Запрет на чувства - Валентина Кострова

— Как раз похудею.

— На костях не интересно лежать, руками нечего щупать, — ухмыляюсь, Лея вспыхивает. Ее гневный румянец не скрывает даже покрасневшая от солнца кожа.

— Думаю, что для первой вылазки подойдет ресторан, а там можем прогуляться по пляжу. Мы же типа влюбленные. Нужно срочно сделать несколько снимков и выложить в «Тввитере». У тебя есть в сетях странички?

— Нет, я такой ерундой не занимаюсь.

— Какая досада, — иронично хмыкает, подплывает к ступенькам и торопливо вылезает из воды. Хватается за полотенце, обвернувшим им, поворачивается ко мне.

— Мы идем сейчас?

— У тебя есть время привести себя в порядок. Я пока закажу столик. — смотреть на Лею и не думать о том, что у меня все тело сводит от желания, пытка при жизни. И нет уверенности, что меня хватит на пару дней, о неделях вообще молчу. Слишком соблазнительна женушка, а ее сопротивление, отрицание, ирония — это как перчинка к блюду, придает изысканный вкус.

* * *

— Я объелась. Хотя очень люблю мясо, но было сытно, — Лея берет бокал осушает его почти залпом, я не успеваю дать официанту знак, чтобы прекратил ей наливать вино. Сдержанно улыбаюсь, наблюдая, как искрятся голубые глаза, как губы довольно растягиваются в улыбку. Благодарит официанта кивком головы, в этот раз делает небольшой глоток и ставит бокал обратно на стол. Пьяная Лея — это тоже забавное зрелище. Она такая же дерзкая, как и трезвая, только напряжения нет в ее космических глазах и говорит все, что думает. Я в отличие от нее только пригубил второй бокал за вечер.

— Ну, господин Каан, не хотите ли поведать женушке свои тайные мысли? — опять хватает бокал, глоток, и смотрит на меня поверх него.

— Я думаю тебе достаточно пить, — протягиваю руку, чтобы отобрать бокал, но Лея отрицательно мотает головой, жадно осушает его до дна, словно боится, что не дадут допить. Я вздыхаю.

— Я сама разберусь, чего мне достаточно, а чего нет, — икает, прикрывает ладошкой рот, а потом лучезарно улыбается. — Раз пить не разрешаешь, пойдем прогуляемся по пляжу что ли. Романтика. Но бутылочку все же надо взять. Возьми! — от ее повелительного тона хочется рассмеяться, но сдерживаю смех, улыбаюсь.

Подзываю официанта жестом, прошу принести счет и бутылку открытого вина. Лея все это время лениво смотрит по сторонам. Ее взгляд рассеяно блуждает по посетителям, останавливается на мне.

— Ты в курсе, что ты нахально красивый. Не смазливо, что тошнит, а именно брутально красив. Тебе хочется доверит свою жизнь и решать все проблемы.

— У тебя проблемы?

— Моя главная проблема — это ты! А знаешь почему? Потому что ты самоуверенный говнюк! Если бы не ты и твои сообщники, меня здесь не было! — замолкает, прикрывает глаза, но чувствую ее взгляд сквозь ресницы.

— Ты думаешь, я виноват?

— Алекс невиновен.

— Лея, — ставлю локти на стол и нагибаюсь в ее сторону, понижая голос. — То есть ты считаешь, что в подделывании документов виноват я или Серхат? Так? — ее губы искривляются в усмешке, выдерживает мой прищуренный взгляд.

— Я не знаю. Я ведь не участвовала в этой сделке и не знаю, кто за что отвечал.

— Ну мне же не выгодно подставлять собственного сотрудника, это ведь портит репутацию. Сама подумай.

— А смысл думать, — горько усмехается — за все уже заплачено и отвечено, господин Каан. Не вам ли об этом знать. — иронично приподнимает бровь, широко улыбается. — А вот и бутылочка!

Официант возвращает мне карту, с улыбкой и на местном диалекте что-то произносит в сторону Леи. Она кивает, еще шире улыбается, словно поняла, что ей сказали. Поднимаемся из-за стола, рука то и дело тянется к локтю Леи, чтобы ее поддержать. Походка жены оставляет желать лучшего. Внезапно ее ведет в сторону, хватаю за локоть и притягиваю к себе. Окидывает меня гневным взглядом, выдергивает руку.

— Да отвали ты уже! Сама могу идти!

С прямой спиной идет в сторону темного пляжа. Мне нравится ее изящность, тонкие запястья. Надо ей подарить браслеты. Лея пьет вино из горла, вытирает тыльной стороной ладони рот, чему-то своему смеется. Подойдя к пляжу, стаскивает босоножки с ног. Оглядывается через плечо, призывно улыбается. Я иду за ней. Внезапно останавливается, не торможу и почти врезаюсь в нее, вдыхая запах шампуня с ее волос. Сзади доносится музыка от соседних отелей, вилл, ресторанов, впереди шумит океан, а между нами только учащенное дыхание.

— Ты когда-нибудь занимался сексом на пляже? — оборачивается, смеется, смотрит прямо в глаза. Отрицательно качаю головой.

— Серьезно? Фи, как скучно ты живешь, Каан, на этом свете.

— Хочешь сказать, что у тебя такой опыт был? — жар ее тела передается мне. Я не целую ее, но ее губы непозволительно близки, и хочется узнать, какие они сейчас на вкус. В другой ситуации не стал думать, а сейчас сдерживаюсь. Алкоголь не лучший советчик в поступках, а Леей именно алкоголь сейчас и руководит. Она кидает босоножки на песок, не отрывая от моего лица зовущего взгляда, медленно опускается, чтобы поставить бутылку. Смотрю на губы, она их облизывает и кажется перестает дышать. Вновь стреляет где-то в области сердца, потом этот выстрел простреливает висок. Сдержаться или сорваться? Срываюсь. Обхватываю рукой ее за шею, заставляю подняться и впиваюсь жадным, оголодавшим поцелуем. Его губы имеют вкус вина и манго, проникая языком в рот. Она не сопротивляется, но и не отвечает на поцелуй. Прислушивается к себе, пытается понять нравится или нет. Мне нравится, я не отказываю себе полностью отдаться этому ненормальному пьяному поцелую.

— Хватит! — отпихивает меня, глазами сверкает, показательно вытирает губы. — Это был порыв. Не более.

— Порыв? — обхватываю ее за талию, прижимаю к себе, не даю вырваться. — Порыв? — смеюсь, свободной рукой прикасаюсь к щеке. Дергает головой и что-то шипит сквозь зубы. Лея уворачивается от поцелуя, умудряется вывернуться в руках.

— Достаточно. Ясно? — грозит мне указательным пальцем. Я заворожен. Распущенные волосы подхватывает ветер, освещение за спиной ее освещает, оставляя меня в темноте.

— Признайся себе же, Лея, что нас тянет друг к другу.

— Нет!

— Ты лжешь. Но я тебе докажу обратное. — засовываю руки в карманы брюк. Лея упрямо вскидывает подбородок, мечет в меня неистовые взгляды.

— Ты самоуверен, Каан! Слишком самоуверен.

— Я домой. — прячу улыбку, выразительно посмотрев на женушку. Отворачиваюсь и делаю несколько шагов, как меня окликает голос Леи:

— Чего ты добиваешься, Каан? — останавливаюсь, поворачиваю лишь голову.

— Все предельно ясно, Лея. — спиной чувствую ее приближение. Лея меня обходит, теперь она видит мое лицо, а вот ее находится в тени.

— Чего ты добиваешься, Каан? — тихо спрашивает, облизывает губы, тем самым приковывая к ним мое внимание. Мой взгляд путешествует с лица на грудь, на живот, потом медленно совершает обратное путешествие. Я не скрываю своего желания. На интуитивном уровне улавливаю ее согласие, которое она упорно отрицает.