Спасатель - Агата Лав

Чувствую ее горячее дыхание. Смазанный выдох касается меня и кажется толчком. Бля… Меня сводит с ума один ее вид, сексуальный и развратный, малышка опустилась на колени и я вижу, как она облизывает губки. Хочет дотронуться и сделать мне приятно.

Как я ей.

Она нежно обхватывает меня и я выдыхаю сквозь зубы, ощущая, как ее тонкие пальцы смелеют и заостряют удовольствие так быстро и уверенно, что я еще быстрее нахожу рукой сидушку мотика, чтобы опереться. Хотя это слабо помогает, когда она открывает ротик и… И…

Меня сносит к черту, и я на рефлексах закапываюсь ладонью в ее волосах. Почему с ней так?! Именно с ней? Мне жарко и душно, все мышцы напрягаются и я не могу увести взгляд прочь. Жадно смотрю на то, как она ласкает меня, прикрыв глаза, и делает каждую секунду еще жарче. Слишком жаркой… Тесной. Горячей. Влажной. С трудом контролирую себя и слежу за рукой, чтобы не стянуть пальцы и не сделать ей больно. Но убрать не могу и пару раз проигрываю сумасшедшей жажде и легонько толкаюсь, скользя по ее язычку.

Да, да…

Да.

После помогаю ей подняться и вновь усаживаю на сидушку. Сам одеваюсь и любуюсь ее невинным личиком, которое не мешает ей призывно улыбаться. Малышка выглядит довольной и больше всего ей нравится следить за моими шалящими пальцами и тем, как я успокаиваю дыхание.

Она сбила его напрочь. И смотрит на правах победительницы.

Застегиваю последнюю пуговицу и возвращаюсь к ней, сжимаю в крепких руках и жарко целую, радуясь, что она вновь такая мягкая и податливая. Разморенная лаской и всем тем, что между нами происходит.

— Тебе понравилось? — спрашивает она, приглаживая мои волосы.

— Малышка, ты, может быть, не знала, но мужчины не умеют симулировать.

— Я тоже.

— Значит мы нашли друг друга, — замечаю, что она испачкала коленки и стряхиваю с них пылинки, а потом наклоняюсь и целую каждую.

Она смеется и кладет ладонь на мою голову, мягко проводит по волосам и улыбается еще ярче. Вокруг так тихо, что можно подумать, что других людей надо искать несколько дней. И я бы не отказался от такой перспективы.

— Поехали? — спрашивает малышка, перенося пальцы на мое плечо. — Ты пришел в себя?

— Как я приду, когда ты рядом?

— А я еще буду тесно обнимать тебя, — она ловко перекидывает одну ногу через мотоцикл и очень пошло проскальзывает по кожаному сиденью, туда-сюда. — Руками и бедрами.

— Тогда мы точно стукнемся.

— Что же делать? Мне поймать попутку?

— Я тебе поймаю, — угрожающие нотки вырываются сами собой, хотя я вроде собирался подыгрывать и флиртовать. — Я справлюсь. Сейчас соберу всю волю в кулак…

Я не договариваю, потому что она нетерпеливо стучит ладошками по мотику. Перешагиваю через него и тут же чувствую ее обжигающее присутствие. Малышка издевается и прижимается всем телом, впечатывая высокую грудь мне в спину и обхватывая бедрами, а потом заглядывает через плечо и смазанно целует в щеку.

Подбадривает.

— Я в тебя верю, — шепчет она нараспев и сквозь издевательский смех. — У спасателей должна быть удивительная выдержка.

— Есть.

— И дыхание под водой должны надолго задерживать.

— Тоже умею.

— Думаю, это похоже. Потерпеть и продержаться.

— Ничего общего, малышка.

Я все же завожу мотор и выруливаю прочь. Ныряю в тот же пустой пролет забора и выезжаю на главную дорогу. Только не поворачиваю обратно, а решаю спуститься ниже, чтобы прокатить малышку мимо огней горящего города. Уже стемнело и будет красиво, все эти разноцветные гирлянды и мерцающие вывески, пафосные отели в десяток этажей. А потом можно и в наш возвращаться или все-таки заглянуть в бар, если она захочет.

Мне все равно. Я полночи готов прокататься, когда она сзади и крепко держится за меня. Завтра у меня выходной и торопиться некуда, а о сне я думаю меньше всего. У малышки вовсе отпуск, тратить его на подушку преступление, а если посчитать, что мы бездарно потеряли первые дни, то лучше не отвлекаться.

Мне чертовски хорошо с ней. И не хочется выпускать из рук. Трогать, чувствовать, смешить, подкалывать, иногда злить — вот чего хочется. И это что-то новенькое и необъяснимое для меня, с другими девушками так не было. Или дело в том, что я не помню, чтобы кого-то добивался? То есть добивался, конечно, полчаса или час максимум.

А потом секс и сразу без запретов и границ. Словно девушка хватается за единственный шанс поразить меня и показать, какая она страстная и как нам будет классно, если я не исчезну утром. Меня это всегда только подталкивало на выход. Что с ней делать? На пляже до хера такого секса.