Ты моя, девочка! - Лена Голд

Скорая приезжает быстро. Показываю медработнику результаты анализов, на что он лишь ахает. Маму увозят, а я за ними на такси. Ехать в машине скорой помощи не разрешили. По дороге звоню Андрею. Нужно срочно продать мою двушку. Наверняка, завтра уже сделают операцию. Остаётся только надеяться, что кто-то купит мою квартиру за нормальную цену.

Всю ночь провожу в больнице. Мучаюсь. Не могу спать, в то же время еле стаю на ногах. Я устала… От проблем… От людей… От жизни…

— Жень, как ты? Как мама? — подруга всегда рядом, что бы со мной ни было.

Вспоминаю, как однажды, четыре года назад я лежала в этой же больнице. Избитая. Я сильно поругалась с отчимом, который копался в моей комнате и крал все мои накопленные деньги. До последнего рубля. Он не пощадил меня. Бил кулаком. Пинал, куда попало. Избил до полусмерти. В тот день Маришка также взволнованно пришла навестить меня. Вместе с мамой заботились обо мне долгих три месяца.

— Не знаю, Мариш. Врачи к ней не подпускают. Говорят, срочно нужна операция, — честно признаюсь, протирая рукой лицо. Сильно болит голова, а глаза уже не видят ничего.

— Жень, на квартиру максимум шестьсот тысяч дают. Копейки! Андрей ночью друзьям позвонил, но никакого эффекта. Прости, мы тебя подвели.

Шестьсот тысяч… Это даже не половина суммы, в которой я нуждаюсь. Мне нужно больше миллиона. Господи… Откуда мне взять эти деньги?

— Всё хорошо, Марин. Я в банк пойду чуть позже, может кредит смогу взять. — говорю еле слышно. Нужно связаться со всеми друзьями и знакомыми. Попросить помощи. — Позвони Андрею, скажи, что я согласна. Принесу документы на квартиру и подпишу, что надо.

— Хорошо, звоню. А в кредит ты максимум триста штук взять сможешь. Вот, держи, — протягивает мне маленький конверт, — Здесь сто тысяч. Это всё, что мы накопили. Тебе сейчас нужнее…

Принимаю помощь подруги. Продаю свой дом и беру кредит. Завтра маме сделают операцию, если я заплачу ещё двести тысяч. Но у меня этих денег нет. Продаю свою золотую цепочку, которую мама купила на мое совершеннолетие, и обручальное кольцо. Это копейки…

— Нет, Марин. Не хватает! Боже… Что мне делать? — хожу из угла в угол. Не могу найти себе места. У мамы состояние критическое.

— Ну кому мы не позвонили? Подумай ещё. Посмотри в список контактов, — подруга волнуется не меньше меня.

— Алекс… — произношу имя того, о ком я даже не вспоминала уже несколько часов.

Да. Это мой последний шанс. Единственный выход. Возможно — не откажет. Но снова будет меня сравнивать с девушками, которые охотятся на богатых мужиков. Снова назовёт меня шлюхой. Попользуется несколько месяцев и выкинет, как ненужную вещь.

Будет неприятно. Тошно. Но я должна буду согласиться на всё. Ради матери. Родной души.

— Ты серьёзно? Пойдёшь к нему и попросишь денег, после того условия? — подруга не сдерживает возмущения. Злится. Бесится. Но мне всё равно.

Да. Он зверь. Он животное, которому плевать на ещё не родившегося малыша. Но должно же быть в нём что-то человеческое. Хотя бы кусочек. Просто пойду и попрошу. Плевать, что будет потом.

— Да, Марин. Иди домой, а я к нему. Всё равно к маме нельзя. — прощаюсь с подругой. Стараюсь не обращать внимания на её ворчания.

Еду к Алексу. Одиннадцатый час. Наверняка дома. Сердце в груди колотится от мысли, как он отреагирует, когда увидит меня. Вчера утром я наговорила ему многое. Вдруг откажется? Но попытка не пытка же ведь… Не так ли? Нужно попробовать…

Поднимаюсь на нужный этаж и стою перед дверью квартиры любимого. Хочу нажать на звонок, но рука не поднимается. Не могу решиться. По спине пробегают мурашки от волнения. Всё же не сдерживаюсь и стучу в дверь.

— Женя? — хозяин дома не заставляет долго ждать.

Всё тот же Алекс… Безумно красивый и привлекательный. Сегодня какой-то растрёпанный. Нет той идеальной укладки. Волосы прилипли ко лбу, кажется, только что умылся. В белоснежной рубашке.

Сердце сжимается, когда замечаю на воротнике следы красной помады. Опечаток женских губ. Всего лишь полтора дня… Тридцать шесть часов, а он уже нашёл себе другую.

Тошнит. Как я прикоснусь к нему, если попросит. Если захочет секса прямо сейчас.

— Можем поговорить? — холодно бросаю я, не отводя взгляда от яркого пятна. До боли сжимаю руки в кулаки и впиваюсь ногтями в нежную кожу, чтобы сдержаться и не заплакать.

— Ты вроде всё сказала вчера… Или я ошибаюсь? — хмурится, изучая меня с ног до головы. Всё же приглашает меня в свою квартиру. Снимаю куртку и обувь. Иду следом за ним в гостиную. — Я тебя слушаю, — садится на диван и с хитрой ухмылкой пялится на меня.

Давай Женька, возьми себя в руки и попроси помощи. Денег. Ради мамы.

— Мне нужны деньги, — сглатывая, еле произношу, следя за выражением лица мужчины. Он ни чуть не удивляется. Широко улыбается и проговаривает:

— Я их тебе предлагал, а ты каждый раз отказывала. А вчера… Хлопнула за собой дверь и ушла. Зачем выпендривалась, если через день снова планировала сюда вернуться, а?

Нет, Алекс. Я не планировала сюда возвращаться. Я хотела вычеркнуть тебя из своей жизни раз и навсегда. Но, видимо, у судьбы другие планы. Мамочке нужна операция. Её жизнь теперь в твоих руках.

— Мне нужна твоя помощь, Алекс, — тихо, но твёрдо произношу и прикусываю нижнюю губу. Еле держусь, ещё чуть-чуть и мои нервы сдадут. — Не мучай меня. Либо одолжишь, либо я просто уйду и мы забудем этот разго…

— Сколько? — резко отрезает, не даёт договорить.

— Шестьсот тысяч. Срочно. До завтра. — смотрю ему в глаза и замечаю его недовольную мимику. Не ожидал от меня?

— Хорошо, — говорит он и делает короткую паузу. У меня невольно улыбка появляется на лице, но моя радость длится не долго. — Теперь у меня два условия, Женя.

— Какие? — прикрываю глаза и молюсь Богу, чтобы он снова не начал говорить про аборт. Что угодно, но малыша своего я терять не хочу.

— Первое то же, что и вчера, — не моргая глазами приказывает он, заставляя меня ненавидеть его всё больше и больше. — А второе… Ты будешь каждый день ждать меня в этом доме… — снова останавливается на полуслове. Встаёт с дивана и приближается ко мне. — На коленях…