Дерзкий - Мария Зайцева

А я еще и ведусь.

Праздник просто!

— Отпусти!

Я подхожу близко, задираю голову, разглядывая небритую нахальную рожу Костяна. Тоже красивый парень. Они все в этой компании, как на подбор. И зачем так странно самоутверждаются? Щенята…

— Конечно отпущу, — неожиданно покладисто соглашается Костян, — только попробую…

И наклоняется к Лоле, целует ее в губы.

Соседка пищит, сопротивляется, парни вокруг свистят одобрительно и ржут, глумливо поглядывая на меня. Типа, ну что делать будешь, задохлик? Это же так весело, унизить парня на глазах девушки! Так забавно!

И почему-то меня эта ситуация выносит. Я могу просто уйти. Кто мне Лола? Никто. И что, в конце концов, с ней такого будет дальше? Да ничего. Потискают и отпустят.

Ну перестанем мы после этого общаться. Ну закрепится за мной слава труса и бегуна… Не плевать ли?

Не плевать, очевидно.

Потому что я делаю еще шаг и резко перехватываю здоровенную ладонь Костяна, выворачивая ее нужным образом. Беря на болевой.

На самом деле, это так просто, когда знаешь, куда жать, как крутить и как держать.

Силы не надо. Совсем.

Понятное дело, что долго такого мамонта я не удержу, но этого и не требуется.

Костян воет, отпускает Лолу, тут же отпрыгивающую от него пару шагов и натыкающуюся на только подошедшего еще одного участника утренних событий. На хищника.

Он аккуратно отставляет ее в сторону, окидывает взглядом композицию.

Удивленно поднимает бровь.

Ну да, есть, чему удивляться.

Парни стоят в изумлении, Костян воет, выгнув ладонь в неестественной позе, а рядом я. Держу Костяна.

— Отпусти его, — командует хищник, оценивающе глядя на меня.

Ну, я не Костян, слова сразу понимаю. И отпускаю.

Мамонт отпрыгивает, шипит, потирая запястье, а потом глаза его наливаются дурной краснотой:

— Ах ты, твааарь!!!

Я разворачиваюсь, привычно опускаю руки, напрягая и чуть сгибая ноги.

Большой шкаф. Должен упасть громко.

— Костян, завали.

Резкий жесткий окрик. И Костян… Подчиняется. Это очень забавно выглядит: только что несся на меня локомотивом, готов был в пыль растоптать, а тут прям словно на стену натолкнулся.

— Гаденыш, тварь мелкая…

— Костян!

Остальные тупо молчат, пялятся на меня, на своего приятеля, на хищника, лениво изучающего меня. И вот есть четкое ощущение, что он меня просчитал. И позу мою, нарочито небрежную, и выражение лица. И руки опущенные.

Ох, как мне все это не нравится!

Ну надо же так напороться в первый же день учебы!

Главное, чтоб Зуб не узнал, а то ведь точно к батарее прикует…

Не могу я без шума, ну вот никак не получается.

Ничего же не делаю для привлечения внимания, вообще!

А оно само… привлекается!

— Полурослик, а ты у кого тренируешься? — задает вполне закономерный вопрос хищник.

— Ни у кого. Это случайно все получилось, — бурчу, пряча глаза и отступая в сторону.

— Ну да, ну да…

Больше не собираясь участвовать в дискуссии, разворачиваюсь и топаю прочь с места событий.

Ощущая на себе пристальный изучающий хищный взгляд…

Ох, черт…

— Спасибо! Сенечка! Арсик! Спасибо тебе!

Лола догоняет меня, не стесняясь окружающих, словно и не заметивших недавних событий, обнимает, целует куда-то в шею, щекотно и мокро.

— Спасибо! Ты — настоящий! Понимаешь?

Я пытаюсь вывернуться в панике и смущении, но соседка, цепкая, как клещ, не отпускает. Виснет на мне, благодарит, чуть ли не со слезами, словно я что-то нереальное делаю, а не веду себя, как обычный парень, в присутствии которого обижают девушку.

— Ну хватит, ладно тебе… Я ничего такого…

— Нет! Ты — настоящий герой! Ты их не испугался! Спасибо!

И тут она целует меня в губы. Долгим горячим поцелуем.

А я до такой степени офигеваю, что даже не уклоняюсь.

Вокруг опять толпа, улюлюкают, хлопают…

И на глазах у них отпихивать девчонку… Ну как-то глупо.

В итоге она отлипает сама, блестит глазками, вытирает интимным жестом мои губы от помады.

Я поднимаю взгляд и натыкаюсь на компашку придурков. Они никуда не ушли, тоже смотрят шоу.

Костян злобно бубнит что-то себе под нос, машинально потирая запястье. Блин, как баба, честное слово.

Его приятели разглядывают нас не улыбаясь, но и без напряга.

Хищник смотрит хмуро и спокойно. Переводит взгляд на Лолу, потом опять на меня, отслеживает, как она губы вытирает, усмехается.

А затем подмигивает мне и уходит.

Следом за ним, в фарватере, топают его друзья.

А мы идем в противоположную сторону, на очередную пару.

Вся эта тупая ситуация не занимает и пяти минут.

А вот икаться мне, чувствую, будет долго.

Зубовный скрежет

Ржавое корыто, которое Зуб почему-то считает машиной, я замечаю не сразу.

Куча впечатлений от первого учебного дня, да к тому же еще и в библиотеку забежать пришлось. Я, правда, не понимаю, зачем в век повальной дистанционки и интернет-обучения еще и по книгам учиться, но, как оказалось, тут все по старинке. По крайней мере, у некоторых преподов.

Короче говоря, учебников набирается штук пять, и тащу я их в руках, потому что в рюкзак не лезут.

Лола взволнованно щебечет рядом, она, кажется, на полном серьезе решила, что я — ее герой и ее парень. Ну, тут, как бы, облом тебе будет, кудряшка.

Я иду, мрачно продумывая пути отхода, потому что надо как-то от нее отвязываться. Не конкретно сейчас, а вообще, в перспективе.

Мне лишнее внимание ни к чему, хожу себе, учусь, никого не трогаю.

А тут, со способностями Лолы влипать в неприятности, да помноженными на мою постоянную идиотскую карму…

Впору к Зубу в плен проситься самостоятельно. Хотя… Я и так у него в плену, можно сказать. В вынужденном. Которому не рады ни тюремщик, ни пленный.

И когда эта вся фигня прекратится, когда я уже нормальной жизнью смогу зажить… А вот черт его знает…

Впрочем, мою прежнюю жизнь тоже сложновато нормальной назвать, так что нечего бухтеть.

— Ладно, Лола, я дальше сам, — обрываю я щебетание блондиночки и топаю в сторону остановки трамвая.