Невинность в жертву - Дана Стар

Проходит еще несколько дней. Рустам вернулся в город, появился лишь днем на обед, а потом снова исчез. Ожидание, непредсказуемость его действий нервирует.

Не знаю сколько у нас получится скрывать обман, но у меня в душе все нарастает и нарастает нехорошее предчувствие.

Я очень переживаю за сестру. Эля пока еще лечится. Лечение проводится в строгой тайне. Сестра часто жалуется на несильные боли в нижней части живота и выделения, но врач заверяет, что это скоро пройдет, если она будет следовать всем его рекомендациям.

Вот поэтому ей нельзя сейчас ложиться в постель с Айдаровым. Вдруг воспаление, вовсе не воспаление, а какая-нибудь зараза? Анализы тоже могут ошибаться. Лучше всего выждать некоторое время, потом заново пройти полное обследование. В частной, современной клинике, а не на коленке у семидесятилетнего старика.

Айдаров может заразится, так как любит заниматься сексом исключительно без презерватива. Тогда нам точно всем конец! Господи, если Айдаров вдруг подхватит заразу от Эли, это будет позор века! С нас живьем кожу срежу и закопают в лесу. Всех, без исключения.

Плюс у Эли выделения… Это тоже привлечёт внимание.

Последний разговор с сестрой выдался безрадостным и напряженным. Но я ей уступила. А смысл? У меня все равно нет будущего с Рустамом, не за что и незачем цепляться. Не хочется быть сукой. Всё-таки сестра родная, близняшка. Дороже нее у меня нет никого. Я уважаю её чувства и ради нее готова глотки рвать. Она — моя кровь. Мы не будем ненавидеть друг друга из-за какого-то мужика. Пусть и невероятно богатого, сексуального красавца. Мужчины, мужчинами, а с сестрой мы находимся в тесном контакте с самого рождения. Более того, даже в утробе росли и развивались в одном околоплодном яйце. Появились из одной крохотной клетки. Значит, между нами особая связь.

С Рустамом мы не пересекались несколько дней, он опять занят и куда-то уезжал, но сегодня вернулся. Я бреду по саду. Рискнула выйти на пять минут, чтобы хотя бы немного подышать воздухом, ибо уже не могу сидеть взаперти, начинаю сходить с ума. Когда уже эта канитель проклятая закончится? И я смогу вернуться домой, а Эля на своё законное место? Надеюсь, что скоро.

Неожиданно, я получаю удар в лоб.

— Ой.

Поднимаю голову, держась за лоб, и цепенею.

Вот черт…

Рустам.

— Эльвира?

Он впивается в меня строгим взглядом, затем, не давая опомниться, резко хватает за запястье.

Мужчина продолжает сжимать моё запястья, усиливая нажим, сурово всматриваясь в моё лицо. Вихрь мурашек распарывает кожу, проникая до самых нервов. Прикосновения миллиардера обжигают.

Внезапно он толкает меня к стене дома, прижимая к ней спиной. Я задерживаю дыхание, потому что его губы находятся слишком близко к моим. Зависают в паре миллиметров, обжигая горячим потоком бурного дыхания. Вторая рука мужчины падает на талию. Сжимает. Поглаживая бедро, ползёт вниз, направляясь к попке…

В висках всё сжимается. Меня словно окунают в кипяток, а потом в лед от этой горячей близости и настолько неожиданного, интимного прикосновения.

Соберись, Мия. Приди в себя.

Ты не должна ему на глаза попадаться!

— Н-нет, я Мия.

Вздохнув, он отстраняется, позволяя мне вновь сделать вдох.

— Обознался. Едва не поцеловал… Очень похожи с сестрой.

Айдаров с подозрением прищуривается, на бис обшаривая меня слишком внимательным взглядом со всех сторон.

— Рустам! — позади слышится возглас.

Я выглядываю из-за широкой спины мужчины и вижу сестрицу, которая быстрым шагом движется точно к нам. Она видит меня и улыбка испаряется с её губ, уголки которых выгибаются вниз дугой.

Подходит ближе, обращаясь к мужу:

— Куда направляешься?

— В конюшню.

— Тогда я с тобой, позволишь? — она вырастает между нами стеной, оттесняет друг от друга, положим руку мужчине на плечо.

— Позже, — отвечает он ей как-то холодно, встряхивает ее ладошку с плеча и просто уходит, скрывшись из виду за углом дома.