Я больше о тебе не мечтаю - Чарли Маар

Когда Карим утром спрашивает, почему я не собираюсь, отвечаю, что плохо себя чувствую. Он хмуро интересуется, не лучше ли мне поехать к врачу, но я говорю, что ничего серьезного, простая усталось, из-за которой не стоит беспокоиться. Тем более, в понедельник все равно к врачу ехать.

Карим не допытывается, но просит в случае чего позвонить, после чего уезжает, не дождавшись домработницы. Вчера, когда мы вернулись домой, он не приставал ко мне, не поднимал больше тему о равенстве или неравенстве между нами, вместо этого работал весь оставшийся вечер за кухонным столом, лишь изредка бросая на меня недовольные взгляды, когда я зачем-либо заходила в кухню. Может, раздумывал, как обойти собственное согласие с моими требованиями? Не знаю, но я, честно говоря, была рада небольшой передышке в нашем конфликтном общении.

Алсу приходит на работу немного позже, чем обычно, и только когда девушка, прихрамывая, заходит в квартиру, я понимаю, почему она задержалась.

- Что у вас с ногой, Алсу? - сочувственно спрашиваю, глядя, как она ковыляет по коридору, морщась от боли.

- Упала вчера и сильно растянула лодыжку.

- Вам нужно было дома остаться. Зачем вы вышли на работу? Позвонили бы Кариму Гаясовичу и взяли отгулы на несколько дней, пока не поправитесь.

- Нет-нет, вы что?! Я не могу. Эта работа - наш хлеб. Мне Карим Гаясович хорошо платит. А деньги нашей семье очень нужны. Да и травма не такая ужасная, чтобы от работы отказываться.

Алсу упрямо следует в кухню, но там все-таки не выдерживает и, простонав от боли, падает на стул.

- Нет уж, - ворчу я, достав из холодильника лед и обезболивающие из ящика. - Я вам не позволю работать в таком состоянии! Вот, лед приложите к ноге, и выпейте таблетку. Сейчас воды налью.

- Я только передохну и приступлю к работе. Не стоит обо мне беспокоиться.

- Да у вас вся работа на ногах, как вы ее собираетесь выполнять? Станет еще хуже - вообще свалитесь!

Налив в стакан воды, ставлю на стол перед упрямой женщиной, и слежу, чтобы та обязательно выпила таблетку. Слава богу, тут она не спорит, а спокойно пьет обезболивающее и прикладывает лед к ноге.

- Спасибо вам.

- Не за что. Сейчас таблетка подействует, я вызову такси, и вы отправитесь домой. И не надо с мной спорить. Такси я оплачу.

- Нет! Нет, пожалуйста, не надо. Мне, правда, очень нужна работа. Я не поеду домой.

Женщина чуть ли не умоляет позволить ей работать, что довольно странно, учитывая то, насколько ей больно. Не знаю, что за ситуация у нее в семье, и допытываться как-то не хочу до чужих семейных проблем, но Алсу мне откровенно жаль. Постукивая пальцем по нижней губе, я раздумываю, как можно помочь женщине? Если она работает по найму, то, скорее всего, дни отгулов и больничный не оплачиваются.

- Слушайте, Алсу, у меня к вам предложение. Раз уж я сегодня дома, а вы не очень хорошо себя чувствуете, давайте сделаем так: вы мне будете говорить, что делать, какие продукты брать, а я буду готовить вместо вас.

Женщина испуганно распахивает глаза и отрицательно качает головой.

- Да вы что! Если Карим Гаясович узнает...

Узнать он, конечно, может, ведь здесь камеры стоят, но я думаю, смогу что-нибудь ему сказать на это. К тому же, мне кажется, если Карим узнает, что Алсу додумалась работать с больной ногой, он сам ее отправит домой, а ее это не устраивает. Поэтому лучше так.

- Я давно хотела научиться готовить, - взмахиваю рукой и улыбаюсь. - Так что, фактически, я сегодня вас нанимаю своим персональным учителем. Ну что, согласны?

*********

Алсу, конечно, соглашается. У нее другого выбора нет. А вот я просто не представляла, что меня ждет. Во-первых, я даже нарезать нормально овощи не могу. Во-вторых, оказывается, в приготовлении пищи столько нюансов, что аж голова раскалывается. Но, на удивление, спустя час мучений и бесконечных замечаний со стороны Алсу, мне начинает нравиться. Мы готовим фриттату и курицу с травами в духовке. Когда кухню заполняет приятный запах еды, я готова прыгать от радости. Неужели у меня получилось? Ну, я, конечно, еще не пробовала, и без Алсу у меня наверняка все сгорело бы, если бы я вообще догадалась, что и с чем смешивать, и как духовку включать, но все же это моя небольшая победа. Почему бы не радоваться ей?

- Алсу, спасибо вам. Это было здорово. Правда, у меня теперь все пальцы в мозолях от ножа.

Женщина смеется, когда я провожаю ее до входной двери. Такси уже ждет внизу. Я хотела, чтобы она попробовала, что у меня получилось, но та категорически отказалась есть в доме работодателя.

- Вы привыкните. Дальше будет все легче и легче, если не бросите готовить.

- Нет, мне понравилось. Честно. Мне же для малыша нужно будет готовить. Он ведь не всегда будет младенцем.

- Для малыша и для мужа. Мужчины тоже любят, когда для них готовят.

Невольно краснею, потому что Алсу намекает на Карима.

Он мне еще не муж, но ведь станет им однажды, наверное. И я, кстати, не знаю, будет ли он есть то, что буду готовить я?

- Вы правы, - отвечаю туманно. - Завтра буду вас ждать еще. Только обещайте, что все же останетесь дома и сходите к врачу, если нога будет очень сильно болеть? Один день можно пропустить.

На этот раз Алсу не спорит. Видимо, ее успокоил тот факт, что в случае чего, она может исполнять другие обязанности и не лишится надолго работы.

До вечера я успеваю немного почитать лекции, по которым скоро будет зачет. Еще раз убеждаюсь, что это мне совсем неинтересно. Управленец из меня выйдет никакой. И вообще я не испытываю того эмоционального подъема, который получила, когда готовила под руководством Алсу. Я даже попробовала то, что получилось, и мне кажется, вышло неплохо. Я поела с удовольствием. Сердце греет от мысли, что это сделала я.

Вечером возвращается Карим. Сама от себя такого не ожидала, но, я его практически ждала.

Мне почему-то хочется, чтобы он попробовал то, что у меня получилось. Интересно, он видел, как я готовила по видео с камер?

Неспешно ставлю еду разогреваться, когда слышу хлопок входной двери. Первым делом Карим заходит в гостиную и идет сразу к шкафу, бросив хмурое "Привет". Ну и бука. Я бы и не стала ему ничего разогревать, мне просто важно, чтобы мою еду оценил хоть кто-то кроме меня.

- Ты будешь есть? - спрашиваю как бы невзначай. - А то я на себя разогреваю вот.

- Не буду, - отвечает Карим, стягивает с себя рубашку и достает из шкафа чистые вещи. - Я не голоден, заехал только переодеться.

Не знаю, удается ли мне скрыть разочарование, но я очень стараюсь. Натягиваю на лицо маску безразличия и пожимаю плечами.

- Как хочешь... Ты куда-то уезжаешь снова?

**********

- Уезжаю. Возникли срочные дела, - сухо говорит Карим, продолжая переодеваться.