Валид - Анастасия Шерр

Валид вернулся скоро, а шум, наконец, стих. Хаджиев протянул руку и, схватив меня за локоть, вытащил из укрытия.

— Испугалась?

Ответить смогла не сразу — сильно стучали зубы.

— Д-да…

— Всё, всё, — он притянул меня к своей груди, крепко прижал. — Здесь никого чужого нет. Только охрана внизу. Сейчас оденься, отведу тебя в левое крыло. Тут спать нельзя.

Ещё бы… Половина стены раскурочена, и это только здесь. Страшно представить, что там, за дверью.

— Что это было? Кто это сделал? — поднимаю на него испуганный взгляд и вздрагиваю от жуткого пламени, что полыхает в его глазах.

— Не беспокойся об этом. Я всё решу.

Не сомневаюсь в этом. Слишком уж угрожающий у него вид. Такого Валида я определённо ещё не видела.

Он молча сопроводил меня в нежилое крыло дома и, осмотрев комнату, пошёл к двери.

— Валид! — позвала его и тут же запнулась. Как трусливая девчонка… Но да, мне страшно. Так страшно, как не было ещё никогда.

— Я скоро приду, — он обернулся у порога, посмотрел мне в глаза. — Не бойся, больше ничего не случится.

Его вид и голос излучали уверенность, а я вот не зарекалась бы…

— Шах? — позвал меня, отвлекая от плохих мыслей. — Ничего не бойся, слышишь? Никто никогда не посмеет даже приблизиться к тебе. Я в состоянии защитить свою семью.

Я молча кивнула, отвернулась, чтобы он не увидел моих слёз, что уже жгли глаза. Куда я попала? Верните меня домой! Кто-нибудь! Слышите? Верните меня к моей маме. Я не хочу быть здесь.

* * *

— Клянусь, Валид, это не наши. Ты же знаешь, я день и ночь думаю о твоей безопасности. Я не взял бы на работу «крысу».

Хаджиев вжимал помощника в стену и смотрел в его глаза, пытаясь распознать ложь. Хоть оттенок страха поймать. Ничего. Шамиль не врал. Оторвав от себя его руку, Шамиль отошёл подальше.

— Недостаточно думаешь. Взрывчатка влетела в окно. По-твоему, мой дом хорошо охраняется? Скажи мне, Шамиль? Как этот мудак попал на территорию и как слинял, если это был кто-то чужой? И почему до сих пор он не стоит передо мной на коленях?! — рявкнул, сметая со стола бутылку с виски и бокалы.

— Валид, я найду его. Клянусь, найду.

— Я жду, — прошипел, испепеляя своим взглядом штрафника, и тот, кивнув, удалился.

— Ты слишком самоуверен, брат. Не стоит расслабляться. Тем более, сейчас, когда ты только-только встаёшь на ноги. Новых игроков всегда боятся и недолюбливают. Даже если те ведут дела тихо и мирно. А ты ворвался в город, как ураган. Всех подминаешь под себя. Это мог быть кто угодно. Но его нужно найти. Вредитель не остановится, пока его не остановят, понимаешь?

Валид повернулся к Марату, выдохнул. Всё верно говорит старший брат. «Крысу» нужно найти и сломать хребет. А лучше вырвать его. Так, чтоб мразь в собственной крови захлебнулась.

— Я уверен, что скоро его имя всплывёт. Долго тварь не сможет прятаться.

Марат покачал головой, сложил руки на груди и с неодобрением взглянул на новую бутылку виски в руках Валида.

— Ты должен проверить всех. В том числе и свою охрану. Даже Шамиля. Нельзя верить никому.

Хаджиев-младший усмехнулся, сделал глоток обжигающего пойла прямо из горла.

— Шамилю я верю. Он не пойдёт против меня.

Марат резко встал с кресла и, схватив брата за шею, прислонился своим лбом к его.

— Нет. Ты не должен верить. Никому, Валид. Даже мне, даже отцу. Никому. Вспомни, кто убил мою семью. Он был моим другом. Он был мне как ты. А потом пришёл и убил моего сына. А жену пытал, насиловал и оставил истекать кровью. Я держал их тела в своих руках и не верил, что это мог сотворить человек. Оказалось, мог друг.

Валид знал эту жуткую историю. Был на похоронах своего племянника и видел, как эта беда перевернула жизнь брата. Такой судьбы он не пожелал бы и врагу.

— Я проверю Шамиля. Всех проверю. Будь уверен, — прошептал, похлопав брата по плечу. — Спасибо, что приехал. Но мне сейчас к жене нужно. Она испугалась.

— Да, иди. Я завтра отправлю своих людей. Сам скажешь им, что делать, — Марат отпустил его и повернулся к охраннику. — Заводи машину.

* * *

Она сидела на кровати, поджав под себя ноги. Смотрела в стену и еле заметно покачивалась, обнимая себя руками.

— Как ты? — он подошёл ближе, присел рядом. — Сказать домработнице, чтобы принесла что-нибудь?

Шах упрямо игнорировала его присутствие и, плотно сжав губы, продолжала гипнотизировать стену.

Коснувшись её плеча, активировал бомбу замедленного действия.

— Я хочу домой! — заявила, поворачиваясь к нему.

— Ты и так дома, Шах. А нашу комнату скоро приведут в порядок, — привлёк её к себе, но жена дёрнулась, будто обожглась.

— Отпусти, Валид. Ты прекрасно понимаешь, о чём я. Я хочу к своим родителям. Верни меня обратно. Пусть даже с позором, я согласна и на это. Я не хочу находиться в этом доме… С тобой, — голос её дрогнул. — Мне не нравится быть твоей женой. Мне не нравится, что моя жизнь в опасности рядом с тобой. И ты мне не нравишься.

Её слова пронеслись холодом под кожей, а в следующее мгновение вскипели в артериях, разнеслись жаром по всему телу. Валид ещё не отошёл от взрыва, не успел успокоиться, а эта дура словно специально его провоцирует.

— Мне плевать, что тебе не нравится. Ты будешь жить со мной, пока я сам не решу, что этот брак должен быть расторгнут. Поняла? — схватив её за лицо, сильно сжал, отчего Шахидат поморщилась.

— Мне больно, — прошипела ему в лицо, а Хаджиев опустил взгляд на её губы. Какие же они, сука, манящие. Так бы и сожрал их. Чтобы до крови, до мяса. Чтобы крики её глотать.

— И это меня тоже не заботит! Легла в кровать! — грубо отшвырнул её на подушки, стащил с себя футболку. — И не вздумай сейчас перечить мне, а то, клянусь, своих родителей ты больше никогда не увидишь!

Она смотрела на Валида с ненавистью. Так зло, что если бы могла, сожгла бы его дотла. Лёг рядом и, схватив её за талию, прижал к себе.

— Так и будешь всю жизнь шантажом меня прогибать? Тебе меня не сломить, Валид, — и замычала ему в руку, когда ладонью заткнул ей рот.

— Заткнись, Шахидат, а то я тебя выпорю, — прорычал ей на ухо и сдавил щёки так, что заскулила, а кожу его пальцев обожгли слёзы. — Заткнись и спи. Не провоцируй.

* * *

Проснулась от его прикосновений и сразу же напряглась всем телом. Валид уже не спал, а мне сейчас совершенно не хотелось с ним говорить.

— Не притворяйся спящей, мы же не в детском саду, — резко перевернул на спину и склонился к моему лицу. — Хочу тебя.

Я увернулась прежде, чем он успел впиться в мои губы своим алчным ртом. Сумасшедший. Ещё вчера ему разнесли дом, и мы чуть ни остались под обломками, но Хаджиев упорно думает об одном! Будто в жизни нет других забот, кроме плотского удовольствия.