Хищник - Эмилия Грин

– Тогда мы решим эту проблему по-другому. Ладно, маленькая?!

– Как? – произнесла дрожащими губами, сотрясаясь от взволнованного дыхания.

Рубашка прилипла к спине, будто я стоял на ринге, а передо мной находился самый опасный враг. Одна ладонь пробралась в манящий вырез на платье: пальцами стал танцевать на её шелковистой коже, вырисовывая диковинные линии и узоры.

Вторая ладонь накрыла руку Мии. Наши пальцы судорожно переплелись, образуя удивительно крепкую сцепку. Мечтал как можно дольше не разрывать этих прикосновений. Стискивал руки настолько сильно, что девушка закусила губу, борясь с болезненными ощущениями.

– Так что ты придумал вместо поцелуев? – капризно спросила, серьёзно заглядывая мне в глаза, словно экзаменатор у нерадивого студента.

Улыбнулся, поймав себя на мысли, что это её первая искренняя улыбка за последние пару недель. Меня умилял её серьезный тон и потребность скрывать свои истинные чувства. Нас уже давно обволакивали флюиды совместного желания, они витали вокруг и казались по-настоящему осязаемыми.

– Расслабь руку, – выдохнул срывающимся от жажды её тела голосом, после чего поднес маленькую аккуратную ладонь ко рту и стал покрывать поцелуями тонкие пальцы.

– Ах… Нее… на… до… – просипела Мия заплетающимся языком.

Втянул её большой палец в рот и стал скользить по нему шариком пирсинга, нежно посасывая.

– Демиан, прекрати. Это неправильно. Ужасно. А ещё… – её голос дрогнул, когда я втянул в рот указательный пальчик и стал лизать его интенсивнее.

– Что ещё, красавица? – мы встретились взглядами, теряя нить разговора.

– А ещё… – еле выговорила, сдерживая судорожный стон. – Ещё ты самый плохой человек из всех, кого я знаю. Самый ужасный. Понимаешь?

– Даже хуже Рамси Болтона из «Игры престолов»? – игриво вскинул бровь, плотоядно обсасывая мизинчик блондинки.

– Гораздо хуже! И, кстати, да, у меня уже пару раз возникало желание скормить тебя собакам.

Губы Мии сложились в чувственную улыбку. И зря. Потому что её открытая невинная улыбка вывернула душу наизнанку, выпуская на волю всех демонов. И если пару минут назад мне просто нужно было прикасаться к ней, обнимать, лелеять в стальных оковах рук, то теперь захотелось проверить, насколько сильно она жаждет меня.

Рука вновь легла на заднюю поверхность бедра красавицы, поднимаясь выше. Пальцы накрыли кусочек гладкой обнаженной плоти, и я прорычал.

– Проклятье! На тебе нет белья. Снова! Вот безобразница.

Мия облизнула губу, зажмурившись, когда я проник в её дырочку.

– Такая мокрая и горячая… – стиснул зубы, ощутив, как член распирает от притока крови.

Она давно текла. Уже и сам находился на взводе, мечтая усадить её себе на колени, задрав подол шикарного вечернего платья, и хорошенько оттрахать. Я знал, что в первый раз всё произойдет быстро. Я просто не смогу сдерживать свои разрушительные эмоции. Мы будем заниматься сексом дико и неистово. Как два загнанных зверя. Как два хищника.

– Дем… мне пора, – промурлыкала, сильнее насаживаясь истекающей киской на мои пальцы.

Мия ерзала на скамейке, позволяя мне трахать её розовый бутончик.

– Ты такая узкая и тесная, маленькая – это настоящее блаженство. Я сейчас не удержусь и снова хорошенько вылижу тебя языком…

– Дем, я тебя ненавижу, – хныкала, изгибаясь всем телом, кайфуя от моих пальцев глубоко внутри себя.

– А ты доводишь до сумасшествия! Хотя у меня и так проблемы с головой. – Безжалостно впился пальцами свободной руки в её лицо, заставляя красавицу открыть глаза и заглянуть прямо мне в душу. – А если совсем рехнусь? Что тогда будем делать?

– Мне пора переодеваться на показ! Время уже…

– Не отпущу, пока не кончишь! Забыла разве, как я умею доводить тебя до дрожи? – Резко дернулся, когда маленькая проворная ладошка сжала мой невыносимый стояк через тонкую ткань брюк. – Хочу тебя целиком. Всю тебя. Ощупать каждый миллиметр тела. Без этой долбанной одежды. И не на этой убогой лавке. Хочу трахать тебя столько, сколько вдумается…

В паху пылало огнем, а грудь поднималась и опадала от прерывистого дыхания. Проклятье. Какая же она горячая!

Мия раздвинула ноги шире, позволяя мне играть с её набухшим клитором, в то время как её рука ласково скользила по моему стояку, и я сдерживался из последних сил, чтобы не начать стонать. Мы жадно касались друг друга, словно в предсмертной агонии. Белокурая сирена бормотала что-то нечленораздельное себе под нос, вздыхая и тихонько вскрикивая, зажимая рот ладонью, чтобы нас никто не услышал. Раздвинув складки её нижних губ, стал интенсивнее вводить в лоно пальцы, стараясь как можно глубже буравить её влажную плоть. Мия начала извиваться всем телом, вцепившись в мою руку, когда пальцы переместились на складочки, исследуя их круговыми движениями. А после вновь стал хозяйничать над клитором, не давая этому эрогенному бутону покоя.

– Да, та-ак… Ещё немного… Так приятно… – она закрыла глаза, уткнувшись носом в моё плечо, позволяя мне дышать запахом туалетной воды с нотками клубники и жасмина.

Пара резких интенсивных движений, и красавица задрожала всем телом, впиваясь пальчиками в мой агрегат. Её лицо приняло блаженное выражение, в то время как набухшие складочки продолжали дрожать и сокращаться под моими пальцами.

Мия всхлипывала, позволяя мне и дальше размазывать её влагу по чувствительным лепесткам.

Наконец, достал ладонь и поднес её к губам блондинки. Словно в трансе, девушка стала плавно скользить по моим пальцам своим остреньким язычком.

– Я уже дважды довёл тебя до оргазма. Скоро ты будешь кончать просто от моего взгляда в твою сторону. От прикосновения. От жадного поцелуя. Я буду доводить тебя до дрожи самыми разными способами. – Мия зажмурилась, стыдливо отворачиваясь. Кажется, до неё только сейчас начало доходить, чем мы всё это время занимались. – А ты хочешь увидеть моё лицо в секунду наивысшего наслаждения и в этот момент крепко сжимать меня бёдрами? Чувствовать подрагивания большого горячего члена глубоко внутри себя? Хочешь, маленькая? Ответь мне?! – В воздухе разлилась напряженная тишина. Я продолжил свой сбивчивый бессвязный монолог. – Давай сбежим от всех? – Она нервно крутанула головой, не удостоив меня даже ответом. Развернул её лицо к себе, поежившись от острого взгляда, прожигающего словно лазер. – Молчишь. Но я знаю, что хочешь! Безумно этого желаешь. Настанет день, и ты откроешься! Покажешь свою долбанную нежность и будешь всеми силами стараться меня ублажить. Я знаю это!

Мия поднялась и на трясущихся ногах поплелась к выходу из оранжереи, а я накрыл лицо ладонями и грязно выругался.

Мне предстояло принять крайне важное решение.