Silentium! - Гейман

Я нажал на иконку принтера, чтобы распечатать листовки о пропавшем псе, и поднял обеспокоенный взгляд на Макса.

«Как?»

— Вчера утром, когда я выгуливал его перед парами, я зашёл в магаз и как обычно оставил его привязанным у входа. Когда вышел, его уже не было.

Я нахмурился.

— Не ебу… Неужели я плохо закрепил поводок, и узел развязался?

Я так не думал. Хоть Подлец и был чересчур резвой собакой, я сомневался в том, что он мог настолько сильно стремиться куда-то удрать, чтобы это ослабило два прочных узла, на которые Макс обычно завязывал поводок, когда оставлял пса. Намного более вероятным было, что его кто-то забрал, но, видя то, как на исчезновение питомца реагирует Макс, я не стал делиться своими мрачным мыслями.

— Я вчера несколько раз прочесал город, но его нигде нет. Блядь, как будто сквозь землю провалился, — Макс саданул кулаком по столу. — Сука! Что мне теперь делать?! Найду этого поганца, шкуру с него спущу!

Я напечатал: «Нужно время, чтобы доисторический принтер напечатал столько копий. Из-за чб фото краски тоже вряд ли хватит, поэтому мне придётся вставлять картриджи из других машин. Иди на пары. Я отпрошусь пораньше, после твоих занятий помогу развесить».

— Ты собираешься заставить меня ждать до вечера?!

Я смерил парня серьёзным взглядом. Прежде чем что-то делать, ему для начала нужно было успокоиться. Наверное, сам Макс тоже это отлично понимал.

— Возьми ещё потом скотч, — бросил он и вышел за дверь.

Я около часа провозился с принтером, который, залипнув после выплюнутых двадцати трёх объявлений, отказался работать. Я поменял в нём картридж, несколько раз сбрасывал настройки, но несчастный аппарат всё никак не хотел печатать. Когда я уже собирался достать из шкафа другой принтер, Макс прислал мне СМС.

«Ничего не печатай, Подлец нашёлся. Мне нужно, чтобы вечером ты забрал его со мной».

Прочитав сообщение, я сжал зубы. Я не мог в полной мере порадоваться полученной новости, потому что догадывался, кто именно мог найти пса. Вернее было сказать, кто его мог забрать, чтобы выманить Макса.

Дурное предчувствие встало у меня поперёк горла, но я с усилием сглотнул его, потому что не мог позволить Максу пойти к неадекватным ублюдкам в одиночку.

Мою душу грело осознание того, что он сам написал мне о том, чтобы я пошёл с ним. Я всё-таки был ему нужен.

* * *

Мы молча пробирались по заледенелой дороге к тем самым гаражам, возле которых когда-то в сентябре меня избили бывшие друзья Макса.

Было темно, и у рта парня всю нашу дорогу горел оранжевый огонёк зажжённого бычка. Я сбился со счёта, следя за тем, сколько сигарет выкурил Макс, пока мы шли вдоль промзоны. Никогда прежде, даже утром, я не видел его таким дёрганным и нервным. Всё его тело было натянуто как готовая порваться струна, а серые глаза лихорадочно блестели.

Когда Макс остановился у одной из «ракушек», я понял, что нам придётся зайти внутрь. Перед тем, как откинуть вверх железный щит, он сказал:

— Просто стой рядом и, если что, лучше беги.

Макс знал, что я уже давно догадался о том, у кого именно нам предстояло забрать Подлеца. Но он вряд ли осознавал, что в случае возникновения опасности я вовсе не собирался убегать, а планировал остаться с ним.

Мы зашли в небольшую металлическую коробку, где нас уже давно ждали.

Внутри было ещё холоднее, чем на улице, и, если бы не свет от фонарика телефона, который валялся в углу, в гараже было бы совсем темно. В блёклом искусственным освещении я увидел на полу кучу бутылок и прочего мусора, который, должно быть, оставался здесь после посиделок уличной шпаны. Я предположил, что гараж никому не принадлежал и использовался головорезами как место сборов.

Никита и его габаритный приятель стояли у дальней стены. В руках у Никиты был поводок. Подлец, завидев Макса и меня, ринулся нам на встречу, но его жёстко оттянули назад.

— Маааакс, а вот и вы! — протянул верзила.

«“Вы”? Они знали, что я приду вместе с Максом?» — я не успел толком сделать какой-то вывод, как следующее действие и фраза Никиты заставили моё сердце уйти в пятки.

— Рад видеть, что ты привёл его, как мы просили, — с этими словами Желтозубый присел на корточки и, притянув к себе Подлеца, заключил его в смертельные объятья: в одной из рук отморозка блеснул нож, направленный на шею пса.

Макс стеклянным взглядом посмотрел на свою собаку, которая вся сжалась в дрожащий комок, пытаясь быть как можно дальше от наставленного на её горло лезвия, и начала повизгивать. Я же, как Макс меня и попросил, просто замер рядом, впав в оцепенение от представшей перед глазами картины.

— Зачем вам понадобился мой пёс, гондоны?! — резко рявкнул Макс, заставляя меня вздрогнуть.

— Что же ты так с нами грубо? А поздороваться? — крякнул Жека.

— Очень печально слышать от тебя такое, Макс, — Никита скривился, но его гримаса отражала вовсе не печаль, а еле сдерживаемое безумие.

Макс прошипел:

— Отпустите мою собаку и валяйте, что там у вас.

— О, твоя шавка нисколько не мешает мне. Я тебе и так могу сказать, что ты охуел, — Желтозубый оскалился. — Повёлся с этим немым дегенератом, а нас, старых дружбанов, нахуй послать сразу решил?

— Это обидно! — вставил Жека.

— И это ещё после всего того, что мы вместе пережили. Бегаешь от нас, пиздишь, что работаешь, а сам тусуешь с больным глиномесом?

— Что вам, нахер, надо?! — взорвался Макс.

Никита хохотнул.

— Просто хотим посмотреть, насколько хорошо трахается твой новый дружок, раз ты променял нас на него.

— Да! Присунешь ему в жопу, а мы, так и быть, простим тебя и отпустим твою шавку, — поддакнул Верзила.

Мне показалось, что я ослышался. Они вообще были в своём уме, чтобы требовать подобное?

От сказанного Макс застыл на месте как вкопанный. Я заметил, как дёрнулся его кадык, но он, всё же собравшись с духом, взревел:

— Вы совсем с катушек слетели, конченные?! Что у меня, по-вашему, может быть с ним? Не помню, чтобы я вообще давал вам повод считать меня педиком!

— Педик ты или нет, но ты заебал смотреть на нас свысока. Что, не ожидал, что твои же прихвостни могут малость обидеться на тебя за то, как посрачно ты к ним относишься?

Подлец слабо пискнул из-за того, что Никита поднёс лезвие вплотную к его косматой шее. Макс и я дрогнули от