Театр масок - Роксана Морган

В зале поднялся шум. Но Кори моментально сообразила, как заставить публику притихнуть. Она топнула ножкой и воскликнула:

– Тогда целуй! Докажи, что ты действительно мой покорный раб и готов исполнить все мои прихоти.

Ее голая нога в туфле вспотела и пахла совсем не аппетитно. Но Винса Рассела это не остановило, он пополз к ноге своей госпожи на коленях и, лизнув туфлю, упал ничком, сотрясаясь в рыданиях от радости.

– О, моя дорогая госпожа! – хрипел он. – Я счастлив служить тебе!

Кори поддела носком туфли его плечо и вынудила перевернуться на спину. Винс лег плашмя, раскинув в стороны руки, и Кори увидела, что в промежности у него образовался бугор.

Кори обошла вокруг него и поставила на рвущийся из брюк член свою левую ногу.

– Вот теперь я вижу, что ты действительно послушный раб! – воскликнула она, глядя в притихший темный зал. – Тебе нравится, как обращается с тобой твоя госпожа? – Она сильнее надавила каблуком на его половые органы.

Лицо Винса исказилось болезненной гримасой, но он ответил:

– Да, очень, моя повелительница!

– Ты волен уйти отсюда в любую минуту! – великодушно сказала Кори.

– Я знаю, – прохрипел Винс.

– Но ты не уйдешь, верно? – Она усилила нажим на головку его разъяренного пениса, отчаянно рвущегося на свободу из штанины. Это переполнило чашу терпения Винса, и он взбунтовался.

– Если ты не прекратишь тереть ногой мой драгоценный член, то я немедленно уйду! – вскричал он, приподнявшись на локтях. – Довольно меня раздразнивать, я готов к серьезному наказанию!

– Очень хорошо! – воскликнула Кори и, подойдя к спортивной сумке, извлекла из нее плетку. Винс замер. Кори похлопала плетью по ладони и, ткнув ногой в бугор на ширинке, строго спросила: – Разве прилично появляться в таком виде перед своей госпожой?

– Нет, моя повелительница, – прошептал он.

– Не находишь ли ты, что заслуживаешь наказания?

Винс Рассел поджал губы и, склонив голову вбок, зажмурился, чтобы не смотреть на зрителей, сидящих за столами в полумраке всего в нескольких шагах от них. Собравшись с духом, он едва слышным униженным шепотом попросил:

– Пожалуйста, накажи меня, госпожа!

Кори хлестнула себя по обнаженному бедру – на нежной коже вздулись красные рубцы, ягодицы сжались, похоть свела судорогой лоно, трусики впились в набухшие срамные губы. Она раздвинула ноги и, склонившись над Винсом, хлестнула его по бугру в промежности.

– Еще! – взвизгнул он. – Быстрее, умоляю!

Кори расстегнула молнию на ширинке – и его огромный эректированный член едва не уткнулся ей в лицо своей багровой мокрой головкой с крохотной прозрачной капелькой на конце. Подавив желание слизнуть ее, Кори хлестнула по пенису плетью.

Винс издал пронзительный визг и задергался, извергнув в воздух мощную струю спермы. У Кори словно гора свалилась с плеч. Она распрямилась и перевела дух. Винс тяжело дышал.

В голове Кори возник извечный вопрос: что делать дальше?

Темный зрительный зал замер в ожидании.

Осененная оригинальной идеей, Кори наклонилась к спортивной сумке и, достав из нее кожаные наручники, задумчиво промолвила, глядя на Винса Рассела:

– Кажется, они нам уже не понадобятся. Ты вряд ли сейчас на что-то способен... Твой пистолет отстрелялся.

– Заткнись, стерва! – прохрипел уязвленный частный детектив.

– Да, я такая! – с вызовом ответила Кори. – Не кажется ли тебе, что пора сбить с меня спесь?

– Не понял? – с удивлением посмотрел он на нее.

Кори покачала на ладони наручники и задумчиво произнесла:

– Иногда скверных девчонок шлепают по попке, не так ли?

Винс Рассел оживился и, проворно вскочив, убрал сморщившийся пенис в брюки и застегнул ширинку. Униженное выражение на его лице сменилось командным. Он прищурился и произнес:

– Именно так, сучка!

Стенки влагалища Кори сжались, ее охватило вожделение. Похоже было, что Винс понял ее намек и был намерен ей подыграть. Если ее план удастся, то она, безусловно, выиграет конкурс, поскольку продемонстрирует способность исполнять роль и госпожи, и рабыни. А это дано далеко не каждому! Зрители отдадут должное ее смекалке и таланту и присудят ей главный приз конкурса – золотую маску, усыпанную бриллиантами.

Тем временем Винс, окончательно войдя в образ повелителя, с угрозой в голосе промолвил, испепеляя свою рабыню взглядом:

– Пожалуй, с меня довольно твоих наглых выходок, скверная девчонка! Сейчас я преподам тебе хороший урок. Выпорю тебя так, что ты станешь как шелковая.

Он ловко выхватил наручники из рук Кори и, схватив ее за талию, повернул спиной к себе. Не успела она опомниться, как бывший охранник, а ныне – частный детектив схватил ее за запястья и, вывернув ей руки за спину, надел на них наручники.

– Теперь ты будешь более покладистой, – самодовольно прогудел он и снова повернул Кори лицом к себе. Она тотчас же описалась. – Я знаю, как следует обращаться со стервами, – добавил Винс и, наклонившись к сумке, достал из нее черный кожаный ошейник с железными заклепками.

Кори невольно отпрянула, но Винс схватил ее за пояс шортов и притянул к себе. Соски Кори встали торчком. К запаху спермы Винса, разлившейся на сцене, примешался аромат ее женского секрета. Винс приподнял рукой ее подбородок, и она едва не поперхнулась от его вонючего пота. Ошейник сдавил ей горло, глаза полезли из орбит. Винс самодовольно осклабился, и Кори непроизвольно выпятила лобок.

– У моей сучки началась течка, – обращаясь к залу, констатировал Винс. – Пора ее проучить!

Он схватил ее своей пятерней за шею и, пристегнув к ошейнику поводок, дернул за него. Она вынуждена была согнуться в три погибели и сделать по сцене пару шагов.

– И чего же хочет моя сучка? – спросил паточным голосом он.

– Сучка хочет, чтобы ее хорошенько выпороли! – ответила Кори сдавленным голосом, ощущая во рту сухость, а в промежности – излишнюю влажность и томительную пустоту. – И еще сучка хочет толстого, твердого и сочного члена.

– Первое желание сучки будет немедленно исполнено, второе, возможно, тоже, но позже. Все будет зависеть от ее поведения! – прохрипел Винс и снова дернул за поводок.

Кори упала, он подхватил ее и, сев на край помоста, перекинул ее через свои колени.

У Кори вырвался тяжелый вздох, кожаный ошейник сдавил ей горло, колени Винса надавили на ребра, наручники – на запястья. Она попыталась извернуться и упереться ногами в пол, но ей это не удалось. Груди ее почти вывалились из майки наружу, зад оттопырился, в промежности вспыхнул пожар.