Достать со дна черствеющее сердце - Алексей Чайчиц

«Меняя простыни постели,

что ночью пламенем горели,

я буду помнить жар телесный,

я буду помнить запах гари на телах».

Я увлекся не только работой и женщинами. Находил время и для постоянных ночных рейдов, в которых стал лучшим.

– Привет. Сегодня тусовка мохито, ты как?

– Слушай, хочу очень.

– Давай препати организуем?

– Давай. Нужно сгонять в магазин, взять виски и черную воду.

– Ок, а кто еще будет?

– Думаю, что все. Сегодня суббота, а значит, битком.

– Что бы такого надеть… Ты в чем пойдешь?

– Слушай, не знаю… Может, в классике? Или на street style ворваться… Майка, рваные джинсы, кроссы?

– Хм, а я, наверное, миксану рубашку черную, джинсы и лоуферы.

– Шикарно, я подумаю, чтобы мы не повторялись.

– Сегодня день охоты!

– У нас всегда день охоты. Потом поедем в «Акулу».

– Без вопросов. Заеду через два часа, ок?

– Жду.

Ночная жизнь была ярче дня. Ночью во мне зажигались огни, целое пламя. Ночная жизнь – отдельный мир, где своя иерархия и своя атмосфера. С приходом ночи даже мой взгляд менялся. Появлялся прищур, в котором похоть. Я ощущал себя вампиром, который питается чужими слабостями.

– Привет, здорово, заходи.

– Слушай, повезло с таксистом: привез меня с музыкой и плясками. Видимо, почувствовал мой настрой, а он боевой как никогда.

– Да у тебя всегда так.

– Я уже сделал кальян и достал лед. Ты виски взял?

– Конечно! Обижаешь.

– Разливай.

Потирая ладони, беру ледяной стакан, наливаю, оставляя на стекле следы от пальцев. Первый глоток всегда сложный, меня даже передергивает. Второй уже доставляет радость, холодный виски заводит сердце. Чокнулись.

– Так, Андрюха, как тебе образ-то?

– Хм, я бы заменил обувь. Твоя майка больше подойдет к этим кроссам.

– А что с этими не так?

– Цветовая гамма.

– А мне нравится.

– Ты всегда спрашиваешь меня, но делаешь по-своему. Для чего?

– Чтобы удостовериться, что поступил верно!

– Понятно! То есть мое одобрение служит поводом для замены?

– Именно так, мой друг.

– Хитрая схема. А я и без тебя справлюсь! Мэтр стиля и сексуальности в советчиках не нуждается.

Хлопаю по плечу и, допивая стакан, улыбаюсь.

– Как хорошо, что мы понимаем друг друга, да?

– Еще бы.

– План такой: приезжаем и ищем Пашку. Возможно, он сделает нам стол.

– Связывались?

– Да.

– Давай передавай дым, затянул уже.

На улице холодно. Я надел легкое пальто, Серега – косуху. Черный BMW через три минуты. Три минуты затянулись…

Подъезжаем к клубу в центре города. Большая вывеска Dozari. Проходим через арку во двор. Своего рода тропинка к месту, где ночью – день. У входа встречает охрана.

– Привет, привет, как ваше ничего?

– Здорово, Артур, все отлично, что по людям сегодня?

– Вроде подтягиваются, уже битком.

– Отлично, Пашка здесь?

– Да, как всегда с девочками.

– Понятно, спасибо.

– Проходите.

Когда входишь в этот мир, все обретает яркие краски. Женщины выглядят дорого, даже роскошно. Будь они проще, Артур на фейсконтроле не впустил бы, поэтому сегодня здесь лишь самые вкусные. Заведению важно держать лицо и внешний вид гостей – вопрос репутации.

Мы идем, как по красной дорожке. Нас знают все, даже те, кто здесь впервые. Мы дома, а все посетители клуба у нас в гостях. Званый вечер, где нужно уделить каждому немного внимания. Приветствие, поцелуй в щеку, обязательные комплименты. Конвейер из самых красивых людей города.

Паша – король вечеринок. Знает каждого гостя, каждую телку и каждую важную персону. Он всегда окружен женщинами, а его гости любят тех, кто ими окружен. Паша лучший в своем деле.

– Паша?

– Привет, привет. Приехали наконец-то. Сейчас организуем вам стол. А я пока занят, клиенты из Турции, серьезные ребята. Подождите меня здесь, выпейте пока.

– Хорошо, ждем.

Барная стойка, двойной виски.

Осматриваемся, оцениваем, прицеливаемся к тем, кого не видели прежде. Все-таки женщины великолепны, когда окружены другими женщинами. Они наряжаются не для мужчин, нет. Они наряжаются ради себя и для того, чтобы вызвать зависть других женщин. Большая трагедия, если у Инны платье точь-в-точь, как у Ирины. Нет большей боли, чем одинаковый наряд. Лишь в одном случае одинаковые платья сулят восторг: когда они на близняшках. Это дабл страйк и магнит для мужских взглядов.

Здесь своего рода ОПГ, как мы шутим. Разные группировки и разные виды оружия. Конечно, самые жаркие девочки сидят за столами и пьют дорогое шампанское. Они в шикарных платьях и сумочки их отнюдь не из Китая. Эти красотки курят дымный кальян и смотрят на челядь сверху вниз.

Те, кто у бара – челядь – мечтают оказаться на месте тех, кто за столом. Барных девочек проще снять, это вариант, когда остальные иссякли. Последний вагон. Но есть и исключения! Красивые, уверенные в себе, желанная цель каждого мужчины в клубе. Таким не нужен стол, чтобы сиять.

Их не купить алкоголем или цветами, которые продают «красные шапочки», вечно блуждающие вокруг столов с надписью на лбу «купи даме розу в 100 раз дороже ее цены, покажи какой ты крутой, а она сделает фотку для соцсетей и, может быть, тебе что-то перепадет сегодня ночью, просто покажи ей, что она принцесса».

Сияющие избирательны. Их практически невозможно напоить и снять на одну ночь. Им не важно, что вокруг, они пришли сюда ради себя и наслаждаются жизнью. Им плевать на зависть окружающих. Купаются во внимании и предложениях пройти за стол, но нет, им это не очень интересно.

Нам пришлось ждать дольше, чем хотелось, но Паша вернулся, а значит, праздник начался.

Разливаю по стаканам, а вокруг кружат чайки. Чайками мы называем тех, кто мог часами смотреть на наш хлеб в надежде, что мы его бросим. Мы снимаем сливки, самые сочные и спелые – под стать нам самим.

Паша – безжалостный критик. Он устраивает кастинг, пройти который удавалось чаще его подругам, чем новеньким девушкам. Мы видим сияющих, тех самых, которые не сидят за VIP-столами и не стремятся. Они явно старше остальных девушек в клубе.