Утратив вкус - Эни Силвер

Он остановился напротив, вглядываясь в море. И задумчивая отражая его на своем лице, словно общаясь с этой стихией.

— Это было мое любимое место. Рад, что нашел тебя здесь.

Утро началось около часа назад и я, как прирожденная итальянка, уже начала его с кофе. На часах еще было рано. Однако не для меня, уже почти привыкшей к ранним подъемам.

— Еще раз, как давно ты здесь был? — недоверчиво взглянула я.

Он явно что-то недоговаривал.

— Я жил здесь какое-то время еще до монастыря. Но после останавливался, как гость.

— Меня все больше и больше забавляет, как ты ведешь жизнь монаха, — стрельнула взглядом, делая глоток.

— И что это значит? — играючи склонил голову набок.

— Уж слишком много маленьких исключений из правил. Если сначала это касалось путешествий по стране, то теперь список вновь пополнился.

— И что уже в этом списке?

— Встречи, да и не только встречи, со мной. Твои фокусы с переодеванием, прогулками, телефон, машина, личные средства. А теперь и этот дом. О чем еще вы молчите, Настоятель Франциск? — хитро улыбнулась, наблюдая за изменениями в его лице.

Он молча взял кружку с моих рук, заставив меня замереть с поднятыми руками, и отставил на встроенный в стену кофейный столик.

Взгляд становился пугающим. Таким, что даже на мгновение решила, что я, наконец-то, зашла слишком далеко со своими язвительными комментариями.

Мои зрачки расширились, пульс скакнул.

И его тонкие пальцы медленно придвинули меня за талию, заглядывая в мое лицо.

— Испугалась? — игриво улыбнулся, снимая наваждение.

— Никогда не пойму, когда ты играешь Ника, а когда Франциска, — буркнула.

— Даже, если я буду вести служение, я всегда буду оставаться для тебя Ником.

— Прям всегда? — недоверчиво сощурилась.

— Всегда.

— Мне нужны гарантии.

Он засмеялся, отодвинувшись. Дав мне вновь взять мою чашку.

— Любишь же ты торговаться. Где было это твое качество, когда ты шла в агентство?

Я чуть не подавилась, делая глоток. Но все же громко возмутилась.

— Это что? Ирония?

Он засмеялся, бодро следуя к выходу.

***

Через пару минут я уже была внизу, наблюдая, как мужчина достает продукты с холодильника.

— Ник, а… Откуда это все? — и уже вспомнила вчерашний камин.

— Я предупредил хозяев, во сколько мы будем.

— То есть, это они все для нас подготовили?

— Да.

Я присвистнула, на что получила строгий взгляд.

— Как интересно. Что же такого ты задолжал этим владельцам, чтобы они так все устроили?

— Долгая история, — поставил хлеб в тостер.

— Кто бы сомневался, — негромко уронила, залезая на стул и ставя чашку на барную стойку.

— Ты сегодня явно решила превзойти себя, — он счастливо улыбнулся, взглянув на меня.

— Я? Превзойти себя? Я тебе даже себя то еще не показала.

— Хм, — лишь ответил.

— И это все? Хм?

Он засмеялся. Его явно забавляло мое настроение. Мое привычное состояние, оставленное далеко за пределами монастыря.

— Что? — весело спросила, наблюдая за ним.

— Я… Просто наслаждаюсь этим утром. Тобой.

Я ловко спрыгнула, обходя стол с противоположной стороны. Заключая мужчину в объятия и дыша ему в спину, пока он нарезал сыр.

— Давай мы останемся здесь? И каждое утро будет начинаться так.

— Софи, — строго, но понимающе откликнулся, откладывая нож.

— Ты только представь, — продолжала, словно не слыша, — Ты будешь делать нам завтрак, я — заваривать кофе. Мы будем гулять по пляжу, читать книги. Наслаждаться друг другом.

Он аккуратно развернулся, буравя меня взглядом. С немым вопросом, который даже не требовалось озвучивать.

И даже этот взгляд пресек все мои попытки. Какими бы шутливыми они не были.

— Да, я знаю… — тут же поправилась, опуская глаза в пол.

— Нет, ты ничего не знаешь, — он приподнял меня, усадив не соседнюю пустую столешницу.

— Чего не знаю?

— Многого.

— Скажи мне что-то, чего ты еще не говорил, — грустно улыбнулась на его стандартные ответы.

— Когда-нибудь я все тебе расскажу.

— Ну хоть что-то новое. Когда-нибудь — это когда?

Он также грустно улыбнулся, невероятно спокойно реагируя на мое игривое поведение.

— Потом. Я обещаю, что потом все расскажу, — и тут же продолжил, заметив мое вытянувшееся лицо, — Но тебе вновь нужны гарантии, да?

— Да. Иначе ты так и будешь говорить загадками.

— Хорошо.

— Ты должен рассказать мне, почему ты решил стать монахом, — потребовала я.

— Так и знал, что ты когда-то это попросишь.

— Сегодня вечером.

Он тяжело вздохнул, прижимаясь к моему телу, как в спасении.

— Ник, я серьезно. Сегодня вечером я жду всю эту историю.

— Я… — запнулся, делая паузу.

— Чего ты боишься? Вот правда, — посмотрела в глубину его карих глаз, обнимая за шею, все еще сидя на столе.

Я видела, как Ник вновь пытался придумать очередную отговорку. Но такая близость моего тела не давала ему сконцентрироваться.

— Что… ты поменяешь свое мнение…

— О тебе?

— Да.

— И это все? — подняла бровь.

— Это все.

Я глухо засмеялась. Это признание было таким… искренним.

Он напоминал мне пугливый цветок, закрывающийся с каждым закатом. И открывающийся рядом со мной, как с очередным восходом. Медленно, не торопясь. Раскрывая мне свои цвета и краски, так переливающиеся под солнцем. Но пока что еще пряча свои самые хрупкие лепестки.

И он смотрел на меня так… Как никто до этого не смотрел. Словно дыша моим присутствием, ловя мой воздух, нуждаясь во мне.

И в груди как-то больно кольнуло, гулко разгоняя адреналин по венам.

— Мне кажется, я тоже в тебя влюбилась, — вдруг услышала свой голос.

И захлопала ресницами, наблюдая за ним.

Он выглядел… Шокированным? Его улыбка коснулась правого уголка рта, дыхание ускорилось троекратно. Но глаза оставались холодными.

— Ты сейчас серьёзно?

— Стала бы я шутить?