Как влюбить в себя Жену? - Мила Реброва

Как только было покончено с десертом, я удалился с Джошем в его комнату - давно назрела острая необходимость «обсудить» причину его возвращения. Пройдя вглубь и вальяжно разместившись на своей кровати, он вызывающе поднял брови, побуждая меня тем самым начинать воспитательную беседу.

- Какого черта ты здесь делаешь? - равнодушным тоном осведомился я, зная, что если покажу ему свою ярость, он воспользуется ею против меня.

- Вообще-то, это мой дом, и я здесь живу, - он делал это нарочно, стараясь вывести меня из себя. И у него это неплохо получалось.

- У нас был уговор, или у тебя память стерлась? - сквозь зубы процедил, я, пытаясь не наброситься на этого сопляка, которого я уже почти перестал считать братом.

- Верно, но я не помню, чтобы в нем говорилось, будто я не могу вернуться к СЕБЕ домой, после того как ты женишься на МОЕЙ девушке. И как оно? Надеюсь, она стоила потраченных тобой денег?

После его слов руки у меня сжались в кулаки, и моя сдерживаемая злость все-таки вышла наружу. Подняв его за воротник футболки, я прошипел ему прямо в лицо, мечтая заставить себя не задушить его. Никто не имел право говорить о ней, как о какой-то шлюхе.

- Скажешь хоть слово о ней, и не сможешь вообще говорить.

Но он лишь рассмеялся.

- Что, правда глаза режет? По правде говоря, я сам смог с трудом удержаться, чтобы не трахнуть ее. В таком случае хоть в чем-то я был бы первым. Но думаю, ту пару миллионов, которые я смог содрать с тебя за ее девственность, того стоили. Но это вовсе не значит, что и я не попробовал ее. Она также горяча, когда дело доходить до ласк?

При каждом его слове я чувствовал, как что-то необъяснимое вонзается в мое сердце, причиняя невыносимую боль. Замахнувшись, я все же ударил его, выбивая весь воздух. Я нанес удар в живот - не хотелось добавлять волнений Дайне при виде его разукрашенной физиономии.

- Она все равно любит меня, братец. И, может, ты и купил ее тело, но хочет-то она меня. И думаю, теперь мне не составит труда отрахать ее. И она не будет против, ведь твоя дорогая женушка уже столько раз пыталась затащить меня в постель. И на этот раз я точно не собираюсь ей отказывать.

Отодрав мои руки от себя, он вышел из комнаты – я же не мог даже пошевелиться, во мне будто все оборвалось. Я даже злиться не мог. Неужели произошедшее на острове ничего для нее не значит? Теперь я не сомневался - Синди знала об обязательном присутствии Джоша на ужине. Неужели я ошибся, и она ничем не отличается от других женщин, с которыми я проводил время? И какая мне блядь разница, что он ее трогал, целовал, делал то, на что, по моему мнению, имел право только я? Раньше меня никогда не беспокоило наличие у моих любовниц других мужчин. Но Синди - не очередная любовница. Подойдя к окну, я взглянул на улицу, освещенную фонарями. Мой взгляд зацепился за ту самую беседку в саду, где однажды решилась моя судьба. Впервые я проклинал тот день, когда Синди перепутала меня с братом. Ведь не поцелуй я ее тогда, то не был бы так одержим ею сейчас. И моя жизнь не перевернулась бы с ног на голову. Отвернувшись от окна, вид из которого причинял острую боль, я наткнулся на компьютерный стол Джоша. Наручники – что делает здесь эта вещица? Я взял их в руки, отвлекаясь на звук, открывшейся двери. При виде Синди осторожно заглянувшей внутрь, все внутри перевернулось. Значит, я оказался прав: она не только знала наверняка, что Джош приедет домой, но и собиралась с ним поговорить, а может, и не только поговорить…

- А где Джош?

Произнеся это имя, она только подтвердила мои подозрения. Повернув к ней лицо, я окинул ее взглядом с головы до ног: теперь понятно для кого она так долго наряжалась.

- А что, я тебя больше не устраиваю? - с каким-то садистским удовольствием спросил ее, ожидая очередную порцию страданий от ее ответа.

Но вместо слов, ожидаемых от нее, я увидел, как ее взгляд остановился на наручниках, позвякивавших в моих руках.

- Он использовал их с тобой?

Отвратительнейшие образы заполнили мою голову, и прогнать их оттуда я был не в состоянии.

- Лесли уехала, думаю, нам тоже пора отправляться.

Верно - она разочарованна тем, что я испортил ее планы на вечер. Посмотрев в ее карие, пьянящие глаза, я старался убедить себя в нереальности видений. Джош солгал, зная - его слова выведут меня из себя. Но разве не она сама говорила о своей любви к Джошу? Заспорила более сильная часть меня, и, как всегда, я предпочел прислушаться к ней. Следуй я на поводу у моей светлой стороны, которая хотела верить, что и для Синди медовый месяц в уединении хоть чего-то значил, я бы дал слабину, за которую мне бы потом пришлось расплачиваться.

- Обязательно, после того, как я получу свой поцелуй.

Синди уже открывала дверь, когда я дернул ее на себя: она получит, то зачем пришла в эту комнату, но совсем от другого брата. Впившись ей в губы, я полностью выпустил всю свою злость, накопившуюся за вечер. Наплевать! И пусть ей неприятно - мне и хотелось причинить ей боль. Отплатить за мои мучения, испытанные из-за слов, произнесенных Джошем, и ее неискренности.

Начав задыхаться, она оттолкнула меня, непонимающе глядя мне в глаза. Еще утром при виде такого взора, обращенного на меня, я бы начал волноваться и пытаться ее успокоить. Но не теперь, не после ее коварства.

Не сумев сдержаться, я все же рявкнул на нее, насильно укладывая на кровать Джоша. Посмотрим, как она посмеет мечтать о ком-то другом. Придавив Синди к кровати своим телом, я вновь приник к ее губам, больше наказывая, чем принося удовольствие. Ощутимо прикусив ее нижнюю губу своими зубами, я никак не ожидал, что в следующую секунду получу от нее довольно таки ощутимую пощечину.

Я разозлился. Очень. Мне стоило больших усилий не ударить ее в ответ, напомнив себе - я не бью женщин. Вместо этого я еще яростнее атаковал ее губы, безжалостно их сминая. Но я явно недооценил свою супругу, которая не собиралась успокаиваться и вцепилась мне в мою нижнюю губу зубами - во рту появился металлический привкус крови.

- Черт! Ну я тебе покажу, дикая кошка!

- Уйди!

Я позволил ей оттолкнуть меня и попытаться сбежать, моя мягкая сторона даже надеялась на воплощении этой затеи. Но увы, в последний момент она зацепилась каблуком своих туфель и упала. Я возликовал - не знак ли это свыше?

- Вот ты и попалась, - довольно прошипел я, поднимая ее с пола и зажимая ей руки, на тот случай если ей опять вздумает драться.

Швырнув ее обратно на кровать, я лег на нее и завел ее руки за голову. Не зря я все-таки обратил внимание на эти наручники!

- Что ты делаешь? - отчаянно спросила Синди, но было поздно - я уже схватил наручники, лежавшие на кровати, и защелкнул их на ее запястьях.

Она хотела было опустить их вниз, но это явно не входило в мои планы.

- Лучше не опускай их и не зли меня еще больше, - прорычал я.