Наследник для босса - Ева Маршал

— Меня это не касается, легкомысленно отмахнулась я и вкатилась в кабинет Данилова.

— Здравствуйте, Ярослав Алексеевич! — поздоровалась я бодро и улыбнулась.

— Здравствуйте, Мария Александровна! — откликнулся Данилов, едва скользнув по мне взглядом.

Все его внимание было направлено на монитор. Вроде и ничего такого, человек просто работает, а меня неприятно кольнуло. Решив не придавать значения такой ерунде, приступила к делу, стараясь двигаться тихонько и не отвлекать большого начальника. Знала бы, что он придет с утра пораньше. Сделала бы все заранее.

В какой-то момент поймала отражение Данилова в оконном стекле. Он смотрел прямо на меня. Не отрываясь. Не мигая. Я даже тряпкой шоркать перестала. Застыла как кролик перед удавом. По плечам к затылку побежали мурашки. Внезапно стало жарко и немного закружилась голова. Я прикрыла глаза. И вздрогнула, когда вдруг ощутила его рядом.

— Маша…

От вибрации его голоса внутри все потяжелело. Теплая ладонь легла мне на плечо. Погладила, потянула мягко разворачивая к себе.

— Ярослав Алексеевич! — шепотом возмутилась я.

— Ярослав. Яр… — поправил он меня тоже шепотом: — Я же все вижу, Маш. Не надо меня бояться. Я не обижу.

Он вдруг наклонился и легонько коснулся легким поцелуем моей нижней губы. Голова закружилась еще сильнее. Я едва могла стоять на ватных ногах. Данилов поцеловал еще раз. Я чувствовала себя так, словно стою на тонком льду и вот-вот под ногами разверзнется обжигающая бездна…

Разверзлась не бездна, а гораздо хуже — дверь кабинета широко распахнулась и внутрь влетел Батрухин с кипой каких-то документов. Зам явно не ожидал увидеть нас в такой близости. Он так резко остановился, что выронил какую-то папку. Данилов спокойно без паники и резких движений выпустил меня и неожиданно спросил:

— Ну как твой глаз? Лучше.

— Аа… Ага, — с кратким запозданием я сообразила, что он пытается таким образом нас реабилитировать.

— Ох, Маша-Маша. И нашим, и вашим? — подозрительно продекламировал Батрухин, заставив меня покраснеть.

— Арсений Евгеньевич, прекратите терроризировать персонал, — пресек насмешки Данилов. — Давайте-ка лучше к делу.

Я поспешила оставить их одних. Сердце еще колотилось, низ живота протестующе тянуло. Кажется, мой организм не на шутку взбунтовался. Ни один самец раньше не вызывал во мне подобных ощущений, хотя были у нас статные парни, да как-то не вызывали такого замирания сердца… Елочки! Что же делать?

— Маша! Маш!

Громкий шепот помощницы привлек внимание. Катенька вскочила со своего места и поспешила ко мне.

— Маш, вы реально с Даниловым целовались? Мне не показалось?

Вот что ей ответить, а? Врать снова — тошно. Сказать, что в глаз что-то попало? Пока я многозначительно молчала, мое лицо принимало все оттенки розового.

— А ты молодец. Шустрая. Захомутала самого Босса.

— Никого я не хомутала! — рассердилась я. — Не выдумывай. Он сам интерес проявляет…

— Ага, — скептично скривила Катенька свое хорошенькое личико и тут же горячо затараторила, понизив голос: — Ты не поняла, я только рада. Теперь можно со спокойной душой сказать тете, что Данилов занят. Мы же из-за этого и поругались. Она считает, что я должна его на себе женить. Блин! Да я еще лет семь как не собираюсь замуж. И Данилов мне меня не привлекает. Он старый и строгий. И богатства меня не интересуют, сама всего добьюсь.

— Он не старый, ему едва за тридцать.

— Не старый, но не в моем вкусе.

— Кать, я пойду. Приберусь у Батрухина, пока его нет. А то он теперь не отстанет, начнет подкалывать и издеваться.

— О, да! этот может, — с пониманием согласилась Катенька. — Пойдешь со мной на обед?

— Спасибо, Катюш. Я у себя поем, уже приготовила.

— Ну смотри, как знаешь, — легко согласилась помощница.

Наступила среда. Все только и говорили, что о пятничном корпоративе. Куда бы я ни пошла, разговоры о работе перемежались обсуждением наряда, и прочими планами. Я как раз мыла туалет, когда внутрь заглянула Катенька и заперлась.

— Маша, мне нужно с тобой поговорить.

— Так серьезно? Что-то мне даже не по себе, — я отложила в сторону ершик, которым драила белых друзей.

— Серьезнее некуда! Ты скажи, ты уже знаешь, в чем пойдешь. Какой костюм наденешь и тэ пэ?

— Да я как-то не думала… Что-нибудь надену.

— Ты с ума сошла? Ой, Машка! Это же целый ритуал. Вот, к примеру, ты платье выбрала? А туфли к нему? А маску? А белье?

— Белье? — недоуменно переспросила я.

— Ну конечно! Вот, к примеру, напялишь ты труселя-недельки. А Данилов хоп! А у тебя там — ыыы!

Катенька была перевозбуждена и отчаянно жестикулировала у меня перед носом, лицом изображая все, что говорит.

— Ничего не хоп! — возмутилась я. — Еще чего!

— Даже если никто не увидит, что у тебя под платьем, все равно женщина чувствует себя намного увереннее, когда на ней красивое белье. Это научно доказано! — Катенька нравоучительно подняла вверх указательный палец и добавила, наморщив хорошенький лобик. — Кажется… Так что мотай на ус, я плохого не посоветую.

Она на миг замолчала, чтобы набрать в грудь побольше воздуха и

— Короче, завтра ничего не планируй, сделаем тебе шикарный маникюр вечерком. И что-нибудь с прической придумаем. Есть у меня одна идейка.