Красная линия - Сола Рэйн

– Пахнет вкусно, – раздался приглушенный голос Эша за спиной.

– Обед почти готов, Здоровяк, – улыбнулась я, нарезая кружочками огурец. – Все как положено: много белка и никакого глютена…

– Нет-нет-нет… Черт!

Раздался грохот.

Я повернула голову и заметила на полу груду коробок разных форм и размеров, а также несколько больших пакетов. Эш обреченно вздохнул, усаживаясь прямо на пол, и принялся разгребать картонную свалку.

Сегодня многомиллионное тело хоккеиста было упаковано в розовую футболку с разноцветным пончиковым принтом и в серые штаны-джоггеры от известного японского бренда. На ногах оранжевые сланцы, а на голове – спортивная повязка со знаменитой галочкой посередине.

Чертов модник!

Я отложила нож, вытерла руки кухонным полотенцем и уселась рядом с Эшем на теплом полу, с любопытством разглядывая коробки. Курьеры в этот дом приезжали почти каждый день, но так много коробок одновременно привозили лишь однажды, на день рождения Эша.

– Что смотришь? Подключайся, – проворчал Здоровяк, поднимая первую крышку.

Под ней, в колыбели из белой бумажной стружки, лежал набор спортивных кремов, гелей и мазей. Эш отложил в сторону первую коробку и принялся за следующую.

– О, а это тебе.

Он протянул мне раскрытую коробку, и я вытащила из нее новенькие трехцветные кроссовки от «Puma».

– Странно, – взволнованно ответила я, разглядывая красивую обувь. – Размер мой, но я ничего такого не заказывала… Должно быть, это какая-то ошибка. Такие вещи мне не по карману. Они, наверняка, стоят целое состояние…

– Они не стоили нам ни цента, – отмахнулся Эш и, заметив мое замешательство, закатил глаза. – Микки, мы с Дэйвом ходячие билборды. Поэтому нам ежедневно присылают кучу всякого дерьма. Кое-что из этого мы рекламируем в инстаграме, разумеется, не бесплатно, кое-что просто напяливаем на себя, выходя из дома, – и этого уже достаточно, чтобы какой-нибудь фанат побежал в магазин за такой же вещью. Когда бренды хотят прислать нам свою продукцию, мы обычно отправляем им свои размеры. Ну, если это одежда или обувь. Вчера мы с Дэйвом решили пройтись по нашим заказчикам рекламы и отправить им твои размеры. Так что, скорее всего, бо́льшая часть этих коробок принадлежит тебе, наша маленькая заноза в заднице.

Мои глаза моментально увлажнились.

– Эй, ты что, собралась плакать? Иди сюда, – Эш широко улыбнулся и раскрыл для меня свои медвежьи объятия.

Я кивнула, а затем резко сократила дистанцию между нами и крепко обняла его за шею. Он прижимал меня к себе, нежно поглаживая по спине, пока я рассеянно бормотала ему на ухо слова благодарности.

– Ты самый лучший.

– Не забудь еще упомянуть мою невероятную красоту и глубину прекрасных глаз, – поддел он меня.

– Неужели я так часто говорю об этом? – притворно ахнула я.

– Каждый божий день, конфетка!

– Черт, но ты действительно очень красивый!

Эш застонал.

– А глубина твоих глаз…

– Заткнись, Микки! – рассмеялся Здоровяк, усаживая меня рядом с собой. – Давай посмотрим, что у нас тут еще есть.

Под следующей маленькой крышкой оказались спортивные часы. К счастью, мужские. Такой дорогой подарок я бы точно не смогла принять. Я притянула к нашим ногами самую большую коробку и возбужденно потерла руки.

– Как думаешь, что там?

– Наверное, спортивный костюм, – пожал плечами Эш.

Я подняла крышку, и мои глаза расширились от удивления.

Это была аккуратно уложенная, белоснежная кружевная ткань, на которой красной губной помадой было написано: «Следующая».

Лицо Эша помрачнело.

– Это свадебное платье? – тихо спросила я.

– Похоже на то.

– От бывшей жены?

Я читала в интернете биографию Эша Сандерса и была в курсе, что к своим двадцати пяти годам он уже сменил четырех жен. Каждая свадьба проходила в Вегасе, отсюда и его прозвище. Первая жена была ангелом Виктории Сикрет, вторая – теннисисткой, третья – тоже известной моделью, а четвертая – дочерью конгрессмена от штата Теннесси.

С последней они, кажется, даже обменялись какими-то романтичными татуировками.

– Ага.

– От четвертой?

– Думаю, да, – продолжая хмуриться, ответил Эш.

– Ты до сих пор ее любишь? – осторожно спросила я.

Здоровяк на минуту задумался, потирая пальцем левую бровь.

– Не думаю, что когда-то вообще ее любил, Микки, – нервно рассмеялся он. – Не думаю, что по-настоящему любил хоть одну из своих бывших жен.

Я непонимающе уставилась на него.

– Тогда, зачем…

– Зачем женюсь? – горько усмехнулся Эш. – Да хрен его знает, конфетка. Я просто влюбчивый идиот. Каждый раз, когда вижу какую-нибудь красотку, мне кажется, что она – та самая, понимаешь?