Иванова, на пересдачу! - Татьяна Новикова

У него и молодости-то не было. В восемнадцать лет старательно учился, чтобы поступить на бюджет в престижный университет. В двадцать лет дневал в библиотеках, чтобы закончить без единой четверки. В двадцать семь ночевал за статьями матерых докторов наук, чтобы расквитаться с аспирантурой.

Когда все нормальные люди гуляли, женились и разводились, Стас грыз гранит науки. Друзья детей рожали (не сами, конечно), а он только хмыкал: успеется.

И вот ему тридцать пять лет. Ну и чего добился?

К науке перегорел. Понял, что не стать ему великим ученым, а сидеть на задворках в каком-нибудь НИИ и получать тысячу рублей за публикацию — увольте. Кандидатские защищать, лизать зады докторам наук, чтобы обратили на него внимание — сомнительное удовольствие.

Преподавание не приносило особого кайфа. Стаса раздражали студенты-лодыри, как раздражали и зазнайки. Ему нравилось называть себя истинным технарем. Нравилось передавать знания неокрепшим умам. Но он с сожалением понимал, что большинство приходит в университет ради галочки.

Бизнес развил, не связанный с наукой, в отрасли строительства — но тоже. Ничего этакого. Деньги приносит, и ладно.

Семья? Откуда?

Он и с Настей-то чудом познакомился, точнее — она сама взяла в оборот Стаса, сама съехалась с ним, сама намекнула, что пора бы остепениться.

А он и не сопротивлялся. Этим, может быть, и надоел ей до чертиков. Кому, в самом деле, нужна амеба в костюме?

Куда пнул, туда и катится.

Теперь у него нет ни невесты, ни ребенка, ни планов на дальнейшую жизнь.

Стас Измайлов ненавидел людей, плывущих по течению. Так в какой же момент он сам превратился в такого человека?..

И вдруг в его жизнь ворвалась, сметая всё на своем пути, Дарья Иванова. Персональный кошмар. Маленький дьяволенок. У неё даже глаза блестели как у чертенка, а на лице было написано: «Ща я всем устрою».

И ему вдруг захотелось сходить с ума.

Жить захотелось.

Дышать полной грудью.

Нарушать скоростной режим, слушая визг тормозов на поворотах.

Сексом заниматься в лифте или на кафедре, наплевав на любые предрассудки.

Вместе с ней. С бесовкой этой в очках, при виде которой у него мозг отключается, и где-то внутри просыпается дикое, необузданное чувство.

— Ты же взрослый мужчина, а поступаешь как мальчик, — корил сам себя Стас, когда Иванова вышла на остановке и рванула к общежитию. — Не стыдно тебе?

Не стыдно. Ни капельки. Даже приятно.

Глянул на себя в зеркало заднего вида. Встрепанный, щетинистый мужик в очках. Сдался ты вообще юной студентке, у которой целое общежитие горячих (и дурных) самцов.

Телефон затрезвонил. Стас вывел звонок на динамики стереосистемы автомобиля, и из колонок донесся голос Игоря:

— Дружище, нет желания пересечься? Перетереть за нашу общую тему?

«Нет у нас с тобой общих тем», — раздраженно подумал Стас, выруливая на перекресток.

— Можем прямо сейчас обсудить. Я очень занят.

— Да ладно тебе. Вижу твою машину, еду прямо за ней. Давай куда-нибудь зайдем выпить по чашечке кофе. Всего на полчаса. Это очень срочно!

— Слушай, отстань, а? По-хорошему. Мне некогда.

И нажал на сброс связи, чтобы не продолжать бестолковый разговор. Автомобиль Игоря поравнялся в БМВ Стаса, начал поджимать его к обочине. Нет, ну это переходит все границы. Измайлов выкрутил руль, чуть не мазнув крылом по фургону плетущегося сбоку грузовика. Сзади донеслись гудки недовольных водителей. Поддав скорости, Стас оторвался от преследователя и только хотел удовлетворенно хмыкнуть…



К сожалению, красный сигнал светофора обломал все планы. Автомобили сравнялись вновь. Игорь опустил стекло и что-то сказал.

Стас показал ему исключительно мальчишеский неприличный жест (нахватался от Ивановой!) и вновь газанул.

Так, в зеркале заднего вида — никого.

Конечно, неправильно бежать от проблем, но иногда так хочется слинять куда подальше и не участвовать во всем этом балагане.

Стас чуть притормозил, вливаясь в вяло текущий поток.

Стас-то притормозил, а вот Игорь не успел.

Удар по касательной пришелся в заднюю фару. Подушка безопасности не сработала, но Стас так сильно вдавил тормоз в пол, чтобы не укатиться в передний автомобиль, что чуть не врезался лицом в руль.

Озадаченный Игорь уже вылез из своей машины, потирая затылок и осматривая масштабы бедствия.

Видимо, все-таки придется пообщаться.

* * *

В страховой компании пообещали, что сотрудники ДПС подъедут в ближайшее время. То есть до вечера их можно не ждать, ибо «ближайшее время» во вселенной дорожно-патрульной службы — это нечто абстрактное.

— Давай разговаривать, — сдался Стас, плотнее застегнув куртку.

— Как-то неправильно получилось, — засомневался Игорь, который свою «ласточку» нежно любил, а потому каждая авария ранила его в самое сердце.

— По-моему, вообще отлично. И пообщаемся, и уйти раньше времени не смогу. Сказка!

— Не очень-то смешно. Ты какой-то в последнее время… — Игорь призадумался. — Другой. Неправильный, что ль.

Конечно, его друг никогда не отличался особой сообразительностью, но обычно наивность Игоря была безобидной.

Они вместе в детский садик ходили, на горшке одном сидели, как говорится. Делили одну парту одиннадцать школьных лет. Затем Игорь подался в армию, отслужил и решил тренировать молодежь. В общем, стал физруком в какой-то гимназии и от работы своей тащился.

А Стас служить не ходил, ибо с восемнадцати до двадцати семи лет безостановочно учился.

Гора мышц, обтянутая неизменными кожаными куртками (и зимой, и летом) — так можно коротко описать Игоря. Короткий ежик волос, квадратное лицо и широченные плечи.

Он неплохой человек… был.

Но считать, что Измайлов может общаться с ним как прежде, — это высшая степень глупости.

— А как я, по-твоему, должен себя вести? — Стас внимательно оглядел Игоря. — Нет, честно. Радоваться или брататься? Ты идиота изображаешь? Ой, я переспал с твоей невестой, ну, с кем не бывает.

— Ударь меня, — предложил тот на полном серьезе. — Давай. Вмажь со всей силы. За то, что я такой-сякой.

Стаса дважды просить не пришлось. Если тот, старый, Измайлов ещё бы трижды подумал и вообще решил, что гуманизм важнее мести, то новый, который набрался всякой дурости от Ивановой Даши, радостно впечатал кулак в скулу Игоря.

Со стороны казалось, будто владелец БВМ так психанул из-за аварии, что решил начистить морду виновнику ДТП.