Серпантин - Оксана Чернышова

Тина

Попрощавшись с Эмили, мы с Данияром пошли в сторону лестницы. День близился к закату, и впервые за это время я задумалась о том, что у меня так и нет жилья. А мне бы хотелось иметь личное пространство.

— Данияр? — обратилась к хмурому напарнику.

— Да, что случилось? — парень остановился около двери, ведущей на лестничный пролёт.

— Как думаешь, квартира, которую мне выделили в общежитии, цела?

— Без понятия, но ты там жить не будешь. Как показал вчерашний день, в этом месте небезопасно. А посему, жить ты будешь на одном этаже со мной. Общий душ и кухня, а также смежные двери, – всё это он мне сообщал будничным тоном, решив за меня. Что я могла возразить? Выбора особого у меня не было. Он взял меня за руку, и мы начали подниматься наверх.

— Это что, предложение, от которого я не могу отказаться? — нервно хохотнула я.

— Нет, но это первая ступень к развитию здоровых отношений между напарниками.

— Ты всех своих напарников селишь рядом с собой? — приподняла бровь, но Данияр не видел моего выражения лица.

— У меня до тебя не было напарников, я одиночка. Надеюсь лишь только на себя. Ты первая, кому выпала такая честь. Так что, цени это, — он сказал это так пафосно, что я рассмеялась.

Данияр неожиданно остановился и замер, к чему-то прислушиваясь, я тоже напрягла слух. Услышала тихий плач ребёнка. Судя по чуть бьющимся сердцам, в квартире недалеко от лестницы находилось двое деток, которым нужна была помощь. И пройти мимо мы не могли.

Напарник открыл дверь на десятом этаже и в потёмках добрался до нужной двери. Постучал костяшками пальцев о деревянную, некогда покрашенную в синий цвет дверь. За дверью прекратили всхлипывать. Наступила тишина, как будто там никого и не было. Напарник постучал чуть громче. И опять безмолвие.

— Дети, вам нужна помощь? Мы были в гостях у Эмили. Может, вы её знаете, она с седьмого этажа, медсестра. Проходили мимо и услышали плач. У нас есть еда. Если вы голодны, можем вас накормить, — вложила в свой голос всё добро, что у меня было.

И опять тишина, потом шарканье ног и еле слышный из-за двери мальчишеский голос.

— Кто вы? — надрывный кашель. Ребёнок явно простужен.

— Мы друзья Эмили, медсестры с седьмого этажа. Меня зовут Данияр, со мной моя подруга Тина. Твоя сестра больна?

— Вы оборотни? — спросил мальчик, не ответив на вопрос.

— Я человек, а мой напарник оборотень. Мы не обидим вас, малыш. Ваши родители дома? — говорила ласковым голосом. Не хотела пугать ребёнка.

— Нет, мама ушла за едой и не вернулась. Еда закончилась у нас пару дней назад. Сестра ослабла, она маленькая. Мама строго-настрого наказала незнакомым дверь не открывать. Вы и правда нас можете накормить?

— Да, я попрошу Эмили вас осмотреть. Откроешь нам дверь? — голос Данияра был серьёзным.

— Открою, но только Эмили, — мальчик нам не доверял, для него мы были чужими. А девушку, похоже, он знал.

— Конечно, я её сейчас приведу. Как тебя и твою сестрёнку зовут?

— Я Кит, а сестрёнку зовут Анна, — я слышала, как мальчик подтащил к двери стул и, встав на него, рассматривал нас в дверной глазок.

— Мы скоро вернёмся, — Данияр так и не выпустил мою руку.

— Может, я останусь тут, а ты сходишь за Эмили?

— Нет. Район опасный, одна ты не останешься. Как видишь, соседи, если они на этом этаже и живут, не побеспокоились о детях. А таким людям я не доверяю.

Спорить с напарником не стала, поэтому мы спустились обратно на седьмой этаж. Парень рассказал краткую историю детей, и Эмили без лишних слов взяла свой чемоданчик и собрала кое-какую еду, оставшуюся после чаепития. После нехитрых приготовлений мы все вместе вернулись к квартире, где нас ожидал Кит.

— Я этих детей знаю. Как-то ставила капельницы их отцу. Он раньше был охотником, такие долго не живут. Он месяц назад пропал, осталась мать. Но, как видно, и она пропала. Чем дальше, тем страшнее становится жить в этом городе, — девушка постучала в дверь.