Трое - Алайна Салах

— Малыш, ты вернулась уже?

— Нет, я решила немного прогуляться. Ты уже освободился?

— Да, пораньше вышло. Далеко от дома?

— Я на Петровке, — запнувшись, я немного смущенно уточняю: — Ты уже увиделся с Русланом?

— Нет. Он только через час освободится и сам к нам заскочит.

Носок моих туфель неловко чиркает по асфальту, оставляя зазубрины на замше. Руслан появится у нас в квартире. Хотя собственно, чего я так разволновалась? Скорее всего, к тому времени, как я окажусь дома, его уже не будет.

— Малыш, придется тебе на такси добираться. Навигатор пробку охеренную показывает в твою сторону.

— Конечно, я доберусь сама, — я злюсь на себя, что голос звучит сбивчиво. — Кстати, в холодильнике есть салат.

Все сорок минут, что такси едет до дома, я не перестаю ерзать на сидении, не в силах справиться с волнительным покалыванием в животе. Я одновременно хочу и не хочу, чтобы встреча Руслана и Мирона прошла без моего присутствия. Снова начинаю путаться в своих желаниях.

Водитель высаживает меня перед воротами, через кованые прутья которых, я вижу машину Руслана. Замедляю шаг, как если бы это дало мне шанс подготовиться в встрече, мысленно ругаюсь на собственную слабохарактерность и резже, чем нужно дергаю подъездную дверь.

— Привет, малыш, — Мирон встречает меня в прихожей, по-прежнему одетый в брюки и рубашку, в руках у него зажат документ с синей гербовой печатью. — Рус в гостиной, — наклонившись, он целует меня в губы. — Мы пока один его вопрос обсуждаем. Сможешь сделать нам кофе?

— Конечно, — я ставлю на пол пакеты с покупками и выхожу следом за ним в гостиную.

Руслан сидит на диване, на журнальном столе среди ароматизированных свеч и свежего букета хризантем, купленного мной этим утром, разбросаны бумаги.

— Привет, — я стараюсь говорить максимально непринужденно и дружелюбно, как полагается хозяйке дома.

— Привет, Тати, — его взгляд лишь на долю секунды смотрит ниже моего лица, что вполне укладывается в рамки приличий.

Я ухожу в спальню переодеться, и убедившись, что парни по-прежнему увлечены обсуждением, иду на кухню, чтобы приготовить кофе. Чувствую себя намного спокойнее: мы находимся в квартире втроем, но ни напряжения, ни неловкости не ощущается. Может быть, я и впрямь слишком много думаю.

Отодвинув бумаги, я ставлю чашки на стол перед ними, и до того, как уйти, успеваю поймать на себе взгляд Руслана. Следуя выбранной тактике, улыбаюсь ему в ответ. Обсуждение дел наверняка затянется, а потому я возвращаюсь на кухню и чтобы занять себя, начинаю готовить жаркое. Слова Алисы навели меня на мысль о том, что я могла быть лучшей хозяйкой: у нас не всегда бывает готовая еда, не говоря уже о том, чтобы непременно горячая. Мирон никогда не настаивал на том, чтобы я готовила, и со временем я невольно стала расслабляться.

Спустя полчаса Мирон появляется на кухне, обнимает меня сзади и запустив руку под футболку, целует за ухом.

— Мы закончили. Что готовишь?

— Жаркое с говядиной.

Потянув меня за талию, он заставляет меня обернуться. Его глаза смотрят внимательно, изучающе.

— Рус может остаться на ужин.

Пульс вновь разгоняется до ста ударов в минуту, а шея и виски начинают неумолимо нагреваться. Я знаю, что причина совсем не в том, что на кухне жарко. Сейчас я и Мирон знаем, о чем идет речь, и ту его фразу во время нашего секса я не забыла.

— Если ты против — он уйдет, — произносит он, когда пауза между нами затягивается.

Я несколько раз сглатываю, тщетно пытаясь протолкнуть в горло возникшую сухость, и разворачиваюсь к плите.

— Я не против. Еды на всех хватит.