Всё дело в любопытстве - Софи Марш

драконица и сделала, юркнув туда и отойдя подальше. В самый незаметный угол. И только потом осмотрелась как следует. В центре горел огонь, зажатый со всех сторон каменной кладкой, рядом ходил самец и время от времени совал в раскалённые угли металлические пластинки. Нагревал, стучал тяжёлым орудием, придавая форму, опускал а масло и снова нагревал. И так много раз подряд. Смысла в этом лействии Амиранта пока не видела, но предполагала что это зачем-то всё же необходимо. Ближе к закату в помещение проскользнула самка. Она постояла какое-то время у входа, с удовольствием рассматривая самца, а потом и он сам заметил её. Голос самца завибрировал, мягко обволакивая драконицу. Пришлось даже слегка встряхнуть головой, чтобы сбросить наваждение. Помогла в этом самка, ответив что-то писклявым голоском и заставляя поморщиться от резкого резонанса. И всё же, людишки общались издавая эти звуки, которые прекрасно понимали. Драконице стало любопытно, и она вновь прибегнув к магии, начала распознавать эти звуки. Мозг, настроенный на учёбу, воспринимал информацию в десятки раз быстрее, позволив уже к концу разговора понимать слова: - ...Нет. И тебе тут тоже не стоит появляться слишком часто. - сказал самец. - Я ничего не требую от тебя. Лишь редкие встречи... - просила самка жалостливо. - А как же твой муж? Ты же так рвалась замуж за него. Разве он теперь недостаточно хорошь? - Сам знаешь. Лучше тебя нет никого... - самка сама приблизилась и обхватила мужчину за шею, повиснув. - Нет. Не знаю. И знать не хочу. Ты теперь принадлежишь другому. Вот и решайте ваши разногласия между собой! - самец оторвал самку от себя. Отстранился. Надел какую-то защиту для ладоней и снова взялся за работу. Но тут же остановился, ещё раз бросив через плечо: - Не впутывай меня в это. Мне и без тебя найдётся с кем любиться. - Что, уже нашёл кем заменить меня?! - взвизгнула пришедьшая, да так что драконица снова поморшилась от въедливого звука. - Была бы нужда, а таких как ты всегда много. - злость самца начала растекаться от него в разные стороны. И ещё немного обиды. - Приползешь ещё ко мне, Астрикс! Приползёшь, а я не пущу. И смеяться буду над тобой. - Покиньте мою кузню, госпожа. - самец уже снова был холоден и расчетлив. - Чтоб тебя дракон сожрал, кузнец! - крикнула самка и сбежала. Мужчина покачал головой рассеянно, потом вылил на себя стоящую в ёмкости воду. Амиранта сидела и смотрела в своём углу, как красиво капли переливаюстя в свете огня, сбегая по телу кузнеца. Как перекатываются ярко прочерченные мышцы на руках и торсе. Было в нём что-то от первобытной животной мощи, что манило её как самку. И это чувство было странным. Драконы вообще не имели привязанностей и не испытывали чувств к другим представителям своего вида. А во время соития старались отрешиться и отключить нервные окончания по телу, чтобы не испытывать излишней боли.  Драконята вылуплялись в одиночестве, из отложенного в тёплых недрах горы яйца. Самка не считала себя обязанной дожидаться момента появления на свет потомства.  

ЧАСТЬ 3. Исследования.

Ночь настала внезапно. Амиранта не сразу это заметила, разглядывая самца, махающего инструментом. Мужчина положил молот на наковальню, ещё раз перемешал остывающие угли в горне и вышел. Драконица, всё ещё скрытая магией, скользнула следом, не выпуская самца из поля зрения, улавливая его запах. Мужчина же, ни о чём не подозревающий, прошёл в дом, взял чистую одежду и снова вышел, направляясь в маленькое строение вдалеке от общих построек. Новое помещение встретило их жаром, не хуже чем от горна в кузне. Амиранте это приглянулось. Она опустилась на лавку у входа, расслабилась, всё так же продолжая наблюдать.  Кузнец мыл своё нагое тело, заставляя Амиранту недоумевать: для чего прятать всё это под тряпками? Разве что на шкурах людишек так мало меха, что он совсем не греет? Даже гоноподий самца был аккуратным и пропорциональным телу. Мужчина тем временем плеснул на горячие камни воды и тоже развалился на лавке, поглощая топло и наслаждаясь этим процессом не худе драконов. Драконица, поддаваясь любопытству, встала со своего места и подошла, разглядывая с близкого расстояния и необычного ракурса человека. Самец был больше её теперь и строение тела имел другое. Амиранта, как самка, была меньше, тоньше и стройнее. Железы для вскармливания потомства были приполняты и порчали сосками в стороны. Ладони и ступни узкие, маленькие. Родовое отверстие прикрыто небольшими складочками нежнейшей плоти. Кузнец же, напротив, был гораздо шире в плечах и уже в бёдрах. И сильнее, судя по отсутствию мышц на человеческом теле самой драконицы. Она с любопытством наклонилась ниже, стараясь лучше разглядеть лежащего перед ней. Обнюхала, ловя удовольствие от запаха самца, дотронулась пальчиками до отвисших и расслабленных семенников. Мужчина вздрогнул, распахивая глаза и обводя удивлённо маленькое помещение, наполненное невесомым прозрачным паром. Никого не увидел и успокоился. Снова улёгся на место, закрывая глаза. Драконица уже хотела снова провести пальчиками по мужской части тела, когда кузнец сам обхватил орган в кулак, и задвинал им, дыша поверхностно и рвано. Ну и кто сказал, что она не может в этот момент исследовать? Очень даже может. Самец из-за таких активных действий даже и не поймёт что она дотрагивалась до него. Идеальный момент! Девичья ладошка легла на яички и погладила, потом чуть сжала, проверяя на гладкость и мягкость кожу, на упругость и податливость. Самец снова вздрогнул, застонал, замер и расслабился, извергая из органа струю остро пахнущего семени. Остро и заманчиво, даже рот наполнился слюной. Амиранта спешно отступила назад, замечая странную склизкость между своих ног. Ещё одна странность, с которой драконица никогда не сталкивалась и не слышала об таком. Кузнец прикрыл глаза рукой, полежал ещё какое-то время и встал, смыл с себя белёсые потоки, пошёл пошатываясь в дом. Амиранта не отставала. Теперь уже влекомая не только любопытством, но и запахом, который он смыть не смог. Мужчина снова разделся и лёг в постель, укрывшись одеялом. Отвернулся носом к стене. А драконица так и стояла посреди комнаты, не зная куда девать себя. Пол был неприятно холодным, отчего нижние конечности замёрзли. Обращаться в свою истинную ипостась не хотелось, равно как и выпускать из вида понравившегося человека. И драконица в обличии человеческой самки пробралась под одеяло к мужчине, прижалась к горячему телу, согреваясь и вдыхая, вдыхая, вдыхая... Разбудили её среди ночи прикосновения: