Его пульс - Юлианна Орлова

Земля под ногами разверзлась, с радостью готовая принимать меня со всеми моими демонами. На каком я сейчас был кругу ада? Однозначно, мой 7, и вот я весь на ладони, только сожалений за поступок нет и не будет.

Прикусил кулак, пытаясь вернуться в реальность, но меня откидывало назад. Голова пульсировала, оголённые нервы искрили, так я был заведен.

Ни секунды в своей жизни не жалел о совершенном, думал лишь о том, что не успел. И пусть память о той ночи снова и снова меня сводила с ума, лишала сна, спокойной жизни, но я все сделал правильно. Все по справедливости, каждому по делам, око за око, а зуб за зуб.

Сжав челюсть до болезненных спазмов, уткнулся лбом в прохладное стекло. На секунду закрыл глаза, наслаждаясь холодом, что дарил облегчение от свирепствующей головной боли.

Мимо с бешеной скоростью проносились дома и деревья малознакомых населенных пунктов.

— Ты долго еще будешь заниматься самокопанием? — Миша уже 2 часа пытался завязать беседу, но как только я под покровом ночи попрощался с Аней в тайне от всех, говорить мне не хотелось. Чудо, что с ней смог вести себя как обычно. — Нет никаких доказательств, что это он, Борь, да и не может этого быть. Я был там и все видел, да и отмазывали нас от реального дела.

Перед глазами вспыхнуло мертвое лицо твари, лишившей меня семьи, ну по крайней мере, большей части точно. Бросало то в жар, то в холод, каждое такое погружение в себя не приводило ни к чему хорошему. Мой триггер к безумию.

— Нет никаких доказательств, что нам не мстят за убийство.

— Это была самооборона и попытка спасти жизнь, причем не только свою! — злобно стукнул по рулю, смачно ругнувшись матом, Миша нервно закурил.

Я бы тоже закурил, чувствовал всем телом — сейчас это было самое необходимое, потому что мое спокойствие осталось с Аней в палате в тот момент, когда поцеловал ее на прощание и дождался пока уснет.

Преданный пес, охраняющий свою обожаемую хозяйку. Только рядом с ней я чувствовал себя живым, заслуживающим…хотя бы преданности? А заслуживал ли я счастье?

— Некоторые раны не заживают никогда, Миш, особенно, если это раны от смерти собственного ребенка.

— Почему сейчас? Прошло долбанных 20 лет, твою мать!

— Месть — это блюдо, которое подают холодным, — коснулся рукой шрама и меня словно в замедленной съемке откинуло в тот момент, когда его получил. Фантомные боли будут преследовать всю жизнь, вбивая кол в полуживое сердце.

А разве оно живое? По крайней мере, еще бьется, и сильнее всего бьется рядом с ней.

— Ты связался с ними? — мазнул по влажному стеклу пальцем, исподлобья наблюдая за Мишей.

Мне надо было сказать ему сразу, что на Аню у меня далекоидущие планы. И что я просто дышать не могу без нее, но прямо сейчас нам нужны холодные головы, а подобного рода разговоры закончатся дракой.

И я не буду отбиваться, пусть бьет, заслужил, но уже отказаться от Ани не смогу, она впиталась в меня, залезла под кожу и выжгла там бесконечное напоминание о своем существовании. Другого развития событий не представлял.

Иногда мне кажется, что всю свою жизнь я ждал именно ее. Как я вообще раньше жил? К Анжелике не испытывал и десятой доли подобных чувств, да я бы и не женился на ней, если бы не беременность, как позже оказалось, выдуманная. Жаль, что я полюбил несуществующего ребенка.

— Нас ждут, — ответил погодя, размазывая влагу по пальцам, а затем с трудом глянул вдаль. — После этой встречи мне надо с тобой серьезно поговорить, Миш.

Кивок в ответ и ни единого вопроса вслед. Хорошо.

Главное, чтобы Аня не пострадала за мои прошлые поступки. Мне нужно было мыслить рационально. Как?

Я и так стал чокнутым психом, но по крайней мере, я признаю это. Долбанутый сталкер, жадно следящий даже за воздухом, который она выдыхала.