Любовь без цензуры - Катя Саммер

Только на следующий день я впустила в тайскую сказку реальный мир – включила телефон, который с приезда валялся разряженный в прикроватной тумбе и совершенно не беспокоил. Едва он загрузился, как меня затопили уведомления соцсетей, приложений, скидки. Я беспощадно смахнула их с экрана и проверила сообщения по рабочим контактам: вечно паникующий зам вел в мессенджере диалог с самим собой – спрашивал, истерил, умолял вернуться, а потом, слегка поднапрягшись, все же решал насущные вопросы и отчитывался в исполнении. Я немного полазила в инстаграме и прокомментировала мамины фотографии из Англии на фоне Стоунхенджа – всегда мечтала там побывать. И перезвонила Лизке, которая атаковала все личные чаты.

Пока фейстайм соединял с домом, я вышла на террасу и потянулась. Тело еще приятно ломило после утренней «зарядки» в кровати с Феликсом.

- Али-иса-а-а, приве-е-ет! Господи, ты жива! Я торжественно клянусь, что откручу голову Ваньке, когда вернусь из этой долбаной командировки! Прости, прости, я правда ничего не говорила Ветрову, это Ванька - типа «мужская солидарность», бла-бла-бла… Придурок. У Антона я, кстати, остальные твои вещи забрала. Ты вообще как? Что? Ну, рассказывай, не томи уже!

Я рассмеялась. Как тут было вставить хоть слово в ее словесном извержении?

- Хорошо все. И никому не нужно голову откручивать. Передай спасибо.

- Та-а-а-ак. А вот отсюда подробнее. Значит, сестре, которая отстаивала твою честь и право на личное пространство, благодарностей не будет?

Вот умела она поднять настроение в считанные секунды, зараза!

- И тебе спасибо, Лиз. Я очень ценю все, что ты для меня делаешь.

- Правда? То есть… ты… счастлива? – тихо и аккуратно уточнила она, будто боялась задавать этот вопрос.

- Неужели так очевидно?

- Да через динамик слепишь сиянием!

Я расплылась от ее слов.

- Ну и слава богу! А то я бы Ветрова из-под земли достала! Ну… или из Таиланда.

Теперь смех доносился по обе стороны.

- Что-то ты грозная, когда домой?

- Не знаю, блин. Командировку все продлевают и продлева-а-а-ю-ю-ют. Устала. Как там, кстати, Антон? Не объявлялся? Ваня рассказал мне, что он натворил. У тебя проблем не будет?

- Феликс обещал, что не будет. Надеюсь, на этом наши дороги с Антоном навсегда разойдутся. Не хочу даже думать о том, что четыре года жила с врагом.

- Да уж, - прошептала Лиза. – Ладно, мне нужно собираться на рейс. Я очень тебя люблю! Звони, пожалуйста, чаще, Алис, я скучаю. И жду фоток. Только без наглой рожи Ветрова!

- И я. Хорошо, пока! – смеясь, бросила в ответ.

После разговора с сестрой на душе стало светлее. Я облокотилась на перила и оглянулась вокруг – я в раю? Задний двор походил на джунгли. В ясную погоду здесь было волшебно: отовсюду доносилось пение экзотических птиц, шепот ветра путался в пальмовых ветвях, сочная зелень тропических растений скрывала в тени диких обезьян, выискивающих кокосы. Нуарные цвета моей жизни сменились пестрыми красками. И я была честно и откровенно довольна этим. Хватило с меня ч/б.

Большой клубок сомнений потихоньку распутывался при помощи Феликса. Вчера мы серьезно поговорили. Фил признался, что с первых дней знал обо всей ситуации с Антоном, но не хотел вмешиваться. Потому что эгоистично желал, чтобы я выбрала его по причинам, никак не зависящим от внешних обстоятельств. Извинения были такими трогательными и настоящими – я верила ему.

Стало жарко, и я вернулась в дом, витая в мыслях, где мы с Филом вместе. Закрыла передвижную стеклянную дверь и застыла. Забыла обо всем на свете, увидев перед собой страшное, мохнатое, многолапое чудовище с жирным брюхом.

Наверное, мой визг услышали и марсиане. Ведь на полу сидел огромный разноцветный тарантул, или хрен знает, как его звали, и пристально следил за мной черными глазищами.

Я запрыгнула на кровать и забилась в угол. Старалась не двигаться, даже дышала через раз. Паук тоже замер на месте. Господи, я надеялась, что он сдох от моих воплей Банши. Но зря – пошевелил лапищами.

Через несколько секунд в комнате появился Чанг, мой тайский друг, который работал на мужа матери.

- Паук! – закричала я, тыча в тарантула указательным пальцем. – Spider! Big spider!

Мужчина лишь хихикнул, а потом спокойно взял с полки мою соломенную шляпу и картонную брошюру экскурсий. Легко поймал и унес монстра восвояси.

Забавлялся он! А вот по мне - так это был самый кошмарный ужас! Я мало чего боялась в жизни, любила высоту и скорость. Даже змеи меня не пугали. Так, неприятны казались из-за холодной кожи, но не более. А пауки… я ненавидела и боялась их всей душой.

Только когда услышала хлопок входной двери, наконец выдохнула и оттолкнулась от стены, но в спальню ворвался Феликс с полотенцем вокруг бедер.

- Что случилось? Ты в порядке?

Он поскользнулся и чуть не упал, еле успел ухватиться за комод. Фил был весь мокрый. С волос на плечи капала вода и стекала по груди бесконечными дорожками. Я загляделась на него. Прекрасный мальчишка, который спешил ко мне на помощь по первому зову.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Паук, - чуть слышно произнесла я, сдерживая улыбку, пока Фил приближался ко мне.

Он потянул за руку и крепко обхватил талию, вынуждая запрыгнуть на него. А затем развернулся и сел на кровать сам, зарываясь пятерней в мои волосы.

- Большой паук, - с наигранно испуганными глазами повторила я.

Фил ухмыльнулся, стреляя бровями.

- Большой, как что?

Он двинулся бедрами навстречу, вдавливаясь в мое тело. Его член стоял. Опять? Только же занимались сексом! Но я была совсем не против. И уже готова, влажная между ног.

- Меня тут чуть не сожрали вообще-то. Это стресс, - возмутилась я, ерзая по всей его длине.

Бум. Мелкие искры за считанные секунды превратились в бушующее пламя. Я оказалась на спине, вжата в кровать голым телом, которое создавал сам Микеланджело. Феликс искушающе медленно развязывал пояс халата, а я лихорадочно дергала его полотенце вниз до тех пор, пока не сжала в руке член. Но Фил продолжал играть, распалял, дразнил. Неторопливо погружался в меня пальцами, кружил вокруг клитора, подбираясь близко и ускользая вновь. Когда я раздраженно прикусила его губу, он прохрипел и перекатился со мной, сел и закинул мои ноги за спину, а затем резким, порывистым движением вошел и заполнил изнутри. Стон от долгожданного удовольствия вырвался громкий и протяжный. Я сильно выгнулась, подставляя Феликсу грудь.