Объятые пламенем - Anne Dar

Посмотрев на лежащий передо мной измельченный в труху кочан капусты и на нож в правой руке, я разочарованно выдохнула.

– Ничего. Мы это всё затушим с картошкой, – попыталась обнадёжить меня Коко.

– О какой картошке идёт речь? В сковороде едва хватит места на всю эту капусту, – без ножа резала правду Нат.

…Уже через час мы ели тушеную капусту с рисом.

– Таша, ты снова проваливаешься, – огневолосая перехватила мой разъярённый, брошенный вникуда взгляд. – Не знаю, на что ты там злишься, хотя и догадываюсь на кого конкретно, но давай на сегодня не об этом?

– Да, расскажи нам лучше про мистера Гутмана, – вдруг встряла Коко. – Это же надо – ты была у него в гостях! Ведь у него дома даже социальные службы не бывают.

– Если честно, я не то что голоса, но даже внешности его не смогу описать, если меня вдруг попросят, – запрокинула на бок голову Нат, зажмурив при этом один глаз. – Я если его и вижу, тогда не больше пары раз в месяц – когда заставляю свою ленивую попу подняться с постели ради утренней пробежки, о которой потом жалею всю последующую неделю. Гутман всегда был для меня “человеком из окна” – того самого окна “на втором этаже соседнего дома”. Вроде как он постоянно что-то рисует там на своих больших мольбертах.

– Я бы так хотела с ним познакомиться! – неожиданно воодушевленно призналась Коко. – Таша, ты не могла бы нас познакомить с ним?

– Что?.. – я едва не поперхнулась от прилетевшего в мою голову вопроса извне.

Теперь эту неделю с уверенностью можно было назвать неделей, выпавшей из моей реальности в какую-то параллельную. Я окончательно перестала понимать, что вокруг меня происходит. Каким образом я вдруг стала тем единственным человеком, который должен решать такие глобальные вопросы, как освобождение пленников, вынужденных, как Картер Бишоп, и добровольных, как Олаф Гутман?!

Первое октября. Среда. Я на взводе. По моим подсчётам – а они верны – Дариан уже пятый день к ряду удерживает Картера против его воли. И это как минимум – серьёзное преступление, как максимум – признак склонности Риордана к подлинному безумию с маниакальным уклоном.

Я бы уже давно обратилась в полицию, не будь я уверена в том, что Риордан не то что выйдет сухим из воды, но даже в неё не войдёт, а вот я, в данном варианте развития событий, всерьёз рискну ненароком утопиться. Кажется, как и предсказывал Дариан, я медленно, но верно начинала осознавать, что у меня действительно нет выбора…

Пораньше отправив Ирму к Трейси, без пятнадцати семь я без стука вошла в кабинет Дариана, будучи на все сто процентов уверенной в том, что часом ранее он вернулся домой.

Дариан сидел за столом, держа в руках неоправданно большой и очевидно тяжёлый нож для вскрытия прессы, выполненный в виде кинжала. С любопытством наблюдая моё уверенное шествие в его сторону, он красноречиво отложил вскрытый им только что конверт.

Уверенно подойдя к Риордану впритык и сев на стол перед ним, я скрестила руки на груди и, нахмурившись и прикусив нижнюю губу, окинула свою жертву оценивающим взглядом. С утра я преднамеренно надела тонкую белоснежную кофту с глубоким декольте и обтягивающие светлые джинсы, так что в эту минуту могла не сомневаться в своей неотразимости.

Не выдержав молчания, Дариан, уже спустя несколько секунд неоднозначно поведя бровями и выпятив нижнюю губу, вдруг решил поинтересоваться:

– Ты хочешь мне что-то предложить?

– Хочу, – я попыталась произнести это одно-единственное слово настолько уверенно, насколько это только было возможно в сложившейся ситуации и обстановке, после чего, оттолкнувшись от стола, обеими руками уперлась в подлокотники кожаного стула Риордана и слегка откатила его от стола, чтобы иметь возможность сесть ему на руки. Я решила сесть боком, положив левую руку ему за шею.

Первые несколько секунд мы молча смотрели друг другу в глаза. А потом я начала его целовать… Не помню точно, но мне кажется, что, возможно, я впервые поцеловала его первой. Впрочем, это было не важно. Дариан ответил мне взаимностью уже спустя какие-то пару секунд, а уже через минуту я приподнялась и потянула его за собой. Сев на край стола, я раздвинула ноги и обняла ими его талию, после чего начала уверенно, не спеша расстёгивать его рубашку, как вдруг, дойдя до середины, поняла, что он не шевелится. Подняв голову вверх и встретившись с ним взглядом, я вдруг увидела на его лице завораживающую кривую ухмылку.

– Что? – мгновенно сдвинула брови я.

– Такое не прокатит, – выразительно выдохнул он, обдав меня своим ароматным дыханием. – Подобное уже было. Я, конечно, возьму то, что ты мне предлагаешь, но взамен можешь у меня ничего не просить.

Услышав это, я резко оттолкнула нахала от себя, врезавшись рукой в его уже обнажённый пресс.

– В таком случае ты ничего от меня не получишь, – холодно, отлично скрывая своё раздражение, дала свой резкий ответ я.

– Таша, ты даже не стараешься, – Дариан бросил свой увесистый кинжал на стол сбоку от меня. – Не забывай – я знаю то, о чём ты хочешь меня попросить. Даже не рассчитывай, что я дам тебе это за то, что ты позволишь мне себя взять.

Всё ещё мастерски скрывая своё раздражение, я встала со стола, как вдруг зацепилась взглядом за кожаный чёрный кошелёк, лежащий возле стопки документов на самом его краю. Бесцеремонно взяв его в руки, я совершенно невозмутимо вытащила из него все имеющиеся в нём наличные. Дариан тем временем, молча скрестив руки на своей полуобнаженной груди, внимательно наблюдал за каждым моим движением.

– Этого вполне достаточно, – положив деньги в задний карман своих джинс, спокойно произнесла я. – За всё нужно платить, “солнышко”, – наигранно выделила последнее слово я. – Не переживай, я не собираюсь тратить твои деньги на свои нужды. И ещё, – я подошла к собеседнику впритык и, ткнув пальцем в его горячую грудь, начала сжато чеканить слова я. – Я ненавижу, когда кто-то начинает считать, будто может меня контролировать. Если я хотя бы на секунду решу, что ты пытаешься взять надо мной контроль – ты потеряешь меня навсегда.

– Таша, не забывай, ты всё делаешь на добровольных началах, – спокойно начал он. – Однако если я вдруг когда-нибудь решу, что ты пытаешься мне угрожать – ты потеряешь себя навсегда.

– Ты просто самоуверенный, богатый, привыкший к власти придурок, – убрала с груди Дариана свой указательный палец я. – Я никогда не смогла бы стать девушкой того, кто умудрился вместить в себя все эти три отрицательные черты.

– Мы не выносим людей с теми же недостатками, что и у нас, – поджал губы Дариан. – Из перечисленного тебе не хватает только богатства, но тебе оно легко дастся, когда ты научишься быть моей.

– Никогда. – самоуверенно произнесла я, машинально сжав свои кулаки и почему-то совершенно пропустив мимо ушей вскользь прозвучавший из уст соперника намёк на то, что я уже принадлежу ему – осталось только научиться принадлежать, быть его… По-видимому именно это и позволило Дариану наградить меня его коронной кривой ухмылкой, после чего я уверенным шагом вышла из его кабинета.