Горец - Валентина Кострова

* * *

— Раз-два три, раз-два, три, руки в сторону, плавно идём, словно плывем, — хорошо, что я никогда не мечтала стать балериной. И вообще к профессиональным танцам равнодушна. Но черт меня дернул, стукнуло мне в голову, что хочу на свадьбе станцевать лезгинку

Пересмотрев кучу видео, ничего сложного не увидела, поэтому с лёгкостью записалась в танцевальную студию, где преподавали данное направление. На этом моя лёгкость закончилась. Преподавательница оказалась старой закалки и не услышала меня по поводу того, что мне формально надо научиться кружиться по кругу, красиво двигая руками. Из упрямства, из-за желания удивить родителей Давида я не бросала занятия. Еще у меня был пунктик: меня сто пудов будут сравнивать с бывшей женой, я не знаю, кто она и что из себя представляет, поэтому выучить танец — это стать ближе к Давиду.

Огорчало, что Давида на самой свадьбе не будет, традиции же, большую часть торжества мне придётся вообще стоять в углу, пока гости будут веселиться. Все это я почерпнула из интернета, из разговора с бабулей. Бабушка Тамара, в отличие от папы, создавала иллюзию моего участия в подготовке. Она же рассказывала мне про традиции, про национальный свадебный наряд, про танцы. Короче, свадьба на родине Давида будет ещё тем испытанием, но я морально к нему готовилась.

— Алёна, ваше усердие похвально, думаю, если вы будете ходить чаще, результаты были бы иные, — чёрные глаза благодушно на меня смотрят, я киваю головой.

— Я подумаю, — хрен ей, мне и двух занятий в неделю хватает выше крыши.

Переодеваюсь. Сейчас домой, потом надо договориться с Линой о встрече. Я по-прежнему избегаю встреч со своими знакомыми, подругами. Никто не знает, где я живу, информация от меня только через Инстаграм. Мама позвонила, но разговора не получилось, она куда-то торопилась, спросила только, что там с квартирой. Проглотив разочарование, сказала, что риелтор знает свое дело. Ситуация с замужеством моих родителей не взволновала, словно так и должно быть. Им даже в голову не пришла мысль о том, что слишком поспешно я обзавелась мужем, не встревожились, что муж у меня совсем не мой типаж, о том, какой будет у меня супруг, я ни от кого не скрывала. До остальных людей мне не было дела, их реакция меня не волновала.

— Алёнка, ты шоколадная девчонка, — звучит у меня ща спиной мелодичный голос. Я сразу оборачиваюсь. Взвизгиваю, подпрыгиваю на месте и вприпрыжку сокращаю расстояние.

— Алекс! — радостно обнимаю парня за шею, висну на нем, как влюбленная девчонка, прижимаясь к нему, как к самому родному человеку. — Когда ты приехал? Что ты тут делаешь?

— Вчера. Дина подсказала, где тебя искать. Детка, до меня дошли новости, что ты меня не дождалась, — весёлый Алекс, мой друг, моя отдушина, опора, моя жилетка, мой платочек, мой позитив, мой человек. Я думаю, у каждого должен быть рядом такой друг, который и пендаля даст, и по головке погладит, обнимет и рассмешит, утрет слезы и скажет: "детка, выше нос".

— Да, новости не врут, — протягиваю руку с кольцами, Алекс присвистывает.

— Папа доволен?

— Обязательно.

— А ты? — его зелёные глаза внимательно рассматривают мое лицо, и мне не нужно изображать из себя влюбленную, счастливую жену человека, который уже две недели полностью погружен в свою работу. Целенаправленно или так получается, но мы с Давидом не пересекаемся больше, чем на полчаса.

Я отвоевала одну неделю для нас с Хадей, но вчера за ней приехал брат брата или кум кума, так и не поняла, кто этот мужчина, и забрал у меня малышку. Чтобы нам не разрыдаться перед каким-то дядей и ее отцом, я пообещала скорую встречу. С Хадей мне как-то легче жилось рядом с Давидом, сейчас я не представляю, огромная квартира меня пугала, ненавижу свое одиночество.