Дикие - Мира Вольная

Кристин Хэнсон

Я стояла возле «Берлоги» и рассматривала ставшее вдруг чужим здание. По спине вдоль лопаток пробегал легкий холодок. Не то чтобы оборотни особо миролюбивые создания, не то чтобы я боялась вида крови и трупов… Когда убиваешь оленя крови столько же, за одним исключением… В шкуре волка ты убиваешь, чтобы выжить, не чтобы наказать. Проблема была еще и в том, что я знала убитого Макклином оборотня и, как оказалось, совершенно не знала самого Макклина.

И теперь не совсем понимала, как себя с ним вести.

Он убил волка.

Он спас мне жизнь.

Он предложил выбор.

Он помог успокоиться после.

Он все еще любит Херши.

Но…

Макклин убил оборотня. Быстро. Точно. Без раздумий, колебаний и мук совести после. Снес ему голову одним ударом лапы.

И я совершенно ничего не почувствовала от него ни во время убийства, ни после. Вообще не поняла его эмоций. Даже когда мужчина прикасался ко мне. Он говорил ровно и спокойно, насмешливо, только глаза странно сверкали. Конфета эта дурацкая…

Почему он разозлился, перед тем как уйти?

Я сделала пару глубоких вдохов и все-таки проскользнула внутрь здания. Сегодня помимо бара работали и ресторан, и стейк-хаус. На втором и третьем этажах уже вовсю кипела работа, в баре за стойкой скучал только Джеймс, копаясь в телефоне.

- Крис, привет! – кивнул мне оборотень, стоило войти. – Тебя хотел видеть босс.

Я развернулась было к выходу, но бармен меня остановил:

- Он тут, в своем бункере, - кивнул парень головой на дверь в конце зала.

- Не сказал, зачем? – спросила я, замерев на секунду.

- Ласточка моя, - оскалился Джеймс, подперев подбородок рукой, - я его даже за задницу не щупал… А ты хочешь, чтобы он мне докладывал?

Я усмехнулась и все-таки пошла в сторону неприметной двери.

Джеймс был геем. Очень давно и очень прочно. Голубее него, пожалуй, только вода на Фиджи. Широкоплечий, большой, даже какой-то квадратный. Угловатая челюсть, широкие скулы, глубоко посаженные глаза и брови вразлет. Его запястья украшали плетенные и кожаные браслеты с Ямайки и из Австралии, он носил потертые конверсы, подкатанные на лодыжках джинсы и белые футболки, говорил с Калифорнийским, южным акцентом и собирал светлые волосы в шишку на затылке. И при всем при этом прекрасно вписывался в «Берлогу» и в свою роль бармена. Коктейли мешал просто фантастические, с обнаглевшими, слишком пьяными, решившим побуянить оборотнями не церемонился: из душки-парня мгновенно превращался в взбешенного зверя. С людьми не церемонился тоже. В общем, от хорошей драки никогда не отказывался. Временами мне казалось, что у парня раздвоение личности: ванильная девочка прекрасно уживается в нем с брутальным мачо, эдаким бывшим участником боев без правил.

- Давай, конфетка, стучи уже, - не оставил Джеймс без внимания мою заминку у двери в «бункер».

Пришлось действительно стучать.

- Заходи уже, Хэнсон, - раздалось с другой стороны, - в этом баре стучать не принято.

Я повернула ручку и вошла. Конард сидел за столом, закопавшись в бумаги.

- Ты хотел меня видеть.

- Да. Хотел узнать, как ты, - Макклин смотрел очень внимательно. Я так же внимательно изучала мужчину напротив.

- Ничего не изменилось. Макгрэгор все еще мертв, - пожала плечами. – Зачем ты выбросил его труп на старой лесопилке?

- Где выбросил? – он отчего-то насторожился.