Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках - Эрика Леонард Джеймс

– Ты точно знаешь, что делаешь? – изумленно спрашивает Ана.

Говорю, что уже четыре года как я квалифицированный пилот. Она заразительно улыбается.

– Со мной ты в безопасности, – уверяю я. И добавляю: – По крайней мере, в воздухе.

Я подмигиваю ей, она сияет, и я смотрю на нее завороженно.

– Готова? – спрашиваю я, не в силах поверить, что она сидит здесь, со мной рядом.

Ана кивает.

Переговариваюсь с диспетчерской – они не спят – и увеличиваю число оборотов до двух тысяч. Получив разрешение на взлет, выполняю последние проверки. Температура масла сорок градусов Цельсия. Увеличиваю давление наддува до четырнадцати, число оборотов до двух с половиной тысяч и беру штурвал на себя. «Чарли Танго» взмывает в воздух словно изящная птица.

Земля под нами исчезает, Анастейша изумленно ахает и завороженно наблюдает за огнями Портленда внизу. Вскоре нас окутывает тьма, единственный источник света – панель управления. Лицо Аны освещается красным и зеленым, она пристально всматривается в ночь.

– Что, страшно?

Мне не страшно ничуть. Наоборот. Я твердо знаю, что здесь никто не причинит мне вреда. В темноте меня не видно, и значит, я в полной безопасности.

– Откуда ты знаешь, что мы летим правильно? – спрашивает Ана.

– Вот смотри. – Я указываю на панель. Не хочу навевать на нее скуку перечислением правил полетов по приборам, но фактически мы летим именно по приборам, расположенным перед нами: авиагоризонт, высотометр, датчик вертикальной скорости и, конечно же, навигация с использованием спутниковой системы. Рассказываю ей о том, как «Чарли Танго» оборудован для ночных полетов.

Ана глядит на меня потрясенно.

– На крыше моего дома есть вертолетная площадка. Мы летим туда. – Смотрю на панель, проверяю данные. Все как я люблю: контроль, безопасность и комфорт зависят от мастерства пилота. – Когда летишь ночью, ничего не видно. Приходится ориентироваться по приборам.

– А как долго нам лететь? – спрашивает она, чуть задыхаясь.

– Меньше часа, ветер попутный. – Я снова смотрю на нее. – Как ты себя чувствуешь, Анастейша?

– Нормально, – коротко и отрывисто отвечает она.

Нервничает? Или сожалеет о том, что полетела со мной? Эта мысль выбивает меня из колеи. На миг отвлекаюсь – надо связаться с диспетчером. Обсудив облачность, вижу вдалеке огни Сиэтла и светящий в темноте маячок.

– Смотри. – Я обращаю внимание Анастейши на яркие огни. – Это Сиэтл.

– Ты всегда так производишь впечатление на женщин? Берешь их полетать с собой на вертолете?

– Я никогда не брал с собой девушек, Анастейша. Это тоже в первый раз. А я произвел на тебя впечатление?

– Я просто трепещу, Кристиан, – шепотом отвечает она.

– Трепещешь? – Неожиданно я улыбаюсь. И вспоминаю, как Грейс, моя мать, ерошила мне волосы, когда я читал вслух «Короля былого и грядущего» Терренса Уайта. «Кристиан, это было удивительно! Я трепещу, мой милый мальчик». Мне было всего семь, и я только начал говорить.

– Ты такой… профессиональный, – продолжает восхищаться Ана.

– Спасибо, мисс Стил. – От неожиданной похвалы мое лицо смягчается. Надеюсь, она не заметила.

– Тебе это явно нравится, – замечает она чуть позже.

– Что именно?

– Летать.

– Управление вертолетом требует самообладания и сосредоточенности. – Эти два качества мне особенно импонируют. – Конечно, нравится. Хотя я больше люблю планеры.

– Планеры?

– Да. Планеры и вертолеты – я летаю на том и на другом.

Может, полетать с ней на планере?

Забегаешь вперед, Грей. С каких это пор ты летаешь с девушками на планере? А с каких пор я катаю девушек на «Чарли Танго»?

Бортовой ответчик переориентирует меня на траекторию полета и прерывает поток непрошеных мыслей. Мы приближаемся к окраине Сиэтла. Осталось недолго. И я все ближе к тому, чтобы узнать, насколько реальны мои далекоидущие планы. Ана завороженно глядит в окно. Я не в состоянии отвести от нее глаз. Пожалуйста, скажи «да».

– Впечатляет, правда? – спрашиваю я, чтобы она повернулась ко мне лицом. Так она и делает, да еще с широкой улыбкой, которая действует на меня крайне возбуждающе. – Через пару минут мы будем на месте.

Атмосфера в кабине резко меняется, и я еще более остро ощущаю присутствие Аны. Глубоко вздохнув, я вбираю в себя ее запах и сладкое чувство предвкушения. Ее и мое.

Мы снижаемся, и я веду «Чарли Танго» над центром к Эскала, моему дому. Сердце наращивает темп. Ана начинает ерзать. Тоже нервничает. Надеюсь, она не сбежит.

Завидев вертолетную площадку, я снова делаю глубокий вдох. Ну, вот и все.

Приземляемся плавно, я выключаю двигатель и смотрю, как замедляют движение и останавливаются лопасти. Мы сидим молча, в эфире белый шум. Снимаю свои наушники, потом помогаю Ане.

– Приехали, – тихо говорю я.

В свете посадочных огней ее лицо бледно, глаза сияют. Господи, как она красива!

Расстегиваю свои ремни, потом помогаю Ане. Она вглядывается в мое лицо. Верит мне. Юная. Нежная. Ее восхитительный запах буквально сводит меня с ума.

Имею ли я право так с ней поступать? Она совершеннолетняя. Значит, может принимать решения.

Хотел бы я, чтобы она смотрела на меня так же, когда узнает меня… и то, на что я способен.

– Ты не должна делать того, что тебе не хочется. Понимаешь? – Это важно. Мне нужно ее подчинение, но еще больше мне нужно ее согласие.

– Я никогда не стану делать что-то против своей воли, Кристиан. – Вроде бы она говорит искренне. Немного успокоившись, я выбираюсь из сиденья, открываю дверцу и спрыгиваю на землю. Беру Ану за руку, помогаю выйти. Ветер бросает волосы ей в лицо, она выглядит обеспокоенной. Не знаю, то ли из-за того, что она осталась со мной наедине, то ли из-за того, что мы стоим на крыше тридцатиэтажного здания. Я и сам испытываю здесь легкое головокружение.

– Идем. – Обнимаю ее, чтобы укрыть от ветра, и веду к лифту.

Спускаясь в пентхаус, мы оба молчим. Под черным пиджаком на Ане бледно-зеленая блузка. Она ей идет. Мысленно отмечаю, что нужно будет включить голубой и зеленый цвета в список одежды, которую буду ей покупать, если она согласится на мои условия. Ей следует одеваться получше. Лифт останавливается на моем этаже, и наши взгляды встречаются в зеркале.

Ана следует за мной через фойе, потом по коридору и входит в гостиную.

– Снимешь пиджак? – спрашиваю я.

Она качает головой и сжимает лацканы. Ладно.

– Пить будешь? – Попробую зайти с другой стороны. Выпивка поможет мне успокоиться. Почему я так нервничаю? Потому что хочу ее… – Я буду белое вино. Выпьешь со мной?