Девочка-маскара - Оливия Янс

– Вот тебе, хуеброд!!!

Хотелось орать, швырять по сторонам вещи, убивать!

Упала на кровать и зажала голову между колен, в висках пульсировало, вены давило. Думай… Так я не помогу себе. Нужно подыграть ему, это единственный мой шанс. Войти в доверие, тогда он расслабиться, а я смогу удрать. Не впервой уже. Из дома я сбегала регулярно, и мама этого ни разу не заметила. Но смогу ли… я даже близко не сестра, ни на йоту. Зато я мастерски довожу людей до белого каления. Сам попросит меня уйти, да что там, умолять станет. Я ему не одна из его бабочек-шалашовок!

Я побродила по комнате и в конце концов рухнула в кровать, напоследок потыкав средним пальцем во все углы.

Проснулась рано утром от жуткого голода. Желудок вопил. Я натянула свои рваные джинсы и кислотного цвета розовую майку, неравномерно вытянутую. Обула пыльные сланцы, которые Энджел схватил на пороге, когда выносил меня кверху задом. Шлепая по белой отполированной плитке пошла в кухню. Притормозила у входа, когда услышала несколько мужских голосов. Помялась, ведь даже не удосужилась причесаться с утра.

– Заходи уже, – голос Энджела был чистым, громким. Наверняка этот гавнюк еще и поет прекрасно.

Я глубоко вдохнула и быстрой размашистой походкой влетела в комнату. Мельком сосчитала его гостей. Двое незнакомых мужчин – блондин и брюнет, высоченных как баскетболисты, со свирепым взглядом, словно они только что вынырнули из преисподней. Я отогнала эти мысли. Не забоюсь! А если и так, то ни за что не подам виду!

Плюхнулась в свободное кресло за столом. Тетка, к которой я по ошибке вчера зарулила, поздоровалась и поставила передо мной чистую тарелку, предлагая еду. Я, не обращая внимания на ее болтовню, накидала в тарелку нарезку из сыра, пастромы и овощей. Рядом бросила круассан.

– Кофе с молоком и сахаром. Молоко подогреть, – я им не одна из тех баб, которых необузданные мужланы крадут в женских романах, а те ходят на цыпочках, дрожа и выполняя все их прихоти.

Собрала огромный сэндвич и набила рот, только после этого подняв глаза. Почувствовала, как по губам потек майонез, облизнулась, глядя на Энджела и снова откусила смачный кусок. Его глаза становились все больше. На двоих чертей я вовсе не обращала внимания, но краем глаза видела, как брюнет улыбнулся, затем встал. Наверное, он и есть Фил, торговец женщинами, про которого рассказывала Тася. Я немного напряглась. Показательно взяла нож с салфетки, повертела перед глазами, проверила достаточно ли заточен. Я умею пользоваться ножами, и у них есть все шансы проверить это.

– А ты повзрослела… но с прежней прической мне нравилась больше, – вряд ли за пять минут, что я здесь, он догадался, что я не Тася. Я продолжила жевать, опустив взгляд. – Развлекайтесь… – сказал на прощание брюнет и пожал руку Энджела. У него были потрясающие голубые глаза и улыбка как у чеширского кота. За ним поднялся блондин, до боли похожий на Демида. Он не был столь жизнерадостным как его друг.

– Даже не сомневайся, Фил, уж мы повеселимся. Ос, до связи…

Энджел смотрел на меня не отрываясь. Я спокойно доела свой сэндвич. Рядом опустилось кофе. Облизнув пальцы, я сделала глоток.

– Твоя служанка вкусно готовит.

Энджел нахмурился, но улыбка не пропала с его лица. Такое ощущение, что он раскусил меня и теперь собирался вывести на чистую воду.

– Во-первых, она не служанка.

– Ооо, как все серьезно. Наверное, эта женщина давно в твоем доме. Она олицетворение тепла и уюта. Заботиться о тебе и вкусно готовит. Возможно, даже заменила тебе мать. Я права? – ведь так бывает в женских романах? Героиней одного из них я себя и ощущала. Правда у автора был дерьмовый вкус на мужиков.

– Я служил с ее мужем, в Осетии. Он был моим командиром и не раз выручал. Его убили, – пояснил он спокойно.

– Надо же, так я угадала. И чем же ты ее отблагодарил? Тем что она драит за тобой посуду и меняет твои простыни? – он откинулся на стуле и сложил руки на груди.

– Ты лесбиянка? – Энджел слегка прищурился и подался вперед, облокотившись на локти.

– Что?!

– Я задал вопрос. Отвечай.

– Не собираюсь.

– Я прав…

– Думаешь каждая течет при виде тебя? Кем ты себя возомнил!

– Фу, какая пахабщина. Но в целом ты права. Обычно при виде меня и моих друзей женская половина становится немногословной и уж тем более не начинает жрать, словно голодный гоблен.

– «Ты не ты, когда голоден», слыхал? И кстати, ты не так уж и хорош… в смысле ты мерзок!

– Ты не ответила на вопрос.

– И не собираюсь! – я отодвинулась, демонстративно отпихнув кружку. Она со звоном перевернулась. Твою мать! Я явно переборщила. Недопитый кофе образовал черную лужу. Та медленно капала с края стола на белую плитку. Энджел не обратил на это никакого внимания.

– У тебя был секс с женщинами? – он схватил меня за руку, не давая встать из-за стола.

– Какое твое дело! Ты не имеешь права меня спрашивать о таком! Ты вообще не имеешь права…

– И что, меня за это арестуют? – он захохотал. Более бесстыжих людей в своей жизни я не встречала!

– Я встречалась с мужчинами, но, когда мастурбировала, думала о женщинах. У меня даже была интрижка с девчонкой… Но все же иногда я могу кончить только от проникновения латексного хера. Наверное, это связано с порно, которое я смотрю. Любимый раздел – большие члены. Так что, я «БИ»…

– Не плохо и достаточно подробно. Но я всего лишь хотел знать почему ты говоришь и ведешь себя как слесарь.

Он расправил салфетку и стряхнул ею капли с брюк. Пришла его кухарка. Но он поднял ладонь вверх, останавливая ее на подходе к столу.

– Она приберет. А потом помоет всю посуду, за мной и моими друзьями. Помоет своими розовыми ручками в раковине, а не поставит в посудомойку. А после погладит постельное белье… Когда закончишь все домашние дела, прокатимся в город.

– Сейчас же, бегу и спотыкаюсь…

Ладонь Энджела, до этого момента поднятая в воздух, резких хлопком опустилась на стол. Я подскочила. Он схватил меня за предплечье и впихнул обратно в кресло.

– Матвей! Проконтролируй. А не станет делать, ее грязный ротик в твоем распоряжении. Выполняй!!! – крикнул он мне в ухо. Перепонки вдавило, и я зажмурилась.

– Только подойди…

Я схватила нож. Энджел смеясь вышел. Кухарка вытаращила на меня глаза.

– Я сама лучше.

– Поставьте. Сказано же, кто сегодня главный по тарелочкам, – вставил свои пять копеек Матвей. Я посмотрела на его бицепсы, представила, как он тянет ко мне свои ручища…

– Где посудомойка? Я отнесу кружки и все!

– Ага, и со стола не забудь подтереть.

– Вы-те-реть, грамотей…

– Дергай давай в кухню, пока язык в узелок не завязал.