Его сумасшедшая девушка - Катрин Корр

Наши имена заносят в список недобросовестных игроков и просят больше сюда не возвращаться. Оказывается, такой существует.

– Иди первая, – говорит мне Максим затвердевшим, как камень, голосом, когда из раздевалки выходит Лола.

– Я не буду переодеваться. Подожду тебя на улице.

– Как хочешь. Тогда поехали.

Когда мы выходим из вагончика, Артем поднимает вверх руки и с улыбкой кричит:

– «Грозные» – победители! «Грозные» – победители!

Я аплодирую, Илья свистит, а Света, бедняжка, стоит возле машины Виолетты с виноватым выражением лица. Всю дорогу сейчас будет слушать «добрые» песни в мой адрес.

– Макс, у тебя самая крутая девушка на свете! – хлопает его по плечу Артем. – Завидую, друг.

На лице Максима так и застывает выражение «Иди к черту».

– И чему тут завидовать? – прыскает его сестра, бросив в машину спортивную сумку с вещами. Оля, опустившая руки на крышу седана, усмехается. – Сплошная головная боль.

– Эй, девчонки? – обращается к ним Виолетта. – Не хотите ли поболтать и выпить кофе где-нибудь? Думаю, у нас много общего.

– С радостью! – восклицает Оля.

– Боже мой, – усмехаюсь я. – Только что сформировался Бабский Совет. До завтра, девочки! – машу я им с фальшивой улыбкой. – Надеюсь, играть со мной в боулинг вам понравится не меньше, чем в пейнтбол!

Артем и Илья разражаются громким смехом. Максим бросает сумку с нашими вещами на заднее сиденье. Пожав руки друзьям, он молча кивает мне, мол садись, пора ехать.

– Это была отличная игра, Азалия, – говорит мне Артем на прощание. – И, кстати, ты выиграла спор. Так держать!

Растягиваюсь в довольной улыбке и подмигиваю ему, потому что я действительно радуюсь выигрышу. Вдруг замечаю на себе недовольный взгляд Максима. Опустив солнцезащитные очки на глаза, он садится в машину.

– До завтра!

– Пока, пока, Азалия!

Пристегиваю ремень безопасности и машу друзьям Максима в ответ. Такое чувство, что моя спина размером с обеденный стол. Боль пульсирует, кожа горит, а по мышцам будто каток проехался.

– Судя по твоей довольной физиономии, игра тебе очень понравилась, – комментирует Максим, не сводя глаз с дороги.

– А как иначе? – улыбаюсь я. – Столько зайцев убила. Но, главное, уделала тебя.

Максим фыркает.

– Что такое? Не привык проигрывать?

– Что с тобой не так? – бросает он резкий взгляд на меня. – Твоя подружка ненавидит тебя и потому позвала твоего бывшего, который, кстати, тоже тебя не переносит! Ты смеешься, веселишься, флиртуешь с моим другом, который, спешу напомнить, верит, что у нас серьезные отношения!

– Я флиртую с твоим другом? Это когда я успела?

– Обалдеть! Ты даже не замечаешь, как любезничаешь с мужиками.

– Максим, в чем дело? – оглядываю я его.

– В том, что ты выясняешь отношения со своим бывшим на глазах у Артема…Оли и всех остальных, а они должны думать, что у нас всё серьезно! – повышает он голос.

– Я отношения ни с кем не выясняла! Если бы ты был хоть чуточку внимательнее, то не позволил бы ему вообще ко мне приближаться! Он прилип ко мне, как банный лист, а где был ты? О! Ты просто шагал впереди, давая наставления своим «Воинам»! Дима зацепил меня, я ответила!

– Я должен быть повнимательнее?! Позволь тебе ещё раз напомнить, что деньги за эту «внимательность» плачу я! Что тебе мешало подойти ко мне, взять за руку и идти рядом, чтобы твой Дима не посмел приблизиться?! Но нет! Тебе же проще хамить, нападать, обзываться, чем сделать то, что предполагает тишину, спокойствие и полное отсутствие вражды!

– Я тебе что, собака, чтобы команду «Рядом» выполнять?!

– Ты – питбуль в вязаных носочках!

– Что ты сказал?! – ахаю я.

– К врачу сходи, пусть тебе уши почистит! Знаешь, а ведь причина твоего одиночества не в том, что ТЫ этого хочешь! Это с тобой никто не хочет быть, ведь выносить тебя – то ещё наказание! Ты даже за деньги не можешь быть паинькой, а что уж говорить о «бесплатном доступе»?!

– Не моя проблема, что бедные и несчастные мужичонки лишены твердого характера и храбрости! Привыкли, что мамочки подносят им всё на блюдечке, а потом самостоятельно сообразить не могут, как подойти к девушке и просто взять её за руку, вместо того, чтобы попусту трындеть!

– Я взял тебя за руку!

– О, да! Затащил меня в тараканью щель под названием «Раздевалка»! Боже мой! Вот это подвиг!

– А что сделала ты?! Поругалась с подругой, вывела из себя бывшего, за что и получила, а потом строила глазки моему другу! И где здесь я, объясни?!

– Что ты привязался?! Не строила я никому и никакие глазки! Просто тебя бесит, что мужчины в твоем окружении легко сходятся со мной в отличие от тебя!

Градус нашей злобы друг на друга достигает критического уровня. Когда Максим повышает голос, на его шее вздувается широкая вена, а у меня такая же появляется по центру лба. Это у меня от папы.

Максим жмет на тормоз и съезжает с широкой дороги. Я уже думаю, что он собирается вышвырнуть меня из машины и оставить здесь на трассе, но автомобиль с заносом сворачивает на узкую гравийную дорогу несется вперед, оставляя позади беспросветный туман из пыли. Когда Максим выжимает тормоз, мое тело устремляется вперед. Если бы не ремень безопасности, я бы точно сломала свой нос.