Беременность на сдачу - Адалин Черно

На следующие два дня я остаюсь одна. Матвей не приезжает домой и мне никто не говорит, куда он делся. В доме остается та же прислуга, что и была, за исключением Кристины и Ангелины. Матвей в своем решении непреклонен — уволены, значит, уволены.

Это радует. Я не конфликтная личность, не люблю, когда на ровном месте устраивают скандал и терпеть не могу ссориться, а с Кристиной по-другому бы не получилось. Тем более, судя по тому, что у нее были к Матвею чувства. Девушку я понимаю. Когда ты влюблена в человека, а он приводит беременную девушку, сложно противиться эмоциям и не попытаться устранить соперницу.

Матвей выделил мне водителя, который готов исполнять любую мою прихоть и везти хоть на край света. Ну, я на это надеюсь. Поэтому ближе к обеду, хорошо позавтракав и одевшись в удобную одежду: темно-синий джинсовый комбинезон, темный свитер, сапожки на низком ходу и пуховик, выхожу в гостиную и отыскиваю Арсения.

— Отвезете меня в торговый центр? — я мило улыбаюсь и крепче сжимаю ручки небольшой сумочки.

— Да, конечно, — мужчина поднимается с дивана и идет на выход, а я предвкушающе улыбаюсь и иду за ним.

Я договорилась встретиться с подругами в кафе одного из торговых центров. Я, конечно, немного успокоилась после того, как Матвей сказал, что не заберет ребенка, но верить ему окончательно не собираюсь. Я хочу найти выход из сложившейся ситуации и через Иру попытаться устроиться на работу. До декрета мне еще почти три месяца и я бы с радостью работала администратором, менеджером, оператором колл-центра. Да кем угодно, лишь бы взяли и платили.

Будучи замужем, я наивно полагала, что у нас идеальная семья: любящий муж с хорошей зарплатой, большая квартира, в которой поместилось бы несколько детей и я — идеальная домохозяйка и жена, всегда поддерживающая своего мужчину. Иллюзия разбилась за пару минут, а реальность ударила так, что вот сейчас приходится расхлебывать последствия необдуманных поступков.

Жалею ли я? Отчасти. Тогда в баре я нарисовала картинку: безумно привлекательную, чувственную, яркую и страстную. Я вывела мужчину, которого не существовало на самом деле. Наверное, в этом мой недостаток — я не умею видеть мужчин, идеализирую их, смотрю сквозь розовые очки.

— В какой торговый центр поедем? — я вздрагиваю, осознавая что уже сижу в уютном салоне автомобиля, а водитель напротив спрашивает куда едем.

Я называю адрес и отворачиваюсь, смотря на заснеженные дороги. Я люблю зиму, люблю белоснежную сказку, в которую можно окунуться, люблю ловить снежинки и рассматривать рисунки. Я неисправимый романтик и всегда такой была. Надеялась, что с годами стану старше, перестану верить в сказки и в то, что любовь бывает один раз и на всю жизнь. В любовь я верить перестала, а сказки хотелось все равно.

— Приехали, — слышу голос водителя и выхожу из машины, правда, перед этим Арсений учтиво открывает мне двери.

— Можно как-то без этого? — прошу я, потому что чувствую себя особью королевских кровей как минимум.

— Как скажете, — водитель опускает голову и закрывает за мной двери, а я набираюсь решительности на еще одну просьбу.

— Можно на ты?

— Простите, не положено. Матвей Алексеевич не приемлет дружеского обращения на работе, — поясняет Арсений, чем немного меня раздражает.

— Матвея Алексеевича здесь нет, — спокойно говорю я. — Я не хочу, чтобы ты называл меня на вы. Старушкой себя чувствую, так понятно?

— Да, конечно.

— Отлично. Я вернусь через пару часов, — бросаю ему и иду в торговый центр, но когда замечаю, что мужчина включает сигнализацию и идет за мной, поворачиваюсь: — Тоже нужно в магазин?

— Нет, — он мотает головой. — Матвей Алексеевич приказал присматривать за вами… за тобой. Не отходить ни на шаг.

— В этом нет необходимости, — раздраженно произношу. — Я приехала на встречу с подругами.

— Извините, но… — Арсений запинается, а после продолжает: — я думал вы знаете.

— Знаю что?

— Вам нельзя видеться с подругами.

— Что? — возмущаюсь, не совсем понимая, о чем он. — Как это нельзя? Они что, небезопасны? Или ядерно-вооружены? Что с ними не так?

— Это приказ Матвея Алексеевича, — пожимает плечами Арсений. — Я думал вы в курсе.

— Звони ему. Давай, — машу рукой. — Звони Матвею, — решительно говорю я. — Хочу поговорить и прояснить ситуацию.

Арсений отходит и набирает Матвея, а я стою и во мне клокочет злость. Ожидание съедает меня, поэтому когда водитель протягивает мне телефон, я с радостью хватаюсь за него и тут же выплескиваю яд.

— Я хочу видеться со своими подругами, Матвей. И мне плевать что ты об этом думаешь.

— И тебе здравствуй, Вероника, — его ровный уверенный тон заставляет немного сбавить обороты, но я намерена настаивать на своем.