так сильно, что он вот-вот треснет. Ну, или моё ухо. Третьего не дано!

– Ни черта он мне не нужен! Ещё скажи, что потом я пойду в колледж, как и положено хорошей девочке!

– По поводу колледжа я не знаю. – Он что, на хрен, серьезно? – Но в школу ты вернёшься. И это не обсуждается.

– Да мне никто не позволит приблизиться к учебному заведению!

– Отец договорится об этом. Твое дело просто…

– …не влипать в чертовы неприятности?

– Просто отучиться.

Я прошипела что-то нечленораздельное.

– Приму это за согласие, – хмыкнул Маркус. Чертов идиот! – Как там бабушка?

– Старуха окончательно впала в маразм. Она выстрелила в меня из игрушечного пистолета!

И смешно, и страшно, честное слово!

Маркус заржал, а я отчаянно сомкнула губы, чтобы не присоединиться к нему.

Я всегда хотела вот так разговаривать с ним. Я стремилась к тому, чтобы он обратил на меня свое царское внимание. И он обратил. Только уже слишком поздно.

Я больше не хочу их присутствия в своей дырявой жизни.