На предельной скорости - Джессика Ли

Сквозь воздушные шторы, в мою комнату влетают субботние крики Хантера и Коннора. Они отрывают меня от матраса и подводят к окну. Парни выясняют отношения возле бассейна. Затем, младший из братьев оказывается сброшенным в воду, а у старшего Демси в руках звонит телефон. Не сомневаюсь, что все дело в этом раннем звонке. Фред. Отец уже несколько дней пытается добиться внятного разговора от сыновей, но натыкается на неприступную гору. Я одергиваю пижаму и иду в ванну. Их семейные разборки всегда заканчиваются отборными ругательствами и парочкой сломанных пляжных стульев.

В полдень, я решаю выбраться из дома, где разгорается Третья мировая война. Фред в жесткой форме отчитал братьев и теперь, они громят его винный погреб. Попасть под немилость Хантера, мне хочется в последнюю очередь и стать мишенью, в которую будут лететь дротики, заряженные словесным ядом, тем более. Натянув привычную, полюбившуюся толстовку с изображением Микки Мауса и голубые джинсы с кедами, я сминаю сочную траву газона и запрыгиваю в «Вольво». Воклюз отражается в зеркале заднего вида и вскоре, превращается в размытую картинку.

Сидней в выходной день — настоящая туристическая Мекка. Я крадусь по дороге, как черепаха. За мной вьется длиннющий хвост из раскаленных автомобилей. Наконец, сумасшествие остается позади, и я подъезжаю к торговому центру на Питт Стрит. Раньше, мы с отцом проводили не один час в музыкальном магазинчике «Саунд Лайт». В него то, я и держу свой путь. Целый час среди дисков, виниловых пластинок и фотографий Керри Санрайза, немного успокаивают мой внутренний тайфун. Взяв пластиковый компакт-диск в руки, улыбаюсь, представляя себя на запредельной высоте папиного роста. Этот упоительный дух свободы, когда тебе пять лет, и нет ничего прекрасней, чем крепкие мужские плечи. Он всегда разбегался и мы падали в остывшую солёную гладь, уходя на самое дно. Порой, отец пугал меня, долго не выныривая на поверхность, а резкий прыжок за моей спиной, приводил в жуткий восторг. Как же давно это было. Потом мама звала нас на ужин, и я все в мире замирало. На секунду или две. Планета вращалась только вокруг семьи Санрайз.

Я приобретаю два новеньких альбома своих любимых групп и журнал о не стандартном взгляде на рок музыку. Выхожу в переполненный холл с фонтаном и поднимаюсь на эскалаторе к фуд-корту, что разносит аромат пиццы и горячих хот-догов. Черт, мне все напоминает об Алане! Нет, сегодня я съем греческую питу с салатом из креветок и козьего сыра. С большим стаканом молочного коктейля и питой, сажусь за свободный столик у стеклянного ограждения. Меня в тысячный раз накрывает волна поцелуев Палмера. С ним я была собой. С ним я дышала каким-то особенным воздухом. С ним я навсегда потеряла самообладание. Его хладнокровная жестокость, просто растерла меня в порошок. Не может же так быть, что после того, как он произносит мое имя в пылу страсти и ласкает своими невероятными руками, просто выдать, что всё ошибка, отступление от правил. И разряды тока между нами, всего лишь отголоски животных инстинктов.

— Скай, и снова здравствуй. — миссис Палмер широко и приветливо улыбается. По левую руку женщины, показывается ее муж с пакетами из разных бутиков одежды

— Привет! — также искренне здоровается мистер Палмер

— Здравствуйте. — убрав трубочку от губ, отвечаю я

— Можно мы присядем? — женщина выдвигает два стула, а мужчина в это время, шумно выдыхает, отпуская ручки пакетов

— Конечно. Хотите коктейль? Они здесь очень вкусные. — я пытаюсь завязать непринужденную беседу

— Мне бы чего покрепче, — хмыкает мистер Палмер. — Пойду, посмотрю, что у них имеется.

Мы с миссис Палмер глядим, друг на друга, будто сканируем объект, чтобы не попасть впросак.

— Колумбия звонила на днях, она в диком восторге от своего проекта. Ты знаешь, она похвасталась, что ей светит внушительный чек. — эта обворожительная красотка, выбирает метод от простого к сложному.

— Да, я уже так соскучилась по ней. — я опускаю глаза и вращаю розовую жидкость по часовой стрелке, без помощи согнутого пластика.

— Скай, — женщина чуть придвигается и, убедившись, что супруг в очереди у витрины с мороженым, выговаривает. — Что у вас с Аланом?

— Что? — теряюсь от неожиданного вопроса, но не думаю, что она в курсе происходящего беспорядка. — О чем вы?

— Он перестал разговаривать со мной, с отцом. Прежде, Алан делился с нами своими переживаниями и прочее. А сейчас, закрылся и все время где-то пропадает. Вы же дружите, верно? Может быть, ты немного поможешь нам?

— Мы дружили, когда была Стейси, а теперь…извините, я пойду. Ваш сын, мне абсолютно не интересен!!!

Черт, я говорю это с такой жёсткостью, что о мои слова можно разбить пару камней. Женщина с недоумением распахивает глаза и кажется, пребывает в шоке. Деньги на столе, а я обгоняю ленту эскалатора, чтобы раствориться в толпе.

***

Я катаюсь по городу, погрузившемуся в сумерки. Воздух заметно охладел и привлек на улицы людей, что отсиживались в прохладе домашних кондиционеров. Лавочки вдоль набережной, превратились в форпост любви и нежности. Влюбленные, женатые и парочки, что только встретились, любуются низкими облаками, мягким шуршанием волн. Время отлива обнажает ракушки и гладкие камешки, что с удовольствием собирают дети. У самой, в тумбочке ожерелье из мусора: бусины, разноцветное стекло, былые детали украшений.

Оставляю машину возле скейт-парка и шагаю с доской наперевес к самой глубокой чаше. Сегодня, во что бы то ни стало, я попробую вёрт* и грэб**. Пускай сломаю пару конечностей, но мне необходим, чертов адреналин или кома, при которой, я забуду о Палмере. Едва взбираюсь наверх, как слышу вой и крики девчонок. Компания парней, делает дроп ин*** и спешит к месту потасовки. Я повторяю за ними, только не рассчитываю возможности и отдельно от скейта, лечу вниз лицом. Определенно, меня ждет огромный синяк на бедре и сильный ушиб локтя. Знала бы я, кто устроил бой.

— Как ты могла, сука!!! — доносится голос Девон

— Я не виновата, что больше нравлюсь парням!! — огрызается Реджина

Девушки сцепляются в неистовой схватке и рвут друг на друге волосы. Девон выглядит более подготовленной для того, чтобы начистить физиономию, чем ее соперница. Но это не уменьшает заслуг Реджины. Она как боевая машина, напрыгивает на подругу и наносит удар по лицу. Жертва на лопатках, отпихивает мерзавку ногами и та шлёпается на задницу в метре от нее. Я проталкиваюсь в первый ряд и кричу:

— Девон!

Она оборачивается и перед тем, как подняться, бьет Реджину по изношенным кедам. В знак того, что она одерживает победу.

— Идем, с этой тварью покончено.

Отважная блондинка виснет на моем плече и смеется всю дорогу до машины.

— Тебя подбросить? — спрашиваю я, глядя на полыхающую ненавистью девушку

— Ага. Ради такого дела, я даже тачку не взяла.

— Давай-ка, ты мне в салоне расскажешь, что за беспредел устроила.