Сага о погасшем солнце - Регина Птица

Сэйд поморщился.

— Эта сказка не нова, — сказал он.

— Правда? — Сайпфер улыбнулся. — Ты уже слышал её?

— Да, — нехотя ответил Сэйд. — Мне… рассказывал её первый господин. Только, что с того? Людей слишком мало, и они слишком слабы. Власть варлоков нерушима. И мне всё равно, кто из них виноват, а кто прав. Кто был мышью, а кто котом. Прости меня, мастер, но всё, что меня волнует — это моя свобода и жизнь Арианы.

— Так было всегда, — улыбка Сайпфера стала грустной. — И именно поэтому над миром властвует мрак.

— Ты упрекаешь меня в том, что я не сочувствую миру, который ни разу не был добр ко мне?

— Я ни в чём не упрекаю. У меня нет такой привычки. А то, что я сказал — ты не услышал, мальчик. Но ты поймёшь. Я уверен, — что поймёшь. Тем более, что не пройдёт и нескольких дней, как тебе понадобятся новые кристаллы — и ты снова явишься ко мне. А теперь дай покажу, как их активировать, и как отозвать иллюзии.

Разговор вызвал у Сэйда смутную тревогу, понять смысл которой он, как ни старался, не мог. Однако Сайпфер быстро отвлёк его практикой и помимо того, как использовать артефакты, показал ещё несколько вещей, которые, по его словам, умел каждый малец — научил высекать из пальца огонь и заставлять собственное тело стягивать края царапин.

— Почему не покажешь мне, как вызвать свет? — спросил Сэйд, когда занятие подходило к концу. — Ариана говорит, что умеет это с трёх лет.

— Ариана — умеет. А у тебя не получится. Хватит, — прервал Сайпфер едва начавшиеся расспросы, — хочешь ещё сказок — приходи завтра. Я пол дня делал для тебя кристаллы. Теперь мне нужно отдохнуть.

Однако назавтра Сэйд не пришёл. Весь остаток дня он экспериментировал с артефактами, которые дал ему мастер. Призывал призраков диких зверей и хищных растений и учился отбиваться от них. Он ожидал, что без Арианы это будет скучно, но на деле ни разу за всю тренировку не вспомнил о том, что делает это по приказу. На ночь он не вернулся ни в бараки, ни в башню наследницы — первое место напоминало ему о его плачевном положении, а во втором без Арианы он чувствовал себя чужим. Сэйд заночевал прямо на поляне и только проснувшись от голода, вспомнил, что надо бы позаботиться о еде. Пришлось всё-таки вернуться в барак для рабов и, стараясь не попадаться на глаза надсмотрщикам, стащить в столовой немного хлеба. Отламывая от батона большие куски, он уже по дороге запихивал их в рот, а едва вернувшись на пустырь, снова погрузился в тренировки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Так прошло ещё два дня, а на третий Сэйд проснулся уже не от голода, а от того, что почувствовал прикосновение чьей-то руки к щеке.

Сэйд вздрогнул, не сразу сообразив, где находится, и кто может его трогать. А потом услышал негромкое:

— Тшшш…

Открыв глаза, Сэйд увидел, что Ариана, всё ещё перемотанная тугой повязкой, сидит над ним и едва заметно улыбается. В глазах её светился мягкий незнакомый свет.

— Привет… — пробормотал Сэйд.

Ариана не шевельнулась, и Сэйд позволил себе маленькую шалость — поймал руку, гладившую его по щеке, и поднёс пальцы наследницы к губам.

Улыбка Арианы стала чуточку шире.

— Я принесла пирожки, — свободной рукой она приподняла над землёй корзинку. — И думаю, мне пора начинать тренироваться вместе с тобой.

В первый день ничего особенно хорошего у неё из тренировок не получилось, потому что резкие движения отзывались болью в груди. Но магические атаки не создавали дискомфорта, а поскольку Сэйд всё равно отказывался от спарринга, они довольно быстро приноровились в паре сражаться с призраками, которые жили в кристаллах Сайпфера. Для двоих, из которых одна занималась с самого детства, они оказались слишком лёгкими противниками и вскоре пришлось идти к Сайпферу за новыми.

Так продолжалось изо дня в день. Ночевал Сэйд в башне Арианы, которая теперь оказалась без прислуги — разозлившись на Йена, Ариана велела ему не показываться на глаза, и тот пока что не появлялся, хотя Сэйд и видел, что Йен частенько наблюдает за башней из-за угла. Нариана время от времени наведывалась к наследнице, пытаясь задобрить подарками, но по большей части попросту не заставала её дома — тренировались они с утра до ночи, так что вечером засыпали, не успев даже поговорить.

Тренировки заставляли Сэйда чувствовать себя непривычно, забывать о том, что разделяет их с Арианой. Напротив, независимо от статуса, ему всё более казалось, что в бою они становятся единым существом. И то, что Ариана и чёрные скалы, и небо, с которого светило усталое жёлтое солнце, всё чаще приходили ему во снах, ничуть его не удивляло — потому что целый день он не расставался с госпожой ни на секунду. Не удивляло и Ариану, что она всё чаще видит во сне Сэйда. А однажды, просыпаясь, на грани сна и яви, она даже помнила, что ночью называла его странным, но болезненно родным именем — Эрредер. Впрочем, стоило Ариане открыть глаза и увидеть рядом настоящего Сэйда, она тут же об этом забыла.

Обедали они на пустыре, и эти недолгие полчаса составляли всё время для разговоров. Однажды в такой перерыв Ариана сказала:

— До Испытания осталось меньше недели. Боишься?

Сама она слегка нервничала, хоть и давно готовилась к тому, что ей предстояло.

Сэйд качнул головой.

— Жалею, — вдруг сказал он.

Ариана в удивлении приподняла бровь. Едва заметная улыбка показалась у Сэйда на губах.

— Мне так и не довелось побыть твоим постельным рабом.

Брови Арианы поползли ещё дальше вверх.

— А ты бы хотел? — тоже начиная улыбаться, спросила она.

— Если не сейчас, то когда ещё?

Ариана хмыкнула. Сэйд был прав. Хоть подготовка и требовала огромных усилий, она знала, что после Испытания станет ещё тяжелей. Нужно будет собирать дружину, а затем выходить в поход, и что ждёт их за стенами города, не знает вовсе никто.

Ариана потянулась к Сэйду и коснулась его губ поцелуем.

— Сегодня, когда вернёмся в башню, будешь ждать меня на коленях, как постельный раб, — прошептала Ариана ему в губы. — Понял меня?

— Да, госпожа… — знакомая хитрая улыбка заиграла у Сэйда на губах.

Ариане нравилось смотреть на обнажённое тело Сэйда, на его разведённые в стороны колени, на затвердевший член — в кольце или без кольца. Нравилось ощущение власти, понимание того, что Сэйд целиком и полностью находится в её руках.