Не хочу тебя любить - Мария Фирсова

— Это плохая идея, — запустила она в меня босоножкой, которую я тут же поймал, вернув владелице.

Еле сдержался, чтобы не рассмеяться, видя, как моя подруга нахмурила брови и поджала губу. Ох, уж эти девушки! Вечно им все не так. Ладно, признаю, не удалась мне шутка и Полинку зря разозлил. Но сколько ревности было в ее глазах, когда я заявил, что приду с женщиной. Что же эта чертовка успела себе нафантазировать, интересно.

Но видя, как полыхнули ее щеки, как глаза наполнились блеском, понял прекрасно одну очевидную и без этого вещь — я ей еще нужен. Пусть не признается себе, но рано или поздно она сдастся. Не сможет больше терпеть.

— Ты просто не видела лицо своей подруги, — пожал я плечами, ожидая пока Лерка соберется.

Идти одному не хотелось на банкет, а искать кого-то для статуса посчитал глупым занятием. Вот и пригласил ее, а почему бы и нет. Девчонка она красивая, да и в ее обществе я чувствовал себя уютно.

— Я могу представить, Леш. Вы играете в глупые игры. Два идиота, уже давно бы сделали шаг навстречу друг другу.

– Пытался, — вздохнул с тоской, — не вышло.

– Упрямые ослы, — заключила Лера, добавляя последние штрихи к образу.

– Возможно, ты и права, но — развел я руками, — вот скажи, тебе нравится Митин?

– Издеваешься? — фыркнула она, взмахнул рукой. — Терпеть его не могу. Ты тоже, конечно, не божий одуванчик, но Роберт… Не знаю, неуютно очень себя чувствую в его присутствии. Вот есть человек, да, вроде ничего плохого и не сделал, а мурашки по коже бегут. Меня иногда холодным потом прошибает, — тряхнула Лерка головой, поежившись.

Я ее прекрасно понимал. Потому и удивлялся, что же Полина нашла в нем? Отказывался верить в ее чувства к нему, может быть, во мне говорил эгоизм, черт его знает, но готов был поставить на кон все — Иванова рядом с Робертом по какой-то иной причине… Привычка? Страх остаться одной? По-моему, это очень странно и глупо тратить жизнь на то, что не по душе.

— Не стоило уезжать, — ослабив узел галстука, произнес я, глядя в окно.

— Вам тесно было бы в одном городе, к тому же ты сделал все, что мог. Ей просто требовалось время подумать.

— Я вижу, как она подумала. Теперь засыпает и просыпается с другим, да и свадьба на носу.

— Молчи, пожалуйста, — скроила Лера недовольную мину. — Я буду громче всех рыдать, если она состоится.

— Ты очень милая подружка, — хохотнул все же, видя, как она закатила глаза, театрально шмыгнув носом. — Так, — ударил ладонями себя по коленям, поднимаясь со стула, — нам пора. Постарайся вести себя прилично, — пропел я ей на ухо, за что получил тычок в бок и демонстрацию кулака перед глазами.

А родственник Митина не поскупился на банкет. Столы ломились от угощений, алкоголь тек рекой, дамы в шикарных нарядах дефилировали, словно прогуливались по подиуму мировых столиц.

Огляделся, присвистнув лениво. Да уж… откажись я — потерял бы немного. Окружение наводило тоску, благо рядом была Лерка, которая вертела головой во все стороны, пытаясь выхватить взглядом Иванову.

Моя спутница расточала улыбки, да и выглядела на все сто. Я тоже улыбнулся, возгордившись на мгновение, что рядом со мной такая прелестница.

Правда радовался я недолго, ровно до той поры, пока рядом не очутилась Виктория. Вот же дьявол, она-то, что здесь забыла?!

— Какая встреча, — протяну та, делая глоток шампанского.

Кажется, кому-то пора завязывать с напитками, потому как Вика хоть и старалась держать равновесие, но взгляд уже с трудом фокусировала. Что же заставило ее так надраться?!

— Правда, неожиданная, — улыбнулся я, крепче сжимая локоть Лерки.

— А ты с новой дамой? — промурлыкала Виктория, делая шаг ко мне.

— Это моя подруга, — пожал плечами, — считай, знакомы столько лет…

— Я на него не претендую, — хмыкнула Лера, — потому что он страшный и бессердечный тип.

— С большим кошельком, — засмеялась Мещерякова, обдав мою щеку хмельным дыханием.

Лера хихикнула и направилась к столу с закусками, оставив меня наедине с Викой, вот уж спасибо, милая.

— И не только, — подмигнул я все-таки этой вертихвостке, надеясь, что ее папаша пасется где-нибудь поблизости.

Правда, вместо Петра Алексеевича поймал взгляд Полины. Холодный, дерзкий и осуждающий. Нет, родная, не с ней я тебя хотел знакомить, только, кажется, Иванова плевать была готова.