Прости, если сможешь - Аля Морейно

Аня

Молодой юрист, который согласился помочь составить иск, мне понравился. Он только недавно закончил университет и работал помощником адвоката по семейному праву. А в свободное время бесплатно консультировал людей, которые не могли позволить себе оплатить услуги адвоката. Сказал, что заинтересован в том, чтобы набить руку и набраться опыта.

В течение двух дней я постепенно записывала все свои мысли по поводу сложившейся ситуации. Конечно, не всё можно было приложить к делу и не обо всём мне было легко рассказывать молодому парню, но я боялась упустить что-то важное, а потому расстаралась.

Юриста звали Пашей, вернее, он представился как Павел Евгеньевич Буряк. Он внимательно меня выслушал и пообещал помочь. Назначил мне встречу через неделю — за это время он должен был изучить обстоятельства и составить текст иска, а я должна была собрать ряд справок и свидетельств по списку, который он мне задиктовал. Паша вселил в меня уверенность на неплохие шансы.

С нетерпением я ждала субботы. Считала дни и часы. Представляла себе предстоящую встречу с дочерью, продумывала, что и как ей буду говорить, куда мы с ней пойдём, во что будем играть, что готовить. Заранее купила все продукты, чтобы потом не тратить на это ни минуты нашего с ней времени. Пересмотрела книжки и приготовила несколько, чтобы почитать ей перед сном.

Макс не звонил, но теперь каждое утро мы встречались с ним на крыльце школы, когда он привозил Диму. Просто здоровались. Но я ловила на себе его странные взгляды. Не понимала, что он задумал на сей раз, — и меня это беспокоило.

Дима рассказывал, что с Милой справиться у Макса и няни до сих пор не получилось. Единственным человеком, кто был способен её накормить и успокоить, был Дима, и то удавалось это ему не всегда. А ещё сказал, что няня решила уволиться, потому что не нашла с Милой общий язык, и они искали новую.

Неделя без моей малышки показалась мне годом ада. Всё время болело сердце, глаза были на мокром месте. По ночам я крутилась, мне снилось что-то тревожное. Юрист посоветовал не спорить с Максом, не устраивать конфликтов. Я вынуждена была терпеливо ждать обещанных выходных.

От Димы я знала, что Мила всё это время практически не выходила на улицу. Поэтому я предложила в субботу встретиться в парке, чтобы дочь подышала свежим воздухом. Накануне потеплело, снег начал таять, везде была каша из снега и воды. Макс пытался было возмутиться, что по такой слякоти гулять в парке — сплошное извращение, но в итоге согласился.

Договорились на 10 утра, но я пришла намного раньше. Дома всё валилось из рук, ждать назначенного времени не было никаких сил. Ещё издали я заметила машину Макса и пошла в её сторону. Он припарковался, первым из машины вышел Дима, за ним выпрыгнула Мила. Какое-то мгновение она крутила головой по сторонам, а потом, увидев меня, с радостным воплем бросилась в мою сторону. Я тоже не смогла устоять на месте и побежала ей навстречу. Я подхватила мою девочку на руки, прижимала и целовала её так, будто мы не виделись с ней целую вечность. Макс подошёл к нам и остановился чуть в стороне.

— Мамочка, любименькая моя мамочка, пожалуйста, не отдавай меня больше папе. Пожалуйста! Я обещаю, что буду всегда-всегда слушаться и кушать кашу. Я не буду просить у тебя никаких игрушек, буду сидеть в садике допоздна и не буду плакать. Только пожалуйста, забери меня от папы! Я не хочу с ним! Он мне не нужен!

Что я могла ей сказать? Разве ж объяснишь ребёнку про суд и апелляцию? Про несправедливость и подлость? Думаю, Макс всё слышал. Он вытащил сигарету, затянулся и демонстративно отвернулся.

Мы немного погуляли по парку. Мила вцепилась в мою руку, а отцу давать свою ручку отказалась категорически, зато с удовольствием взяла за руку Диму. Лишь спустя время она согласилась отпустить меня и побежала с братом смотреть, как воробьи и голуби купались в луже.

— Макс, скажи мне правду, зачем тебе это? Зачем ты издеваешься над дочерью? Неужели месть мне тебе важнее её нервов и благополучия? Она же твоя дочь!

— Честно говоря, я не предполагал, что она так тяжело воспримет разлуку с тобой.

Его голос был очень усталым. Видимо, он действительно с ней измучился.

— Она моя дочь! Мы прожили с ней вдвоём почти пять лет! Это совершенно естественно, что ребёнок так привязан к матери! Тебе это любой детский психолог скажет. Неужели ты считаешь, что мало наказал меня в прошлом?

— Конечно, мало! Ты предала меня, ты сломала мне жизнь!

— И поэтому теперь ты хочешь сломать жизнь своей дочери? А ты не подумал, что ты сделал с моей жизнью?

— Ты получила то, что хотела. Ты знала, что так будет, когда шла трахаться с Глебом. Неужели ты думала, что я смогу простить тебя?

— Наверное, это глупо, но, представь себе, когда я тогда лежала в больнице, я надеялась, что ты меня поймёшь и пожалеешь. А ты выслушал Глеба, посмотрел смонтированное видео и даже не поинтересовался моей версией событий. Это ты меня предал! Потому что любящий мужчина никогда не поступил бы так, как поступил ты!

— Чтооо? То есть по-твоему это я во всём виноват?

Макс пытался держать себя в руках. Мы были в общественном месте. И хотя поблизости никого не было, он вёл себя довольно корректно, не привлекая к нам внимания, и не перебивал меня. Мне показалось, что он не только нападал, но и слушал меня. А потому решилась высказать ему то, что накипело.

— Нет, я от своей вины не отказываюсь! Я виновата в том, что не послушала тебя и пошла в этот чёртов клуб. Я все эти годы засыпаю и просыпаюсь, проклиная себя за это. И, конечно, мне следовало не быть такой наивной и меньше доверять друзьям. Я заплатила за свои ошибки очень высокую цену! И я нуждалась в твоей поддержке, а взамен что я получила? Напомнить?

— Согласен, я тогда поступил не лучшим образом. Я был пьян, плохо контролировал себя и не понял тебя. Я очень сожалею об этом. Неужели ты думаешь, что я бы сделал это, если бы знал?