Секс-защитник по соседству - Любовь Попова

*** Илий ***

Меня никогда так не плющило от бабы. Так сильно, что без нее дышать трудно, а с ней башню сносит. От запаха. От изгибов. От пухлых губ, что умеют так влажно причмокивать во время минета.

И я конечно не дебил, понимаю. Она жена одного из самых влиятельных воров в этой части страны. Сбежавшая жена. И он ее ищет. И я понимаю, что не являюсь героем. Но и отдать ее не могу. Только не ту, что судьба кинула в меня как гранатой. И этот взрыв чувств и желаний игнорировать нельзя.

Я всегда знал, что встречу ее. Остальные девки казались какими-то бессмысленным колесом обозрения. Дорогой к настоящему дому.

Все происходило по одному сценарию. С той лишь разницей, что снимали меня, либо снимал я.

Но ведь жизнь и не может быть простой. У меня есть деньги, здоровье, любимая работа и отличные друзья и родные. Глупо было верить, что любимую я встречу в ближайшем супермаркете и единственной проблемой у нас будет выбор размера кровати. Потому что мой с моим ростом под два метра ложе выбрать нелегко.

Нет, я встретил ту самую среди логова змей, где она выделялась словно спелая ягодка среди гнилья. Яркая, сочная. Очень вкусная.

И дело не обойдется без риска, может кто-то пострадать, но и отступить я не могу. Но сначала нужно обезопасить родных и увезти из города саму Анжелику с Ольгой.

— Почему Анжелика, — задаю я вопрос об имени, пока она рассматривает полки в супермаркете.

Шляпа, что я нашел для нее, почти полностью закрывает лицо, но не может скрыть изгиб пухлых губ.

— Мама считала, что если она назовет меня в честь Ангелов, то это убережет от беды.

— Помогло? — тяну я руку и смахиваю в тележку сразу несколько банок тушенки.

Если прятаться, то в нашем доме, глубоко в лесу.

— Я же встретила тебя, — улыбается она и чуть поднимает шляпу, потом останавливается возле печенья и долго выбирает какой вкус взять.

Я снова смахиваю несколько пачек и вижу ее довольную улыбку.

— Знаешь, поход по магазинам в эти полгода стал одним из любимых занятий.

— Потому что раньше это было недоступно? — догадываюсь я и высматриваю впереди смеющуюся парочку Насти и Артема.

Этим я тоже сказал уехать. Они уже отдали малышей моей маме, а сами закупаются на несколько дней. Лучше так, чем подвергать их жизнь опасности.

Не прощу себе, случись с ними хоть что-то.

— Никогда, — после паузы говорит Лика. — Нам запрещено было гулять и ходить по магазинам. Нас ведь могли похитить и шантажировать отца. А он этого допустить не мог. Вот и сидели как привязанные в доме. Ни друзей. Ни развлечений.

Я вдруг представил эту картину, как две маленькие девочки сидят в комнате полной дорогих игрушек и скучают, потому что никто не показал им как играть.

Кошмар.

У меня было другое детство. Солнце, вода, бои без правил с пацанами, содранные коленки и розги от отца. За сорванные девчонке цветы в чужом саду. А я всего лишь хотел узнать, чем отличаются мальчики от девочек. Заглянуть под юбку.

Да, я рос иначе.

Прижимаю к себе Лику, хочу поделиться своей радостью, своей любовью. Думать о ней страшнее чем говорить. Я ведь буквально нахрапом напал на Лику. Она еще даже не поняла, кем для меня стала. Кем я стану для нее.

Она вытирает пару капель с глаз и снова возвращается к выбору продовольствий.

— А расскажи, какие игры были у вас в детстве.

— Постельные? — играю я бровями, на что Лика звонко смеется и качает головой.

— Ты неисправим. Даже боюсь спрашивать сколько у тебя было женщин, — тянет она меня за ворот клетчатой рубашки и почти касается губ.

— И не надо. Лишь одну их них я запомнил…

— Так, так, комнату снимите позже, — подлетает Настя и разводит нас в сторону. — Все набрали? Давайте уже на выход. А то здесь можно торчать до бесконечности.

— Особенно, когда не знаешь куда деньги девать? — подмигивает мне Артем и Лика смеется. Да, парочка из Насти и Артема вышла, что надо.

— Хочешь сказать, я транжира? — щурит взгляд Настя, пока мы все идем к кассе.

— Нет, нет, милая что ты? Как ты могла такое подумать. Просто идя за хлебом, домой мы приносим целую гору всяких о-очень важных мелочей.

— Но они важные!

— Ты той ручной соковыжималкой даже не воспользовалась! А как насчет массажера для головы, или светящегося меча. Или нет, этот, набор светодиодных фонариков.

— Они мне просто очень понравились, — бурчит Настя и лезет за кошельком в сумку, пока очень крупная кассирша недовольно на нас посматривает.

— Оплачивать как будем? — басит она не женским голосом, и мы с Ликой переглядываемся. Ну, бывает, чего. Не у всех жизнь, как сахар. Кому-то и солью приходится закусывать.

Настя продолжает копаться, и я уже достаю свой кошелек.

— Забыла в машине! Она тут рядом! Я сейчас, — лучезарно улыбается она и кассирша, как загипнотизированная кивает.

Артем смотрит на меня и закатывает глаза.

— Хорошо, хоть ночь. Людей почти нет, — говорит он и вдруг… весь подбирается. Лицо превращается в напряженную маску.