Сахар на дне - Маша Малиновская

Вечеринка в самом разгаре. Жанна громко рассказывает очередную историю про фрау Мейн, у которой она снимает комнату, и её жуткого кота с демоническими глазами. Жанка уверена, что по ночам он обращается в чернокнижника и проводит ритуалы. Народ взрывается хохотом. Смеюсь и я. Сначала думала, что не смогу расслабиться, постоянно получая в свой адрес ядовитые шуточки от Шевцова, но он на самом деле ведёт себя так, будто меня и нет рядом. Но я всё равно напряжена, хоть и стараюсь не думать о нём.

Саша приезжает через час после нас с Лизой. Он весел, хотя и устал на работе. Мне неловко, но я решаю не тянуть кота за хвост и поговорить с ним.

Это оказалось труднее, чем я думала. Он того, как Терентьев смотрит на меня, разрывается сердце, но впервые я решаю выбрать себя. Саша в ответ молчит и лишь кивает, когда я предлагаю остаться друзьями. Просит вернуться в дом одну, а сам остаётся во дворе.

За столом как раз Вадик толкает тост, поздравляя свою егозу-сестрицу с прошедшим днём рождения. Все поднимают бокалы: кто с шампанским, кто с вином, а кто и с коньяком. Я тоже присоединяюсь, когда Вадим протягивает мне бокал с шампанским. Отпиваю холодный напиток, надеясь, что он потушит пожар, что разливается румянцем у меня на щеках. Что ни говори, но сообщить человеку, который два года заботился о тебе, что больше в нём не нуждаешься, — тот ещё стресс.

На Шевцова стараюсь не смотреть, но боковым зрением отмечаю, что он тоже пьёт, только не шампанское. Улыбается моей университетской знакомой — Алине, о чём-то мило с ней беседует. Он какой-то другой сейчас. Обаятельный, общительный, весёлый и лёгкий в общении. Мне становится обидно, что я не знаю Шевцова таким. Алина ему тоже улыбается, мило морщит нос, жеманно откидывает волосы с плеча, наклоняясь поближе, будто музыка не даёт ей расслышать его слова. Когда Жанка выкручивает музыку, зовя всех танцевать под «Алкоголичку» Артура Пирожкова, Алина тащит Алексея за руку в центр гостиной, а у меня внутри разливается яд.

— Разожми зубы, — шепчет Лизка.

— Ты о чём?

— О том, что ты смотришь на своего братца и до хруста сжала зубы, Фомина.

— Тебе показалось, — отвечаю слишком грубо, сердясь на подругу.

Мне всё равно. Я должна быть рада, что Лекс занят, и на меня ему плевать. Я тоже могу отлично провести вечер, тем более, что я теперь девушка свободная. Саша, кажется, решил вообще уйти.

Я допиваю до дна бокал и встаю, даже не потрудившись одёрнуть платье. Откидываю волосы за плечо и подхожу к Вадику. Песня уже закончилась и включилась какая-то зарубежная. Вроде бы и клубная, но с медленным напевом.

— Потанцуем? — говорю улыбаясь.

Вадик резко прерывает разговор с одним из гостей и галантно протягивает мне руку.

— Ещё бы, — растягивает рот до ушей в улыбке.

Мы выходим в центр, и парень прижимает меня к себе, обхватив за талию. Приходится встать на носочки. От Вадима пахнет алкоголем и едой, но, думаю, от меня так же. Не противно. Он симпатичный и милый, и руки у него крепкие. Пусть и не как у Лекса. Да и вообще, какая разница, какие они у Алексея? Они сейчас обнимают Алину.

— Малышка, ты пахнешь офигительно, — двоюродный брат Жанны не скупится на комплименты и втягивает носом возле моей шеи.

И тут ему на плечо ложится широкая ладонь, отчего у моего партнёра по танцу едва ли не подгибаются колени.

— Пошли выпьем, бро, — стальной голос проникает под кожу, а взгляд тёмных глаз обжигает. — да поболтаем.

Вадим с сожалением мне улыбается и отпускает. Моё лицо, наверное, по цвету уже не далеко ушло от помады, шампанское и эмоции способствуют. Я ухожу из гостиной и направляюсь в ванную комнату. Надо освежиться и привести себя в порядок.

Музыка за дверью становится значительно тише. Подхожу к зеркалу над раковиной и смотрю на своё отражение. Господи, ну и видок. В глазах нездоровый блеск, щёки алеют, волосы у лба завились. А вот руки как лёд. Прижимаю тыльную сторону пальцев к горящим скулам и едва не стону от наслаждения. Приятно.

Открываю воду и несколько раз мочу лицо, где не испортится макияж. Полощу рот, приглаживаю волосы. Только что делать с лихорадочным блеском в глазах и расширенными зрачками?

В дверь слышится тихий стук. Замираю, чувствуя, как сердце ускоряет темп.

— Ян, это Алина, можно войти?

Вот её сейчас видеть хочу меньше всех.

— Да, конечно, — отмыкаю замок, перед этим глубоко вздохнув. — Входи, я уже.

В ванную вваливается весёлая и раскрасневшаяся Алина.

— Фух, — выдыхает она, приваливаясь спиной к стене, откидывает русые пряди, упавшие на лицо. — Вот это тусовка! Давно мы так не встречались, да? Помнишь, как-то в общаге к нам приехали парни из политеха, вот тогда мы знатно гульнули.