Интимный дневник. Интимный дневник девушки по вызову - Ева Бергер

Фокусы с переодеванием — одна из любимых игр, в которую мы частенько играли с моими клиентами. И раз уж я вспомнила об Алисе, то, пожалуй, расскажу и о других подобных ситуациях. Нет, применять на себя чужие личности мне больше не доводилось, но вот наряжаться в разные костюмы — да, и не один раз…

Эту главу я начну вот с такого вопроса — любите ли в Хеллоуин? В России такого праздника практически нет, но в Европе его отмечают каждый год. Говорят, Хэллоуину не менее двух тысяч лет, и свои истоки этот противоречивый праздник берет из кельтской культуры. У кельтов существовали четко обозначенные «начала времен года». Их было четыре. Самайн знаменовал собой приход зимы и отмечался 31 октября, а чуть позже в это же время стали отмечать День всех душ — когда поминали всех умерших. Однако традиции сохранились в народной памяти, и победить их до конца так и не удалось. В этот день все дети наряжаются в костюмы чудовищ и ходят по соседским домам, выторговывая сладости, устраиваются маскарады, а в окно выставляется полая тыква с вырезанными глазами и ртом и свечкой внутри, чтобы отпугнуть духов…

У людей моей профессии выходных не бывает — я работаю, конечно, не 365 дней в году. У меня есть выходные, но если заказчик желает видеть меня в ночь с 31 декабря на 1 января или же вызывает на свой день рождения (мальчишник, выпускной или другой праздник) — то я собираюсь и еду, не смотря на то, какой день на календаре. Это, в принципе, не плохо — семьи у меня нет, отмечать домашние праздники не с кем. Впрочем, Хеллоуин — это и не семейный праздник. В этот день молодые люди по всему миру наряжаются в костюмы, и собираются на шумные тусовки. А может, зависают в клубах. В этом году Хеллоуин в моей компании пожелал отметить Джек — мой старый знакомый, который не раз вызывал меня к себе. Джек точно знал, что со мной весело — можно, сперва, выпить, повеселиться, а потом хорошо закончить вечер. Джек строил клубы — был одним из самых модных создателей клубов в городе и конечно, в этот вечер мы решили поехать в одно из его заведений.

В тот вечер я нарядилась в костюм полицейского — короткая юбочка, чулки, фуражка. Джек был в восторге! Мы встретились в дверях самого пафосного клуба в городе — The Hills. Интерьеры этого заведения были выполнены в стиле барокко. Стены украшены фресками, выполненными учениками школы Никоса Сафронова, а в зале стоит древнее пианино, на котором, по слухам, играл сам Чайковский. Музыкальная палитра: поп, джаз, соул, фанк… Словом все, что душе угодно!

Джек всем был хорош, если бы не его пристрастие к наркотикам… Так и есть — захожу в клуб, Джек сидит на диване — перед ним дорожка белого порошка, стодолларовая купюра, свернутая в рулон, стеклянный столик, пластиковая карта. Полный набор! Кажется, Джек уже втянул носом добрую порцию наркотика и сейчас пребывает в том самом настроении, когда весь мир ему мил и он всех любит.

— Ники! Детка! — иди сюда, зовет меня он.

— Привет Джек!

Его лицо расплывается в нетрезвой улыбке, Джек поправляет волосы, проводит пальцем по переносице и, окунув подушечку пальца в порошок на столе, быстро трет зубы.

— Милая, хочешь я расскажу тебе сказку? — спрашивает он.

— Сказку?

— Да о Хеллоуине. Знаешь, откуда взялись фонарики-тыквы?

Я отрицательно помотала головой.

— Жил-был славный парень по имени Джек. Однажды Джек повстречался с самим Дьяволом. Джек был не из пугливых и пригласил Сатану выпить с ним по кружечке пива. В пабе он уговорил Дьявола превратиться в монету, чтобы было чем заплатить за пиво. Сатана, недолго думая, обернулся монетой. А Джек взял да и положил на монету серебряный крест. А крест, как известно, лишает Дьявола сверхъестественных сил. И стал Дьявол уговаривать Джека освободить его. А Джек и говорит: «Освобожу я тебя, но с одним условием — мою душу ты оставишь в покое, а когда я умру, быть мне не в аду, а в раю». И вот Джек состарился и умер, а в рай его не пускают. Джек пошел к Дьяволу, а тот сказал, что условие сделки нарушить не может и в ад его не заберет. А на улице темно, ничего не видно, и куда теперь идти Джеку, он не знает. Выпросил он у Сатаны горящий уголек, вырезал из тыквы фонарь, положил в нее уголек и с тех пор ходит по свету, угольком светит…

Джек засмеялся. А я подобнее устроилась на диване — минут двадцать Джека можно было не трогать вообще. Он будет погружен исключительно в свои собственные мысли — мысли о смысле жизни, о том, что творится в мире… будет нести всякую философскую чушь, на которую обычно пробивает парней, принявших дозу, а потом медленно придет в себя и мы перейдем к делу.

— Знаешь, милая, жизнь — такая интересная штука, — протянул Джек, затягиваясь.