Круче, чем скорость - Юлия Гетта

И я почему-то так разомлела от этих слов. Улыбнулась ему, наверное, самой глупой в мире улыбкой, сама потянулась целоваться. Но губы уже тоже болели невыносимо.

Я и, правда, словно пьяная была, хоть и не выпила ни капли алкоголя. Или красота озера и лунная ночь на меня так повлияли? А сейчас, в свете солнца, сделалось дико не по себе от всего этого. Почему-то вспомнилась Марика, её совершенно глупая улыбка во время рассказа о нем. Вот и я оказалась на ее месте.

Что теперь делать, как себя вести? Черт знает. Ощущение такое, будто у меня и, правда, наступило похмелье. Голова не болит, но на душе так паршиво. И низ живота сильно тянет, а промежность вообще… Ноет так неприятно и слегка пульсирует.

Тимур закончил разговор, убрал телефон в карман и подошел к машине. В своих мыслях я даже не успела подготовиться, сделать вид, что все еще сплю, или хотя бы глянуть в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что выгляжу прилично.

— Доброе утро, прелесть, — обворожительно улыбнулся он, заглянув в открытое боковое окно. — Как спалось?

— Отвратительно, — неопределенно дернула плечом в ответ.

— Пить хочешь? — спросил, протянув мне литровую пластиковую бутылку, которую я с огромной благодарностью забрала из его рук, и тут же жадно припала к горлышку.

— Надеюсь, ты не забыла, что задолжала мне желание? — совершенно не в тему поинтересовался он, отчего я поперхнулась и громко закашлялась.

Тимур тут же воспользовался ситуацией, просунул руку в салон и пару раз долбанул ладошкой по моей бедной спине так, что очень сильно захотелось долбануть ему в ответ, только уже по голове и чем-то тяжелым.

— Я-то наивная, решила, что ты, как джентльмен, сделаешь вид, будто забыл о споре, — пробурчала недовольно, как только прокашлялась.

— Кажется, мы еще вчера выяснили, что никакой я не джентльмен, — усмехнулся он в ответ.

— Ну да, точно, — недовольно поморщилась я. — И чего же ты хочешь?

Он наклонился, сложив руки локтями на окне, и, с чертовски обаятельной ухмылочкой, загадочно заявил:

— Водичка сегодня просто класс! И место такое безлюдное…

Я вопросительно приподняла брови и недоуменно посмотрела на него.

— Ты когда-нибудь купалась в озере голышом? — добил он меня вопросом.

Мои глаза невольно округлились, наверное, до размеров чайных блюдец, и я ошарашено покрутила головой.

— Нет. Я не буду этого делать. Даже не мечтай.

— Знаешь такую поговорку — долг платежом красен? — вкрадчиво поинтересовался он в ответ.

— Мы договаривались в пределах разумного! — возмущенно напомнила я ему.

— А что в этом неразумного? — невинно вздернул он брови.

— Да всё! — нервно дернула я плечом и отвернулась, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

— Раздевайся, Аня, — опасно прищурив глаза, потребовал он, выпрямляясь во весь рост, и открывая дверь с моей стороны. — Или я раздену тебя силой.

— Не трогай меня, чертов извращенец! — проворно отскочила к противоположной двери, выскочила наружу, и на непослушных ногах бросилась наутек.

Меня очень быстро нагнали и повалили на горячий песок пустынного пляжа.

— Не трогай… — простонала я, тщетно пытаясь вырваться из его крепких рук, но он уже подмял меня под себя, и улегся сверху, не оставив ни единого шанса вырваться или сбежать.

— Запомни, прелесть, — поймав меня за подбородок и пристально посмотрев в глаза, нагло заявил он. — Пока у нас с тобой любовь, ты будешь делать то, что я тебе говорю.

— И не мечтай, — брезгливо скривилась я в ответ.

— Будешь… — самоуверенно протянул он, на корню пресекая мои жалкие попытки вырваться из его рук. — Иначе я затащу тебя в воду в одежде. Выбирай.

Аня

С ненавистью глядя на этого сексуального гада, срываю с себя вещи и швыряю на песок. Он все-таки попытался затащить меня в воду прямо в одежде, и в последний момент я сдалась. Я очень тактильный человек, и даже от одной только мысли, что придётся продолжительное время щеголять обтянутой мокрой холодной тканью, меня передёргивает.

— Белье я, пожалуй, оставлю.

В конце концов, как раз его можно будет снять, надев сверху сухие джинсы и футболку.

— Нет уж, Аня. Желание есть желание. Снимай все.

Кажется, я готова убить его в этот момент. Обреченно стягиваю с себя трусы и бюстгальтер, бросаю все это поверх остальной одежды.

— Я тебя ненавижу! — шиплю, как змея, с неприкрытой злостью глядя ему в глаза.

— Да ладно тебе, — обезоруживающе улыбается он в ответ. — Хватит уже строить из себя холодную неприступность. Тебе не идёт совсем. Расслабься, давай просто повеселимся?

— Я ничего из себя не строю.

— Тогда почему бы не позволить себе лёгкое дурачество? — спрашивает он, скользя заинтересованным взглядом по моей обнаженной фигуре вверх и вниз.

И мой гнев как-то в одно мгновение приобретает совершенно иной оттенок. Грудь сводит от вмиг потяжелевшего дыхания, щеки начинают пылать огнём. Чертов змей искуситель.

— Просто не люблю тратить время на всякую ерунду, знаешь ли, — недовльно бурчу, злясь на себя за то, что так легко ведусь на его провокацию.

Он лишь усмехается в ответ, после чего демонстративно стягивает с себя футболку, а вслед за ней и джинсы с бельем.

Я театрально закатываю глаза и отворачиваюсь, но от увиденной картины внизу живота неумолимо собирается такая тяжесть, что очень хочется свести ноги и сжать колени покрепче. При свете солнца обнаженная фигура этого парня производит на меня еще куда большее впечатление, чем вчерашней ночью.

Тимур подходит вплотную, кладет руки на мою талию, тянет к себе. Пытаюсь оттолкнуть его, но быстро понимаю, что это бесполезно. Он даже не обращает внимания на мои жалкие попытки, стоит с умиротворённым видом и лапает меня за грудь. Сжимает её, приподнимает, мнет пальцами, щипает за твердые соски, отчего тяжесть внизу живота стремительно нарастает, доводя меня до исступления.

— Первый раз в жизни встречаю такую красивую зануду, — заявляет своим дико сексуальным, слегка охрипшим голом, умиленно разглядывая мою грудь.

Пытаюсь искривить лицо в презрительной гримасе, что не слишком хорошо у меня получается из-за сильного возбуждения, но пока я все еще нахожу в себе силы сопротивляться ему.

— Я не зануда, я — серьёзный человек. Это ты от безделья маешься, и не знаешь уже, какую бы еще чушь придумать, чтобы себя развлечь.

— Считаешь меня бездельником? — загадочно ухмыляется он и скользит рукой от груди по животу вниз, отчего у меня начинает сводить дыхание.

— А разве это не так? — интересуюсь севшим голосом. — Судя по твоим затянувшимся гастролям в нашем городе, ни на какую работу ты не торопишься.