Он вне закона - Ольга Джокер

***

«Я ночую у подруги. Буду завтра», — отправляю маме короткое сообщение с телефона Андрея и тут же возвращаю его ему.

Все мои вещи в том числе кошелёк, ключи и телефон остались в ресторане. Андрей сказал, что уже завтра их доставят по адресу его квартиры и я успокаиваюсь. Сердце рядом с ним привычно-учащенно стучит, а дурацкая влюбленная улыбка озаряет лицо, хотя я как могу сдерживаюсь, кусая губы и отвлекаясь на что угодно, но только не на мысли о том куда мы едем и зачем.

Два щелчка замка и мы оказываемся внутри квартиры: той самой, где впервые познакомились с Андреем и куда постоянно возвращались мои воспоминания.

Он зажигает свет, снимает с себя обувь и достаёт из кармана телефон. Я напрягаюсь, так как думаю, что это мама ответила, но потом выдыхаю, потому что, прочитав сообщение, Андрей сильнее хмурится и поджимает губы. Наверняка случилось что-то более значимое.

Пока Муратов занят, я заинтересованно верчу головой в разные стороны и пытаюсь определить, что именно здесь изменилось за тот период, что меня не было. Чистота и стерильность, минимум мебели и никаких вещей на вешалке в прихожей. Похоже, что здесь по-прежнему никто не живёт.

— Это квартира Леры? — спрашиваю у Андрея и подхожу к зеркалу.

Он тут же усмехается и бросает на тумбу ключи, встав позади меня. От такого контраста между нами сводит дыхание. Отец Лерки высокий и я со своим ростом едва дотягиваю ему до плеча. А ещё именно сейчас я чётко вижу чёртову разницу в возрасте. И дело даже не во внешнем виде, потому что Андрей достаточно молод и красив, дело в его взгляде и моём. В чёрных глазах Муратова глубина и опыт, а в моих — наивность и легкость.

— Нет, — отвечает Андрей. — Её квартира в соседнем доме.

Киваю в ответ и смотрю на собственное отображение. Совсем на себя не похожа. На щеках алеет заметный румянец, глаза горят, а волосы растрёпаны. Встречаюсь в зеркале с внимательным взглядом Андрея и понимаю, что он тоже на меня смотрит.

— Где ванная ты знаешь, — произносит он и направляется куда-то вглубь коридора.

Включив тёплый напор воды и выдавив на ладонь немного геля для душа, намыливаю тело и смываю с себя его запах. Собираясь сегодня на смену, я даже подумать не могла, что вновь окажусь в квартире Андрея. Дурацкая улыбка вновь озаряет лицо от мысли, что взрослый уравновешенный мужчина не сдержался и нарушил свои границы. Нарушил для меня.

Вопрос: «Что же будет дальше?», все ещё висит в воздухе, потому что между нами с Муратовым слишком много «но», вот только в данный момент это не имеет никакого значения. Главное, что мы вместе на любых условиях.

Я выхожу из ванной спустя несколько минут, обмотавшись полотенцем, и направляясь в сторону спальни. Стараюсь не думать о том сколько женщин уже побывали здесь до меня и сколько раз он трахал их на «нашей» постели. На данный момент я наивно мечтаю о том, что со мной он навсегда забудет о других.

Андрей стоит у окна и разговаривает с кем-то по телефону. Рубашка расстегнута на все пуговицы и оголяет рельефный живот и широкую грудь с темными волосками. У меня перехватывает дыхание и потеют ладони.

— Сегодня не получится. Нет. Я останусь в городе, — произносит собеседнику и наконец замечает меня.

Я начинаю мелко дрожать, потому что в его темных глазах-колодцах вовсю пляшут черти.

— Твоё наказание было заслуженным. Не ори.

Я замираю и слышу в трубке громкий визгливый голос подруги. Слов разобрать не могу, но по интонации безошибочно угадываю Леру. При первом знакомстве она как-то обмолвилась, что ей не хватает родительского тепла. Мать давно умерла, а отец слишком много работает и почти не уделяет ей внимания. И именно сейчас я ощущаю острый укол вины за то, что бессовестно краду время у подруги и её отца.

— Ты с Лилей? — доносятся до меня обрывки фраз. — Нет, я просто не понимаю, что ты в ней нашёл…

— Я сказал, прекращай выдвигать претензии. Ещё не доросла.

Андрей перебрасывается с дочерью парой фраз, а затем кладёт трубку. Крепко сжимает челюсти, бросает телефон на тумбу и берёт в руки сигарету.

Я не даю ему закурить и подхожу первой. Мне очень жаль, что они ругаются с Лерой и в другой раз я возможно отпустила бы его домой, но не сейчас, когда чувства накалены до предела, а каждая клеточка моего тела дрожит от предвкушения близости с желанным мужчиной.

С опаской касаюсь белоснежного воротника его рубашки и медленно тяну её вниз. Андрей смотрит на меня с лёгкой насмешкой. Наблюдает, как я обнажаю его по пояс и нежно касаюсь кончиками пальцев выпуклого шва на правом плече. Смотрю на него так, будто спрашиваю: «Помнишь, как ты меня спас, а я тебя лечила? Неумело и с опаской, но так бережно, как только могла». Тогда я ещё не знала, чей он отец и какая между нами пропасть, просто чувствовала его тяжелую ауру и беспрекословно подчинялась.

Целую я тоже первой. Встаю на носочки и мягко касаюсь губами его жестких губ, ощущая, как приятно покалывает внизу живота. В момент, когда мне кажется, что Андрей слишком загружен более важными вопросами, он резко снимает с меня махровое полотенце, бросает его в сторону и подхватывает меня на руки так легко, словно невесомую пушинку.

Спустя мгновение опускает на твёрдую поверхность, но я так увлечена поцелуями с ним, что не могу оторваться и посмотреть, где именно нахожусь. Мне просто хорошо. Мне просто запредельно сладко.

Андрей целует жадно и горячо, а я без остановки глажу его сильные плечи, касаюсь груди, трогаю колючую щетину и так по кругу. Ловлю себя на мысли, что не хочу, чтобы эта ночь когда-нибудь заканчивалась, потому что я просто не знаю, как буду жить без него.

Он раздвигает мои ноги и встает между ними. Щёлкает пряжкой ремня, открывает молнию и прерывается лишь для того, чтобы раскрыть презерватив. Я открываю глаза и понимаю, что нахожусь на тумбе. Голова кружится, между ног отчётливо пульсирует и ощущение такое, будто я как минимум пьяна.