Когда тепло - Анна Евдо

Она наблюдала, как уплетали омлет заспанные мальчики, Денис намазывал тосты и передавал их всем по очереди, и вдруг почувствовала, что подступают слезы.

— Что такое? — услышала его обеспокоенный голос.

— Все вместе, утром, так очень по-… - она проглотила слово «семейному», сморгнула волнение и добавила, — Мальчишки такие шкодные и взъерошенные. Растрогали.

Он догадался, что она не договорила, потому что, как и тогда, когда они пекли пиццу, в его голове вертелось то же «семейное» слово. Совсем недавно он не представлял, что его сын будет постоянно жить с ним не день и не два, а более качественный промежуток. Что его не то, что не будет раздражать чужой ребенок, а восприниматься как неотъемлемая часть их…чего? круга? Что появится эта женщина и придаст всему какой-то абсолютно новый смысл и значение, переворачивая его привычный мир.

После завтрака мальчики расположились в гамаках и погрузились в сетевую игру. Взрослые заняли диван на веранде.

— Илья с Марком ровесники? — спросил Денис.

— Нет, Илюше девять.

— Теперь моя очередь спросить. Где его отец?

Она вся подобралась.

— Он умер. Авария на трассе. Скончался на месте. Илюшке было полтора годика. Он его вообще не помнит.

Он взял ее за руку.

— Прости.

Она покачала головой.

— Ничего, я уже могу об этом говорить. Мы были женаты. Я первокурсница, он пятикурсник. Он стал моим лучшим другом. Очень красиво ухаживал. Вернул меня к жизни после смерти бабушки. Она так хотела, чтобы я училась, получила образование. Мне кажется, я в итоге универ вытянула только благодаря бабуле — не могла ее подвести. Сначала муж поддерживал, а потом мы съехались с подругой. До сих пор с ней на связи. Она вышла замуж и переехала в другой город, но, когда видимся, будто вчера расстались. По очереди с малявками оставались, контрольные за деньги выполняли, полы по ночам в подъездах мыли. Не представляешь, как держит в форме, когда моешь в доме без лифта и после каждого этажа гоняешь проверить, спят ли малыши. Никакой спортзал не сравнится. Тогда я и тексты начала править.

Он обхватил ее руку обеими своими, поднес к губам. Она взглянула на него.

— В общем, не самая веселая история.

Он поцеловал ее пальцы и ладонь.

— Ты невероятная. Ты добрая и светлая, несмотря на то, что жизнь тебя наотмашь била. Как такое возможно?

Она спрятала свой кулачок между его ладонями.

— Злобой ничего не изменить. Меня бы она изнутри саму съела. Есть же не только плохое. Если ты стукнешь, хочется в ответ стукнуть. Если ты улыбнешься, хочется в ответ улыбнуться. Наверное, было бы тяжелее, если бы я осталась одна. А у меня был маленький сын. Некогда расклеиваться. Жаль только, что Илюша рано повзрослел.

— Да, он не по возрасту ответственный парень, — Денис посмотрел на детей.

Он разжал ее сжатые пальцы, провел по линиям ладони.

— У тебя еще кто-то был после мужа?

Она посмотрела на него с немым вопросом.

— Я помню твое замечание после нашего первого раза. Во-первых, оно мне польстило.

Она закатила глаза. Он фыркнул.

— Да, польстило. Во-вторых, напрягло — я подумал, что был резок и сделал тебе больно. В-третьих, озадачило…

Она застонала.

— Да-да, моей нераспущенностью.

Он улыбнулся.

— Ты потом уточнила, что почти пять лет не была с мужчиной. Твой муж погиб больше семи лет назад. Значит был кто-то после.

Она покраснела.

— Это было один раз. И было нелепо и некрасиво.

Он притянул ее к себе.

— Меня до сих пор поражает твое умение смущаться. Ну, было и было.

Она отстранилась от него и посмотрела в пол.

— Я не умею так — прыг и в постель. Это не оправдание, но я в самом деле тогда очень устала. Наконец закрыла кредит, и Илюшка мелкий часто болел, и помочь некому. А тут он мне сумку донес. Сказал, что я красивая. Просто поговорил со мной по-человечески. И накрыло. Прямо там на кухне. А в конце так противно стало. Что я делаю? По сути с незнакомцем, который даже не замечает, что бьет меня копчиком об угол стола.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Она сцепила руки в замок и уткнулась в них губами. Он обнял ее, прижал к груди и погладил по голове.

— Всё. Забудь. Ты самая чистая и самая искренняя женщина. И тот придурок прав только в одном: ты такая красивая.

Она причмокнула. А он наклонился и прошептал ей на ухо:

— И я обязательно прослежу, чтобы твой копчик не пострадал, когда мы доберемся до стола.

Она шлепнула его по плечу, и он рассмеялся.

Они посидели молча, наблюдая за ребятишками.

— А ведь я за тобой даже не пытался поухаживать.

Она развернулась, чтобы видеть его.

— Ты так считаешь?

Он скептически фыркнул.

— Я не приглашал тебя на свидания, не дарил тебе цветов, даже с собственных клумб…

Она засмеялась, и он осекся.

— Ты меня спас от собственной клумбы и атаки розовых шипов.

Он оставался серьезным. Она внимательно на него посмотрела.

— Ты сразу организовал мне такси и отслеживаешь мои перемещения, проявляя участие и заботу. Да, и собственнические замашки, но тем не менее. Ты же сделал это через пару дней.

— Я явно запал на тебя в первый же день, просто не понимал этого.

— Пусть так. Твое внимание повсюду. Ты даешь мне выспаться, ты возишь моего сына, ты помнишь, что я мерзлячка и следишь, чтобы мне было тепло, даже сам этого не осознавая. Тот первый деловой обед был не свиданием, но ты подавал мне руку, придерживал двери и учитывал прочие мелочи, которые значат очень много.

Она скорчила хитрую моську.

— Но, если ты подаришь мне цветы, я буду совсем не против.

— Кокетка, — всхохотнул он, щекоча ее.