Самир - Анастасия Шерр

Светлана распахнула перед ним дверь, отошла в сторону. Глаза девушки заблестели от радости, но бросаться ему на шею не торопилась. Видимо, лицо у него не располагающее.

— Что-то случилось? На тебе лица нет.

— Налей мне выпить. И набери ванну, — сбросил с себя пальто, швырнул его в сторону.

Слепая, удушливая ярость всё ещё переполняла Самира до краёв, а перед глазами до сих пор маячило её лицо. Полностью лишённое каких-либо эмоций, лишь улыбка эта идиотская. Как растение.

Пальцы, зажатые в кулаки, хрустнули, скрипнули зубы. По телу прошла неприятная, почти болезненная судорога.

Настя… Его тихая, скромная девочка. Он жалел её, боялся навредить. Думал, не такая, как все, особенная. С ней нужно только лаской.

На самом же деле — обычная малолетняя шлюха. Ей просто не нравится спать с ним. А с бритоголовыми уродами очень даже не против. Приди он за ней чуть позже…

Рыкнув, ударил кулаком по столу. Осушил залпом половину бокала коньяка и, прихватив с собой бутылку, пошёл в ванную. Света сбросила с себя халат и застыла в ожидании.

— Оденься и уйди. Я не хочу секса.

Она растерянно кивнула и, подхватив свою одежду, поспешила прочь. Остановилась у двери, обернулась.

— Ты что-нибудь ещё хочешь?

Самир опустился в воду, попытался расслабиться, но напряжение так сковало каждую мышцу, что вибрировало всё тело. И сгусток ненависти внутри, пропитывал его ядом гнева, поглощал остатки здравого смысла.

Закрыл глаза, медленно выдохнул.

— Поговори со мной, — сказал тихо, и Света отступила от двери. Присела на край ванны, коснулась пальцами его груди.

— О чём?

— Не важно. Просто поговори. Расскажи что-нибудь. Плевать, о чём.

***

Он никогда не разговаривал со мной. Редко и то, даже не на отвлечённые темы. Лишь по необходимости. И, уж тем более, никогда не просил говорить меня.

Самир любил трахаться в тишине, за исключением разве что стонов, а я, привыкшая к тому, что мой мужчина — потребитель, но никак не любитель поболтать за чашкой чая, привыкла говорить лишь тогда, когда меня спрашивают.

Всё было крайне просто и понятно. До этого дня. Сейчас я его не узнавала. И боялась. Ужасно, до дрожи боялась этого чужого мужчину. От него несло злостью, опасность сбивала с ног девятым валом. И я видела в его глазах приговор. Правда, пока не понимала, чей именно.

Хотелось сбежать. Впервые за все годы, что я знала Самира, мне не хотелось быть с ним рядом. Потому что я чувствовала — вот-вот случится взрыв, и этой ядерной волной уничтожит всех, кто окажется поблизости.

— Может, массаж? — спросила с улыбкой и вздрогнула, когда он открыл глаза и наградил меня страшным взглядом.

— Ты оглохла? Я хочу, чтобы ты говорила.

Говорить… Говорить, наверное, очень просто. Только не в моём случае. Одно случайно оброненное неправильное слово, и от меня не останется мокрого места.

— Хорошо. А… К примеру?

Он вздохнул, снова закрыл глаза.

— Импровизируй.

— Ладно… Я вчера ездила к маме. Представляешь, в деревне уже снег по колено. Пришлось браться за лопату, чтобы пройти к дому, — с опаской взглянула на Самира, но тот оставался в прежней позе, с закинутыми на бортики ванны руками и откинутой на подушку головой. — Дом уже обветшал, и я наняла местных мужиков, чтобы поправили крышу. Вот, думаю, ещё через неделю съездить. Мама очень хочет, чтобы я с ней встретила новый год, а я сказала, что работаю… А вообще знаешь, мне так одиноко бывает… Только мамочка меня понимает. Она всегда внимательно выслушает, потом обнимет, погладит по голове, как в детстве, и становится легче, — на глаза навернулись слёзы, и я смахнула их рукой. Плач Ярославны здесь не заказывали и вряд ли оценят. Любовница всегда должна быть весёлой и радостной. И плевать, что у неё там внутри.

Подняла взгляд на Самира и обмерла. Он внимательно изучал меня. Молча.

— Прости, меня не туда понесло…

— Если хочешь, можешь забрать свою маму сюда. Будем встречаться в гостинице, это не проблема.

— Нет, что ты. Она ни за что не поедет. Говорит: я отсюда ни ногой. Здесь родилась, здесь всю свою жизнь прожила, здесь и останусь. Да и я знаю, что ей там лучше.

Самир приподнялся и, взяв меня за руку, потянул к себе.

— Иди ко мне, — усадил в воду прямо в халате, прижал к груди. — Расскажи мне ещё что-нибудь.

***

Со стоном повернулась на бок и вскрикнула от боли в рёбрах. Возникло ощущение, будто накануне я попала под каток. Во рту и горле всё пересохло, желудок скручивало рвотными спазмами, и ощущался привкус алкоголя. Что со мной произошло? Почему я ничего не помнила?

Я же никогда не пила больше одного бокала вина или шампанского.

— Самир? — огляделась вокруг, но мужа в комнате не оказалось.

На столике стоял поднос с завтраком, и от вида еды меня снова замутило. Вскочив с кровати, бросилась в ванную и, упав на колени перед унитазом, закашлялась. Рвать было нечем, и из меня выливалась лишь мерзкая горечь, внутри всё жгло и скручивало, кружилась голова. Так плохо я себя не чувствовала никогда.

Кое-как доползла до столика с завтраком, схватила бутылку минералки и осушила её за два захода. Немного отдышавшись, решила найти Самира, но дверь почему-то не поддалась и я принялась дёргать за ручку.

— Да что ж такое?

В коридоре послышались шаги, и я постучала.

— Самир? Это ты? У меня тут, кажется, дверь заклинило…

Шаги прекратились.

— Вам запрещено покидать комнату. Приказ Самира Камаловича, — известил незнакомый мужской голос, и я отскочила от двери.

— Кто вы?

Но ответ я не получила, и незнакомец не спеша ушёл.

Огляделась по сторонам в поисках телефона или хотя бы записки от мужа, но ничего не нашла. Успокаивало одно — я дома. А значит, скоро придёт Самир и всё объяснит. А ещё, хотелось верить, что это какая-то глупая шутка. Только вот не похоже всё это на моего мужа. Совсем не похоже.

Что же произошло вчера?