Трофей для хулигана - Олли Серж

Меня начинает настораживать его манера диалога, и я остываю, выравнивая эмоции глубоким дыханием.

— Обещаю тебе, как мужик мужику, что если она скажет мне, что я не нужен, ты обо мне больше не услышишь.

— Как великодушно, — хмыкает в ответ, — Я тебя услышал. А ты уверен, Егор, что потянешь женщину? Тебе с твоим образом жизни хомяка заводить опасно. Вдруг уедешь? Лет на пять?

— Это не тебе уже решать, — я серьезно напрягаюсь, чувствуя, что Кирсанов знает обо мне гораздо больше, чем я о нем. И может бить. Все-таки мент?

— Даша-маленькая восторженная девочка, — устало выдыхает Артур, — И ее одинаково легко впечатлить в обе стороны. Поэтому, сильно не привязывайся.

— Ты… — рычу в ответ сквозь зубы и больше не могу сдерживаться, — Ты правильно сказал, чувак, Даша — восторженная, чувственная, прекрасная девочка, которая с тобой, сука, даже не кончает!

— Ну не факт, что и с тобой она хорошо кончит, — отвечает Кирсанов, и теперь я ловлю в его голосе неприкрытую угрозу. Все-таки пробиваем… — А в масштабах жизни — есть вещи, которые глобальны, а которыми и можно пренебречь.

— Так резиновую бабу себе купи! — моя крыша отчаливает от содержания нашего диалога, — Ей вообще ничего не надо! Пренебрегай! — вдалбливаюсь кулаком в магнитолу, сбрасывая вызов.

Ничего адекватного сказать этому мудаку я больше не смогу. Да как с ним вообще можно общаться, если хочется святой водой побрызгать! Тебе, придурок, только с ВДшкой трахаться, чтобы не примерзнуть в процессе!

Обычно за рулём я не курю, но сейчас мне очень надо. Замечаю, что сигарета подрагивает между пальцев, пока я разгоняю машину до привычной скорости. На месте Даши, у меня бы уже не только руки задёргались.

У неё авторитарные родители, вспоминаю я. Неужели для девушки подобное отношение на столько норма, что она реально замуж собралась? А со мной? Действительно чувства, или эмоций напоследок хапнуть?

Заворачиваю во двор элитной многоэтажки и торможу подальше от камер.

Телефон на торпеде начинает дребезжать вибрацией по пластику. Номер мне не знаком.

— Алло, — отвечаю вопросительно.

— Добрый вечер, Егор Иванович. Меня зовут Липартелиани Тимур Гурамович.

— Здравствуйте, Тимур, — запомнить и выговорить остальное даже не пытаюсь.

— Ваш номер мне передала Фадеева. Наше агентство готово предложить вам юридические услуги.

— Это хорошо, — внутренне собираюсь на конструктив, переключая свои реальности, — Я согласен. Когда сможем пообщаться?

— Давайте встретимся завтра в десять утра возле следственного. У меня там клиент, возможно, вам придётся подождать. А после мы с вами обсудим детали дела и заключим договор.

— Принято, спасибо за звонок, — сворачиваю я разговор, но адвокат меня тормозит.

— Хочу сразу вас предупредить, что наше агентство не занимается делами, связанными с наркотическими и синтетическими препаратами. Это будет прописано в договоре.

— Я понял, — киваю, будто собеседник может меня видеть, — У меня дело об угоне.

— Понял вас. Хорошего вечера, — приторно вежливо рапортует Тимур.

— И вам… — отвечаю немного заторможено и тут же слышу сброс вызова.

Ну хоть этот вопрос сдвинулся с мертвой точки. Давящее чувство в груди постепенно меня отпускает, и я откидываю спинку кресла, расслабляясь.

Даю мысленно Даше ещё пять минут на звонок и прикрываю глаза, убеждая себя, что все правильно сейчас делаю. Она не может его любить. Я не разрушаю семью.

По машине, постепенно усиливаясь, начинают стучать дождевые капли.

Я приоткрываю окно, вдыхаю запах озона и скольжу глазами по горящим окнам квартир. За каким-то из них сейчас есть моя девочка. И эти психологические пять минут кажутся мне вечностью. Кручу телефон между пальцами, сдерживая желание в очередной раз набрать ее номер. Психую и закидываю телефон в бардачок, чтобы не маячил. Врубаю погромче какой-то трек с отвязным гитарным соляком и, кайфуя, ловлю риффы.

Из-за музыкальных вибраций и разогнавшегося дождя, не сразу замечаю, что в бардачке звонит телефон.

Достаю его и подпрыгиваю на месте, когда я вижу номер на экране. Даша.

— Алло… — задерживаю я дыхание, ожидая услышать нежный голос.

— Сидишь? — ухмыляется в трубке голос Артура.

— Дай мне Дарью, — угрожающие шиплю, — Или я сейчас сам ее найду.

— Ну тогда забирай! — фыркает придурок и скидывает вызов.

Я не понял? Отнимаю трубку от уха и смотрю на экран. В груди неуместно счастливо клокочет и горит. Я ее увижу сейчас? Или, блять, что это значило?

Не в состоянии больше усидеть на месте, я выхожу из тачки и подставляю лицо под дождь. В моём сознании происходят американские горки. Острый приступ радости сменяется нервным беспокойством. Такие типы, как Артур никогда ничего не делают просто так. Что же ты задумал, олень?