Цвет боли. Красный - Эва Хансен

— Тогда договоримся так: за час до встречи, то есть в одиннадцать, я вам перезвоню, и мы обсудим, где именно стоит позавтракать. Время уже назначено.

Вот так просто: Ларс Юханссон, о котором даже Йозеф Лессен сказал, что он человек замкнутый и с девушками не дружит, предложил мне завтра встретиться за ланчем!

Сколько я просидела на диване перед включенным телевизором, тупо уставившись в экран и не соображая, что за тени на нем движутся, не знаю, но когда снова раздался звонок, даже подскочила, хрипло выдохнув в трубку:

— Да?

— Линн, это я, — Бритт говорила почему-то шепотом.

— А почему ты шепчешь, где ты?

— Я тихонько, вдруг ты с Ларсом разговариваешь?

— Бритт! — Меня отпустило, и я расхохоталась от души. — Как я могу одновременно говорить с тобой и с ним по одному телефону?!

Подруга тоже расхохоталась:

— Прости, я дура. Он не звонил?

— Позвонил.

— И?!

— И пригласил на завтра на ланч.

— Вау!!! Линн, ты должна надеть мое бирюзовое платье!

— Сдурела? Бирюзовое вечернее платье со шлейфом на ланч.

— Ой, правда. Тогда…

— Надену брюки и рубашку, — попыталась я пресечь все дизайнерские поползновения подруги.

— И новый жилет! Он подойдет. Ну, я тебя прошу, я тебя просто умоляю! Линн, я уже на коленях, ты видишь?

— Вставай, уговорила. Как ты там?

— Все говорят, что я похорошела и посвежела. И вообще, стала другой.

— А как жених с невестой?

— Ой, — я поняла, что Бритт машет рукой, — не спрашивай. Ссорятся каждый день, что у них будет через полгода? Поубивают друг дружку.

— А ты и рада?

— Я? Мне наплевать. Нет, правда наплевать. Ну их, давай лучше о Ларсе Юханссоне и о тебе.

Мне пришлось во всех подробностях пересказать сегодняшнюю встречу, вспомнить, сколько раз Ларс посмотрел на меня в баре (с изумлением осознала, что много!), дословно, что говорил там и потом по телефону, как выглядел, во что был одет, чем пах.

— Не знаю, но безумно приятно.

— Нет, вы ее видели?! Да ты должна все помнить до тонкостей.

Я поняла, что только расстояние в девять тысяч километров между нами с Бритт спасло меня от немедленного похода в магазин с целью перенюхать все мужские ароматы и точно назвать тот, что принадлежит Ларсу Юханссону.

— Я помню, просто не знаю, что это за парфюм.

— Ну да, Ларс Юханссон с его деньгами небось пользуется парфюмом, который Курту не по карману.

— Возможно.

Бритт начала второй круг:

— Повтори-ка, как он сказал?

— О, господи!

— Не господи, а повтори!

Все равно не отстанет, пришлось повторить. Вывод был однозначным:

— Линн, он в тебя влюбился! Чтоб мне сдохнуть, влюбился!

Давно я так не смеялась…

— Ты на солнце перегрелась? Где я и где Ларс Юханссон? Ты кого из нас забыла, его или меня? Могу прислать фотографии для сравнения.

— Ну и что! Чего ты смеешься? Почему это в тебя нельзя влюбиться, очень даже можно. Тебя вот только переодеть, и ты будешь полная красотка.

— Вот именно, что полная. Полненькая такая, полненькая. Карлсон в женском обличье.

— Я не о том. В смысле, настоящая.

— Переодеть, говоришь? А еще переобуть, перекрасить, сделать липосакцию и изменить половину черт лица.

— Линн, не кокетничай. Ничего тебе менять не надо. Два лишних килограмма при твоем росте еще не повод для самокритики. Талия у тебя тонкая, и вообще фигура, как у Джей Ло!

— Ладно тебе, я хорошо себя знаю и не фантазирую в отличие от некоторых болтушек.

Скажет тоже, влюбился… Да этот красавчик в принципе не ведает, что это такое! У его ног половина Стокгольма, а он будет влюбляться в серую мышь!

Поспать толком не удалось, крутилась с боку на бок всю ночь, пробежаться утром тоже — шел мокрый снег с дождем. По этой же причине укладывать волосы было совершенно бесполезно, и я заплела, как вчера, косу. Вот коса у меня хороша, она не слишком длинная, потому что я все же стригу волосы, в заплетенном виде чуть ниже лопаток, зато толстая. Коса, тонкая талия и грудь — моя гордость, об остальном лучше не думать…

В десять я уже была одета и обута. Жилет Бритт действительно прекрасно подошел к моей рубашке, и образовался симпатичный комплект. В зеркале отражалась пусть не красавица, но и не уродина. Ага, середнячка. Снова одно и то же — средняя, обычная, серая мышь. Ни малейшего намека на роковую красавицу (а как хотелось бы!..).

В одиннадцать раздался звонок. Мне пришлось трижды глубоко вздохнуть и основательно прокашляться, чтобы иметь возможность ответить собственным голосом, а не писком придушенной мазохистки.

— Линн, добрый день, это Ларс.

— Да, Ларс, здравствуйте.

— Мне очень неудобно, вчера проявил инициативу, а сегодня вынужден отменить встречу…

Ну, вот и все, его вежливости хватило только на то, чтобы вчера обнадежить. Этого и следовало ожидать. Сейчас скажет, что перезвонит через недельку, потом еще через неделю, а потом и вовсе забудет. Конечно, теперь я знаю его номер телефона, но, во-первых, кто сказал, что это его, а не подруги, из постели которой не хочется вылезать в такую погоду ради встречи с какой-то курицей? Во-вторых, даже зная номер, я сама все равно не позвоню. Хорошо, что не успела сообщить о планируемой встрече Анне или Оле… Сегодня скажу им, что Юханссон звонил из автомата.

Все это пронеслось в моей голове со сверхзвуковой скоростью, быстрее, чем он успел окончить фразу. И я вдруг успокоилась. Так даже лучше, никакой надежды и отрубить сразу. Что бы делала, встреться с ним сегодня? Краснела бы, как рак, бормотала глупости или вообще разрыдалась от избытка чувств?

Я уже открыла рот, чтобы сказать, что ничего страшного, если у него нет возможности со мной общаться, я переживу. В другой раз… как-нибудь… может быть…

Но ничего произнести не успела, потому что услышала такое, от чего пришлось опуститься на диван, ноги не держали.

— Линн, у меня к вам более интересное предложение. Только не отказывайтесь сразу. Вы очень заняты в ближайшую неделю?

— Н-нет…

— Вас ведь интересуют материалы о викингах?

Голос чуть вкрадчивый, он явно не поверил в повод для знакомства. Наверняка решил, что я воспользовалась Йозефом Лессеном, чтобы навязаться ему самому. Почему-то взяло зло. Ну и черт с ним!

— Да, викинги.

— У меня все в доме на острове. Вы не хотите посетить сей заброшенный уголок, пожить там хотя бы пару дней и посмотреть собственными глазами, что интересно, а что нет? Поверьте, там тихо, уютно, а мой Свен прекрасно готовит.