Дерзкая - Маргарита Александрова

Ударила, и почувствовала, как мышцы мои напряглись, я их опять стала ощущать.

— А Алексей? Что ты сделал с ним?

— Тебя это не должно волновать! Скажу, так, тебя он точно больше не побеспокоит, никогда! — проговорил он, холодным тоном, — Бей сильнее!

— Макс, понимаешь, из-за, всех этих переживаний я упустила один момент…Он (Алексей) сказал, что кому-то задолжал большую сумму и поэтому сделал это…и этот человек хочет со мной поговорить… — ударила, и в этот момент Макс перехватил мою руку и притянул ближе.

— И ты только сейчас вспомнила об этом?! — зло процедил мне в лицо.

— Я…я…

— Ну?! — он усилил захват на моей руке.

— Хватит, ты делаешь мне, больно! — прокричала я и отскочила от него, отвернулась и стала растирать руку, на которой уже красовались отпечатки его рук.

Макс подошел ко мне, его руки сомкнулись на моей талии. Он притянул меня к себе. Мне пришлось упереться в его грудь и облокотится на него, полностью, всем корпусом. Дыхание участилось. Его губы прибились к моей шее — Прости! Я погорячился! — выдохнул он мягко и поцеловал меня в шею, а я стала вдыхать его аромат. От этого, казалось бы, простого движения, у меня мурашки побежали по телу, и легкий румянец появился на моих щеках — У тебя хороший удар, умница! — и опять поцеловал в шею, продолжая удерживать и сжимать свои руки!

— Отец меня научил многому, но так и не доучил…

— Забудь! Не переживай, выкинь все из головы, я со всем разберусь!

— Ты на меня злишься?

— Хм, честно? Безумно! Я безумно разозлился такой беспечности с твоей стороны! Я испугался, за тебя! Малыш, ты заставляешь меня нервничать и испытывать эмоции, которые я раньше не испытывал. Я ни за кого так раньше не переживал!

- Что теперь?

— Ничего, живем дальше.

— А мое наказание?

Он улыбнулся своей обворожительной улыбкой, развернулся, подошел к стене и повесил перчатки.

— Я решил тебе показать свою жизнь.

— Что это значит?

— Это значит, что с понедельника ты мой помощник, вникаешь во все дела, ездишь на встречи, совещания и командировки. Будешь со мной проводить двадцать четыре часа в сутки — сказал он и улыбнулся.

— А отец? Он знает?

— Да, он в курсе!

— А, и чуть не забыл. У тебя вводиться несколько правил, которые ты не можешь нарушать!

Правило первое — перед выходом из дома, показываешь мне свой наряд — и я должен его одобрить.

Правило второе — твой телефон всегда включён, и ты всегда говоришь, куда и с кем идешь.

Правило третье — всегда, всегда и везде ты с охраной! Это правило ты выполняешь беспрекословно!

Если по каким-то причинам, что-то случилось, ты всегда должна позвонить мне!

У меня открылся рот от возмущения!

— Хорошо, телефон и охрана, я уже поняла! Но причем тут мой наряд? — процедила я и зло уставилась на него.

Он заломил одну бровь, подошел ко мне, и пальцами провел по щеке, остановился на губах, и хрипло произнес — Потому что я должен быть уверен, что моя благодетелей будет в безопасности! — и рассмеялся.

— Что? — моему возмущению не было придела! — твоя?

— Конечно! Я же такой красавчик, а ты будешь рядом со мной столько времени, вдруг не удержишься!

— Ага, мечтай — сказала я, надув губы. Развернулась от него, и подошла к стене, снимая, перчатки.

Не заметила, как он подрался ко мне и прошептал на ухо:

— Мечтаю, малыш, постоянно… Завтра начнем, — подмигнул мне и ушел!