Бархатистые прикосновения - Зара Деверо

— Я не желаю ничего объяснять, — с вызовомдобавила она, усаживаясь поудобнее на сиденье. — Нам лучше вернуться налодочную станцию. Мне еще нужно собрать чемоданы.

Они молча поплыли вдоль берега в обратном направлении, времяот времени встречая своих однокурсников, тоже решивших провести этот чудесныйдень на реке. Тени стали длиннее, мелодичный перезвон колоколов с островерхихшпилей соборов придавал лиловым сумеркам особое очарование. Пришвартовав лодкук причалу под мостом Магдалены, молодые люди не спеша пошли через ботаническийсад к Главной улице. Как всегда в это время суток, она была шумной иоживленной. Но сегодня воздух ее был пропитан особым возбуждением: для многихстудентов, как и для Карен, это был не только конец учебного года, но изавершение целой эпохи в их жизни.

Ей все еще не верилось, что пролетели четыре года учебы вэлитном университете, за время которой она обрела глубокие познания в истории,искусстве, английском и латинском языках. Диплом давал ей возможность получитьхорошую должность в солидной компании. Но она приняла предложение Тони исогласилась работать его помощницей в усадьбе Блэквуд-Тауэрс.

Прохладный ветерок приятно освежал ей горячую промежность.Прощаясь, Джереми обнял Карен и крепко, по-хозяйски сжал рукой ее ягодицу.

— Ты будешь мне писать? — спросил он, похотливоулыбаясь, что ей тоже не понравилось, как и его вольное обращение с ее задом.

— Да, — солгала она. — Счастливых тебе летнихканикул, Джереми. И счастья! — Карен по-дружески похлопала его ладонью пощеке, не вкладывая в этот жест никакого скрытого чувства.

Он сжал ее запястье и попытался удержать. Карен выдернуларуку и поспешно ушла в общежитие. Консьерж Джим выглянул из каморки и окликнулее:

— Мисс Хейуорд! Вам письмо!

Он с добродушной улыбкой протянул ей конверт. Всегдалюбезный и бодрый, Джим излучал оптимизм в любой ситуации, невзирая на причудыпогоды и шалости студентов.

— Благодарю, — сказала Карен и подумала, что будетскучать по этому немолодому человеку с приветливым лицом.

— Уезжаете, мисс? — спросил он, хмыкнув в моржовыеусы и вскинув кустистые брови. Ему явно хотелось поговорить.

— Да, завтра утром.

Она легко взбежала по винтовой лестнице, ведущей вквартирку, которую она делила с Алисон Грей, выпускницей этого же года. Вотличие от Карен она собиралась на стажировку в Бостон.

За окном виднелись приземистые жилые корпуса, где напротяжении пяти столетий обитали студенты. Длительное время женщин не допускалив этот храм науки, обучение в нем было привилегией мужчин. Карен предстоялопровести в этих старинных стенах последнюю ночь. Ей стало грустно. Она не былауверена в будущем, хотя и старалась скрыть это от Джереми. Скинув сандалии, онабосиком прошла на кухню и, включив газовую колонку, чтобы нагреть воды длякофе, распечатала письмо.

«Дорогая Карен! Я с нетерпением жду твоего приезда вБлэквуд-Тауэрс. Порткомб тебе понравится: это мили пляжей, прекрасные морскиевиды, живописные берега. Библиотека в замке в полнейшем беспорядке. Без твоейпомощи мне не обойтись. Прежний маркиз не уделял своим книгам внимания,интересовался лишь сельским хозяйством. Но нынешний владелец усадьбы, лордМэллори Бернет, совершенно иной человек. Он хочет, чтобы мы с тобой привелибиблиотеку в Божеский вид. Работы здесь хватит на многие годы. Буду встречатьтебя в половине третьего 20-го числа на станции Экзетер, на второй платформе.Твой. Тони».

Значит, уже завтра она будет на месте, подумала Карен,складывая письмо вдвое и пряча его в конверт. Тони, ее старый друг и наставник,был уже не молод. Но именно с ним она впервые испытала оргазм. Любопытно,почему он так и не женился до сорока с лишним лет? Воспоминания о ласках Тонивызвали у нее приятное томление в промежности. Клитор тоже вспомнил его ласки,длинные пальцы, умелый язык и нежные губы. Тони доводил ими Карен доисступления, она даже потеряла сознание, впервые кончив с ним. Очнувшись, онапопросила его немедленно повторить то, что он с ней проделал. И он повторил. Вту ночь Карен испытала оргазм девять раз, и этот рекорд с тех пор так и не былею побит.

Она вскипятила воду и сделала себе кофе. Почти все веща былиуложены, и Карен решила просто отдохнуть и собраться с мыслями. Книги оназаблаговременно отправила домой в Уимблдон. Отец ее совершал деловую поездку поАмерике: читал лекции в университетах. Мама сопровождала его. Родителистарались не разлучаться надолго. Прожив вместе почти четверть века, они всееще были влюблены друг в друга, чему Карен искренне удивлялась.

Карен появилась на свет благодаря случайности — заводитьдетей родители не собирались. С единственной дочерью они были ласковы, но сраннего детства она чувствовала себя обузой для них и росла в мире фантазий.

Обделенная родительским вниманием, Карен пристрастилась кчтению, увлеклась историей и литературой. Училась она в престижном интернате,что усугубило ее замкнутость и закрепило в ней ощущение своей ненужности отцу иматери. Они даже не сочли нужным проведать ее в Лондоне после завершения учебыв университете. Поездка в Америку им показалась важнее.

Карен поставила чашку на стол и пошла в спальнюпереодеваться. Раздевшись догола, она кинула перепачканную юбку в корзину длягрязного «белья и босиком пошла в ванную принимать душ.

Тугие струйки приятно покалывали кожу и стекали по ееплечам, животу и ногам. Карен намылилась, с наслаждением вдыхая аромат шампуняи лаская себя руками. Соски грудей моментально встали торчком от ее нежныхприкосновений, пузырьки мыльной пены щекотали лобок и набухшие наружные половыегубы.

Ополоснувшись, она укуталась в белое махровое полотенце и,вернувшись, оглядела комнату, в которой провела не один месяц: низкий потолок,черные перекладины, ситцевые занавесочки, бледно-голубой ковер на полу. Ей быложаль покидать этот обжитой уголок, но расставание с ним знаменовало новый этапв ее жизни, новые знакомства и встречи, новые возможности. Она чувствовала себякак боевой конь, рвущийся в сражение.

Она скинула полотенце и взглянула на свое отражение вбольшом зеркале на стене. Тело у нее было стройное и пропорционально развитое.При довольно высоком росте Карен оставалась изящной, о чем свидетельствовали ееплоский животик, высокая грудь и тонкая талия. Она погладила себя по бедрам иулыбнулась: это было тело распутницы, напрочь лишенной скромности и моральныхпринципов: Оно обожало ласку и готово было отдаться любому, кто мог доставитьему удовольствие. Особенно ненасытен был ее клитор — ключ к экстазу,единственный орган, созданный для наслаждения.

Может быть, он дарован женщине в качестве компенсации за ееродовые муки? Тогда это вполне оправданно и разумно, поскольку влагалищепредназначено для выхода из лона маленького человечка и не может бытьэпицентром оргазма.

Она погладила себя по лобку и нажала пальцем начувствительный бугорок в его основании. Промежность содрогнулась от волныудовольствия, пробежавшей по ней, словно электрический ток. Соски покраснели изадрожали. Карен заставила себя прекратить эксперимент и стала натиратьсялосьоном и припудривать тальком интимные места. Побрызгав из баллончика сдезодорантом на подмышечные впадины, она освежилась духами «Касмир», завершивэтим свой туалет.