В его постели - Алена Худова

– Тогда чего мне от тебя бояться? – прямо спросила я.

– Ты ведь знаешь, что случилось с моими жертвами, – кривая ухмылка чуть исказила его лицо.

– Чего они так сильно боялись? Тебя? – меня немного раздражало, что из мужчины все нужно тянуть клещами.

– Конечно, его ухмылка стала ещё чуть шире. – Меня в первую очередь.

– Ты их бил? – задала я главный вопросы. Хотя если он ответит «да», я все равно пойду с ним до конца. Все жертвы погибли не от полученных травм. Более того, на момент смерти у них было всего несколько незначительных синяков или ссадин. Судмедэксперты расценили их как случайные естественные.

– Это не имеет значения, – его взгляд стал тяжелым. – Они боялись остаться наедине с собой. Их пугала собственная натура, а не я.

– Их мучили кошмары? – я внутренне поежилась от воспоминаний собственного кошмара.

– Да.

– Панические атаки? – продолжала я.

– Да.

Выходит, то, что я видела тогда в кошмаре может стать реальностью?

– Ты запрешь меня в клетке и будешь бить? – мне хотелось узнать сразу всю «программу».

Но на лице мужчины промелькнула тень сожаления. Он сам не хочет этого!

– Да, – выдохнул он.

– Зачем? – мой голос понизился до шёпота.

– Потому что я – садист, – было видно насколько неприятно ему это говорить.

– Но ты ведь не хочешь этого! – я осторожно взяла его за руку, и вложила свои пальчики ему в ладонь.

– Хочу, – он сжал их будто пытался приободрить меня.

Неправда! Зачем он снова пытается казаться тем, кем не является?

– У тебя есть какие-нибудь психические заболевания? – это было бы единственным логическим объяснением его поведения.

Гелий чуть помедлил с ответом, словно старался его придумать.

– Нет, – наконец заговорил он. – Просто мне нравится проявлять жестокость и насилие.

Снова неправда! Жестокие люди выявляют себя в любых мелочах. Как минимум они никогда не ладят с животными. Животные чувствуют жестокость и проявляют агрессию. И я могла бы все свалить на собачью преданность его волков, если бы не прошла лично процесс знакомства с этим зверюгой. Если он так досконально знает, как вызвать доверие у животного, как добиться с ним живого контакта, значит он не может быть жестоким в принципе.

За эти дни я ни разу не засекла в его поведении склонности к жестокости и насилию. Да, его испытания были очень тяжелыми, но он был со мной в каждый из этих моментов. Он был готов помочь мне в любую секунду! А насчет грубой близости… Опять же грубой, но не жестокой. Он не бил меня, не оскорблял, не унижал. Он хотел, чтобы в итоге я испытала удовольствие. Так в чем же жестокость? Мужчина лишь нуждается иногда в немного грубом сексе. И то, он дал мне выбор перед этим.

– Расскажи мне о предыдущих девушках, – мне казалось я упускаю что-то очевидное.

– Тебя должна волновать только собственная судьба, – отрезал он.

– Пожалуйста! – я снова сжала его руку.

Он посмотрел на меня долгим и колким взглядом, затем ответил:

– Не сейчас.

– Потому что у тебя не было других девушек! – разозлилась я. – Ты не тот, за кого себя выдаешь!

Я заметила, как мужчина сжал челюсть. Ему неприятна эта тема. В отличие от настоящих маньяков. Они как раз с большой охотой рассказывают о своих «подвигах». Подсознательно им всегда хочется признания их могущества. Не важно: нравились ли им их жертвы или они испытывали к ним ненависть, но любой преступник, совершающий свои злодеяния в трезвом уме, всегда стремится к признанию. Это может быть хилый заморыш насильник, который с гордостью хвастается своими сексуальными преступлениями, или отмороженный изверг, выпускающий кишки – обычно оба этих типа с удовольствием описывают свои похождения.

– Хватит! – мужчина встал из-за стола и направился к пульту управления.

Зачем же ты это делаешь, Гелий?

Глава 35

– Ты должен мне все рассказать! – я упрямо стояла на своем, когда мы с Гелием выходили из катакомб. – Обещаю, я…

– Должен?! – он развернул меня к себе за руку. – Не выводи меня из себя, девочка. Я позволил себе ответить на несколько твоих вопросов, но это не значит, что теперь я стану твоей душевной подружкой. Мы не будем бегать по магазинам и обсуждать все на свете. Мы вообще ничего не будем обсуждать!

Вот почему этот мужчина иногда бывает таким гадом?! Что там у него переклинивает?! То он мне в любви признается, а то бесится по любому поводу!

– Отпусти меня! – выкрикнула я, безуспешно пытаясь выдернуть свои запястья из его рук. – Знаешь, твоя главная проблема не в том, что ты типа садист и маньяк. А в том, что ты мудак!

– Я что говорил насчёт дерзости? – он вжался пальцами в мои щеки.

– Да можешь откусить мне язык после этого! – бушевала я. – Не будет повода лишний раз с тобой разговаривать!

– Карма! – зашипел на меня Гелий. – Не порть сама себе существование.

– Знаешь, – я посмотрела на него с горечью в глазах. – Я готова встать на твою сторону. Готова помочь всем, чем скажешь. Но эти твои бзики – единственное, за что мне хочется тебя, ненормального, убить!

Гелий толкнул меня к стене и прижал всем телом.

– Не забывайся, – свирепым шепотом говорил он. – Я не потерплю больше ни одной истерики. И если ты сейчас же не замолчишь, то мое терпение на этом кончится.

– Так это ты ещё и терпение проявляешь? – я уже не могла замолчать, хотя понимала, что эта реплика станет для меня последней. – Тогда ты полный…

Гелий прекратил поток моих слов, впившись в мои губы с поцелуем. Но поцелуем это было трудно назвать. Он терзал мои губы, жёстко распоряжался моим ртом, не давая перевести дыхание. Его напор подавлял, подчинял себе и лишал воли. Но мне было хорошо. Я и в самом деле не могу остановиться, когда меня накрывает гнев.

Когда он оторвался от меня, я чувствовала себя опьяненной его силой.

– Останешься здесь ещё на сутки, – изрёк он мое наказание. – Одна. И никто: ни твои сокурсники, ни я тебе помогать не будет.

– Что? – я не поверила его злости. Он ведь это не серьезно?

Гелий отлепил меня от стены и повел за руку прочь от выхода.

– Не надо! – я пыталась замедлить его шаг. – Пожалуйста, Гелий! Прости меня!

– Я предупреждал, – он тащил меня за собой, не испытывая никаких неудобств. – Но слов, как видно, ты не понимаешь.

– Прошу тебя, – зарыдала я. – Я больше не буду! Обещаю!

– Нет, – мужчина был неумолим.

– Гелий! – я трепыхалась в его захвате, но только выбивалась из сил. – Не оставляй меня одну! Я буду послушной!

– Я уже это слышал, – парировал мужчина, но все же остановился.

Я тут же бросилась в его объятья и сбивчиво зачастила:

– Пожалуйста… не бросай меня тут… я не смогу без тебя… Ты же говорил, что любишь меня!

– Карма, – он обнял меня в ответ. – Веди себя нормально, и у нас не будет никаких конфликтов.

– Как нормально? – шмыгнула я.

– Не груби. Будь послушной. Верь мне. И не мельтеши перед глазами, – перечислил Гелий.

– Хорошо, – ещё раз шмыгнула я.

– Тогда иди к своим, – заключил мужчина. – Они в ангаре. Я подойду через десять минут.

Я оглянулась на длинный коридор позади себя. Он был прямой, без дверей и более-менее освещенный. Вроде не так страшно.

– Не бойся, – приободрил меня Гелий. – Мы же уже с этим разобрались, нет?

Я кивнула и нехотя двинулась к выходу. Пройдя пару шагов, я оглянулась, но в длинном линейном коридоре уже не было Гелия.

Как он это делает?!

Добежав до двери, я толкнула ее на себя и вылетела в ангар, где тут же была встречена нападками Светки.

– Явилась, наконец! – язвила она. – Всем раздала напоследок?

Светка всегда была склочная, поэтому на мою защиту редко кто вставал, кроме Шамиля. Но и его это все время раздражало, поэтому сейчас он просто закатил глаза.

Решив проигнорировать ее нападки и в этот раз, я молча пошла к основной кучке ребят. Но Светка сегодня была явно на взводе и ей необходимо