Жених моей сестры - Ольга Ялитовская

Хотелось крикнуть “стой”, но я сдержалась. Вместо этого старалась бесшумно втягивать воздух и непроизвольно тихо зашипела.

Мужчина принял это за своеобразный сигнал. Побуждение к действию. Стал проявлять еще больше активности, которую у меня не хватало сил терпеть.

— Подожди, — я уперлась руками в его грудь. Попыталась не то, чтобы оттолкнуть, но немного отстраниться.

В ответ услышала только недовольный рык.

Это меня не остановило и не напугало. Меня напугало то, что все могло выйти из-под моего контроля. А перекраивать план на ходу у меня не было возможности и желания.

— Ты же знаешь, что для меня это должно быть по-особенному…, — я старалась делать вид, что невероятно смущалась.

Мужчина наконец от меня отпрял, но при этом стал ожидать того, что я скажу и сделаю в дальнейшем.

— Я хочу, чтобы это стало чем-то особенным и для тебя… для нас, — я театрально исправилась и призывно облизала губы, — поэтому… Я излазила весь интернет и нашла то, что понравится мужчине больше всего…

На этих словах я перестала улыбаться, и полностью поменяла тактику. Стала идти на Гаспара, который в этот момент рисовал непонятно какие картины у себя в воображении. Попутно я не больно, но достаточно настойчиво тыкала пальцем ему в грудь, подталкивая к кровати.

Ровно до тех пор, пока он в нее не уперся. А потом я его просто толкнула.

Нужно было видеть его глаза. Этот взгляд полностью убедил меня в том, что я двигалась в нужном направлении. Особенно это стало понятно после того, как я наклонилась и достала из тумбочки наручники.

Не игрушечные. Без розового меха. Настоящие. Металлические. От соприкосновения с которыми вполне могли остаться нехилые ссадины…

* * *

Гаспару явно нравилось увиденное. Он находился в предвкушении. Вряд ли он ожидал подобной дерзости от меня.

— Я думал, что мне придется тебя уговаривать, — прохрипел мужчина все так же не сводя с меня глаз.

— А мне казалось, что это мне придется уговаривать тебя, — подняла наручники до уровня своего лица и легонечко ими потрясла. Так что они начали извиваться словно змейка.

— Я всегда был сторонником нестандартных подходов, — усмехнулся мужчина.

Ага, а еще и нестандартных подкатов. Вот только это я вслух не произнесла.

Я вообще сейчас не видела смысла разговаривать. Чем больше говорилось слов, тем больше терялось времени. А его у меня оставалось не так много. Мне нужно было как можно быстрее осуществить задуманное и бежать.

Сбегать нагло и позорно. Как можно дальше. Потому что после сделанного меня вряд ли бы погладили по голове.

— Снимай с себя одежду, это лишнее, — специально прошлась в этот момент языком по губам, чтобы этот идиот поверил, что меня и вправду заводило подобное.

Я с отвращением наблюдала за тем, как он встав с кровати начал избавлялся от тряпок.

— Ложись, — кивнув в сторону кровати, я улыбнулась так, что у Гаспара загорелись глаза.

И тут я поняла, что ситуация была полностью в моей власти. Я могла крутить им как хотела и это даже упрощало мне задуманное.

Когда мужчина улегся на кровати, я подошла ближе. Присев рядом с ним, я подняла его руки к изголовью кровати. Я специально выбрала именно эту комнату, потому что здесь было к чему пристегнуть его руки у изголовья.

Когда мужчина был пристегнуть, я схватила его галстук.

— Ты даже не представляешь, как сильно меня заводишь, детка, — лучше этот придурок молчал.

Я лишь быстрее закрыла его глаза галстуком, чтобы он не увидел, как я скривилась от его комплимента.

— Тебе не кажется это лишним? — встревоженно спросил мужчина.

— Ну пожалуйстаааа… я обещаю, что тебе понравится.

Произнесла умоляющим голосом, и когда увидела улыбку на его наглой харе поняла, что он согласен.

И именно в этот момент я схватилась пальчиками за его боксеры. Да, именно так, он должен был остаться здесь совершенно голым.

— А ты проказница, — прорычал Гаспар, когда я, кривясь от отвращения, с закрытыми глазами стягивала с него трусы.

Когда дело было сделано, я скомкала трусы и проведя пальцем по его губам, заставила его распахнуть рот, а после затолкала его трусы ему же в рот.

Он начал мычать и дергать на кровати, а я лишь наклонившись произнесла ему на ухо:

— Как думаешь, сколько мне заплатят за тебя журналисты, если я продам им твои обнаженные фото? Или лучше мне найти извращенца и продать ему ночь с тобой? Думаю, за тебя должны предложить нехилую сумму? Ты же любишь покупать людей, ублюдок, что насчет того если тебя самого продадут?

Он начал визжать как свин на вертеле, а я и вправду сделала пару фото, так, чтобы он услышал звук. Пускай боится, подонок.

Осторожно прикрыв за собой дверь, я старалась как можно тише идти по коридору. С опаской оглядывалась по сторонам, стараясь понять видел ли меня здесь кто-то или нет.

С ужасом вслушивалась в каждый шорох и уже придумала тысячу отговорок про то, почему я находилась сейчас тут. Хотя объяснение было, как всегда, на поверхности. Здесь же просто на просто находилась моя комната.

На самом деле, главным было не встретить кого-то, кто смог бы меня здесь задержать своей болтовней.

А этими людьми были: любой из оставшихся двоих кандидатов на мою руку, дядюшка, Саманта или, как ни странно, Габриэль. Хотя столкнись мы с последним, вряд ли разговаривали.

В лучшем случае начали спорить и ругаться, а в худшем он бы просто утащил меня в какую-то из свободных комнат.

А так мой путь был открыт.

Я направлялась к запасной входной двери, рядом с которой у меня была припасена небольшая дорожная сумка с минимальным набором вещей, которые мне могли бы понадобиться в ближайшее время.

По моим расчетам, в запасе у меня должно было быть несколько часов. Дядя, зная, что я ушла куда-то с Гаспаром, не бросится меня искать какое-то время. Ни меня, ни его.

А когда опомнится, то меня и след простынет.

И, главное, он не будет знать кто помог мне отсюда смыться. А все потому, что я и сама этого не знаю и до последнего не узнаю.

Перед входом было припарковано великое множество машин. Как кстати. Этот званый ужин в итоге оказался мне на руку.

Не раздумывая долго, я двинулась к самой крайней машине, которая стояла дальше от входа из-за того, что этот гость приехал позже остальных. А если приехал позже, то и уедет раньше. Ему-то нужно будет выпускать все остальные машины.

Мой расчёт был предельно прост. Сесть в первую попавшуюся открытую машину и затаиться, чтобы меня незаметно вывезли за пределы владений дядюшки. Но прятаться в салоне — это означало подвергнуть себя риску.