Пустая карта - Настасья Карпинская

– Что это?

– Это, то на что я смогла повлиять, то, что подтерли в базе, я выделила. А визитка что сверху, ее сохрани. Борис Сергеевич – продажная крыса за определенную плату может решить почти любые вопросы в своем налоговом ареале. Но будь аккуратен, то, что он крыса это не просто слова.

– Спасибо, Юль. Надеюсь, не придется воспользоваться.

– И я надеюсь. Это мой подарок, что смогла, то сделала, – она улыбнулась с какой-то грустью в глазах, – я буду скучать.

– Я тоже.

– Врешь, – ее переливчатый смех наполнил комнату, и сразу стало как-то легко. С ней всегда было легко, этим и привлекла когда – то. Зайдя в приложение банка на телефоне, сделал перевод, дождавшись пока раздаться звук входящего сообщения.

– А это зачем? – она взглянула на дисплей своего смартфона.

– Я сегодня без подарка, купишь сама, что понравится.

– Спасибо.

После встречи с Юлей заехал в новую квартиру, все косяки с моего прошлого посещения были исправлены к сегодняшнему дню, еще раз все проверил и наконец, подписал документы.

– Гарантия на все работы год с момента сдачи. Если что-то не так, звоните, Вячеслав Викторович, мы всегда готовы решить возникшие проблемы, – произнес прораб, принимая бумаги и пожимая мне руку.

После ухода рабочих я вышел на лоджию, подкуривая сигарету. Вид на город отсюда открывался шикарный. Пока мне нравилось в новом жилье все и расположение комплекса, и закрытый двор, и паркинг, и вид из окон. Осталось завести мебель, нанять клининг и можно праздновать новоселье.

***

В восемь утра мы сидели с мамой в кабинете врача кардиолога. Он пристально вглядывался в снимки и внимательно вчитывался в привезенные нами результаты обследований сделанных ранее.

– Надо сделать свежие снимки и сдать анализы. Снимок можно сделать прямо сейчас у нас, а анализы завтра с утра сдадите.

– Хорошо, – я кивнула, сжимая мамину руку. Она нервничала всю дорогу до больницы и сейчас все еще теребила пальцами носовой платок, стараясь сдержать волнение.

– Не буду скрывать, меня больше всего беспокоит вот эта область, – он поднял снимок на свет, обводя карандашом небольшое расширение. Я в этом практически ничего не понимала, но мамины анализы и заключения говорили о том, что это представляло опасность для ее жизни. – Будем надеяться, что все осталось в прежнем состоянии и не усугубилось. Не буду вас пугать, дождемся снимков. Сейчас пройдете в триста четвертый кабинет, завтра сдадите анализы и к десяти часам подойдете ко мне, – он протянул направления с бланками, которые нужно было оплатить в кассе.

– Оль, может не надо. Дорого тут, – произнесла мама, когда мы вышли из кабинета, – мешкаясь и явно переживая из-за увиденных сумм на бумагах.

– Триста четвертый кабинет, тебя ждут, иди, – я поцеловала ее в щеку, улыбаясь и почти передала из рук в руки приветливой медсестре, которая должна была сопроводить ее. Все оплатив, вышла на крыльцо, ожидая маму. Освободилась она довольно быстро.

– Ну как прошло?

– Все сделали, но мне ничего не сказали.

– Врач завтра все скажет, не переживай, – приобняла ее за плечи, направляясь к машине.

– Оль, может, все же в нашу поликлинику сходим, у дома которая. Там все анализы бесплатно делают.

– Ага, а чтобы к врачу попасть за направлениями на эти анализы надо год прождать, да?

– Ну не год, не преувеличивай.

– Мам, завтра сдашь все и все узнаем.

– Я за тебя дочь переживаю.

– Мы уже это обсудили. Все хорошо у меня.

– Не договариваешь ты.

– Мамуль, ну хватит, о себе подумай, пожалуйста, если не ради меня, то ради Алинки. Как она без тебя, то жить будет, она же дура совсем. Я же прибью ее нафиг, у меня столько терпения нет как у тебя, – произнесла я, улыбаясь, и мама, наконец-то расслабилась, не до конца конечно, но на губах заиграла слабая улыбка. Это она еще не знает, что неоплаченных кредитов со вчерашнего дня у нее больше нет. Светку что ли подговорить, чтобы она мою ложь подтвердила, пусть скажет, что заняла мне, маме так спокойней будет. А то напридумает себе страстей криминальных, давление еще подымится. Надо набрать Светке.

По пути к бизнес центру, заглянула к участковому, где меня ждал сюрприз. Сахаров был не в духе, не стой ноги с утра что ли встал?

– Алексеева подпиши, – не здороваясь, сунул какие-то бумаги, отворачиваясь к монитору.

– Что это?

– Читать разучилась? Можешь больше не приходить. Свободна, как ветер в поле.

– Это с чего у нас государство такие подарки делает? По доброте душевной? – улыбнулась, подписывая и откладывая в сторону ручку, так и не присев на стул.

– Как только с такими связями загреметь умудрилась, – пробурчал участковый себе под нос, просматривая документы, даже не вопрос, а так словно мысли вслух.

– Талант.

– Иди уже отсюда, талантливая. Блин.

Вышла я из участка с приподнятым настроением. Хоть в чем-то наметилась положительная динамика. Надо кое-кому сегодня спасибо сказать. При мысли о Вячеславе уголок губ невольно дернулся в намеке на улыбку. И я, подкурив сигарету села в машину, направляясь в офис.

***

– Оксана на днях приходила, – произнесла мама, присаживаясь на стул напротив меня. Я промолчал, воздерживаясь от комментариев, делая глоток обжигающего чая. Обещал к ней заехать уже несколько дней подряд, и только сегодня получилось, и то с утра, – она пить, бросила, говорит здоровье совсем плохое, на таблетки и лечение денег просила.

– Дала? – скрипнув зубами.

– Нет, хотела с тобой поговорить сначала.

– Таблетки, лечение? Серьезно? – отставляя чашку в сторону. – Я видел ее вчера мам, еще не протрезвевшую с жесткого бадуна, от нее перегаром за версту несло. На такое лекарство нужны были день? На опохмел не хватало? Забей уже на нее и забудь.

– Я иногда думаю, что может, мне стоит ей помочь, закодировать, отправить на лечение. Жалко мне ее. Не сложилась у нее в жизни.

– Мам, алкоголики пьют не потому что у них что-то там не сложилось или так плохо, что невмоготу. Алкоголики пьют потому, что им так нравится. Она наслаждается своей жизнью, своей убогостью и пытается этим манипулировать, извлекая выгоду. Пойми уже это. Подпусти ты ее ближе, впусти в свою жизнь, страдать будешь ты, но не она, а она будет дальше бухать и лечить тебя сказками, что завтра она обязательно завяжет и больше в рот не возьмет, засыпать обещаниями которые никогда не исполнит. Поэтому не надо играть в спасателя, прошу тебя. Она сделала свой выбор. И давно.

– Но бывают же случаи, когда люди бросают.

– Бывает. Но не после стольких лет вливания в себя бухары. Я вообще удивлен факту того, что она еще жива до сих пор.