Двойная взлётная 2 - Ольга Дашкова

Мотыльки вновь начинают сходить с ума. Может, успокоительное пора пить рядом с ними? Или уже поздно?

— Мне расскажут о планах?

— Друг мой, Новиков Макс, у него своя школа боевых искусств, сейчас как раз ОМОН тренируется, он присмотрит за Семёном, заодно научит уму-разуму. Как тебе такой план?

— Мне нравится.

— А мне нет.

Семён стоит с рюкзаком, убирая со лба отросшую челку. Это, он говорит, сейчас так модно, ну хоть в зеленый цвет не покрасился, и на том спасибо.

— Тебя, малой, никто не спрашивает. Собрался? Молодец.

А вот такого Семёну не хватало точно: мужского плеча и волшебного пенделя. Закатывает на лоб глаза, но больше не огрызается, спорить с Громовым бесполезно.

— Билеты заказаны, все, выезжаем.

Артём выходит в прихожую, он уже в пальто, в руках две сумки с ноутбуками, осматривает нас, задерживая взгляд на унылом Семёне.

— Ну, на дорожку присаживаться не будем, успеем, как говорится.

— Игорь, прекрати.

Начинается суета, мне помогают надеть плащ хотя наверняка одежда не по сезону для Южно-Сахалинска, но там могу купить что-то другое.

Громов, надев куртку и подхватив сумку, выходит из квартиры первым, за ним Семён, потом Артём с моим чемоданом. Выключив свет, беру сумочку, закрываю дверь, оглядывая квартиру, такое странное чувство, что я вернусь сюда еще нескоро.

Прислушиваюсь к ощущениям, вроде ничего плохого и странного нет, как в тот раз, когда мужчины уходили от меня сто восемнадцать дней и одну неделю назад.

В лифт влезли все, а вот тут начала накрывать паника с четкой и яркой картинкой того, что сейчас у подъезда стоит группа захвата с автоматами, в бронежилетах, целясь в выходящих.

— Крис? Что? — Артём задает вопрос, я лишь мотаю головой.

— Нормально все, думаю, вдруг, что забыла. Мы ведь ненадолго?

Но мне опять никто не ответил.

Сентябрьское солнце светит прямо в глаза, внедорожник, припаркованный на обочине, сверкает полированным боком, около него стоит мужчина, открывая нам двери.

— Кристина.

Господи, ну вот тебя только не хватало до кучи, друг ты мой странный.

Андрей появляется неожиданно, рассматривая нашу компанию, все смотрят на него.

— Привет, Андрей.

— Ты уезжаешь?

— Я не понял, — Игорь бросает сумки на асфальт, не могу уловить, чем он так взволнован. Движения медленные, ладони зажаты в кулаки, вот он делает несколько шагов, оказываясь рядом, закрывая меня от Андрея. — Макар, я тебе, гниде, что говорил в последнюю нашу встречу?

Макар? Гниде? Что-то новенькое.

А потом происходит то, что я совсем не ожидала. Громов делает выпад, Андрей уворачивается, но кулак другой руки все равно летит в его лицо. Голова дергается, кровь брызжет из носа и разбитой губы. Он начинает падать, раскинув руки, так некрасиво и наверняка больно ударяясь спиной.

— Игорь, господи, перестань. Артём!

Оборачиваюсь, но никто не двигается с места, все происходящее никого не смущает, кроме Семёна, который, открыв рот, наблюдает за тем, как Игорь смотрит с нескрываемым презрением на лежащего на земле Андрея, садится на корточки рядом.

— Ты меня, наверное, плохо в тот раз расслышал, Макар, я обещал вырвать тебе кадык, если ты, тварь такая, хоть раз встретишься мне в жизни. А сейчас я вижу, как ты мою женщину называешь по имени, и я так понял, еще имеешь на нее какие-то планы.

— Да пошел ты, мразь.

— А вот это ты зря. Ответ неверный.

Снова удар, второй, еще один.

А я, кажется, сейчас упаду в обморок от вида крови и того, как мой мужчина посреди белого дня избивает человека.

— Игорь, прекрати!

Кричу, срывая голос, Артём с водителем пытаются разнять мужчин, потому что Андрей сопротивляется, поднявшись с ног, наносит несколько ударов.

— Гром, перестань, все, хватит. Уймись, мы можем опоздать, — Артём наконец отводит его в сторону, тот продолжает ругаться, у меня трясутся руки, слезы текут по щекам.

— Тебя все равно закроют рано или поздно, что ты можешь ей дать? Скажи что? Только слезы и свиданки раз в полгода. Ты ребенка будешь видеть лишь на фотографиях.

— Я сейчас убью эту мразь.

— Гром хватит, ты всех пугаешь. Успокойся, твою же мать!

Нас всех надо успокоить.